— сила
Знание должно быть свободным
Знание принадлежит создателю
Знание имеет цену
1
Бот поднимался с планеты вертикально вверх. Двигатели выли так, что трудно было говорить. Мы стояли в салоне, защищенные от перегрузки и рывков гравикомпенсаторами бота, только Лейла села в кресло и пристегнулась. Она никогда не любила летать.
Микродроны наших товарищей остались на Граа — связь всё равно бы прервалась. Я помахал им, когда люк закрывался.
По сравнению с обычными десантными ботами, кораблик лидера выглядел роскошно, хоть и не дотягивал до земных бизнес-джетов: два стола с хорошими креслами вокруг, большой экран, спроецированный на воздух между ними.
— Что ты знаешь? — спросил я Алекса, перекрывая гул двигателей. — Ещё раз, что с Землей?
— Земля уничтожена, как и все планеты, вошедшие в Слаживание.
Тянь хмурился, Вероника смотрела на Алекса с недоверием.
— Слаживающие говорили, что миры, откуда мы пришли, отныне мертвы для нас, — сказала Мичико. — Но все считали, что они существуют…
— В ином пространстве, в ином времени! — прокричал Алекс. — Ну извините, у меня плохая новость — в Солнечной Системе вместо Земли облако осколков! Вы узнали, вам стало легче?
Он обвёл нас злым взглядом.
— Ну, что? Я плохой? Я не поделился с вами кучей дерьма, а тащил его сам?
— Вместе мы подумали бы, что сделать, — заметил Тянь.
— Ребята, мы крутые лишь по обычным меркам! — помотал головой Алекс. — Любой из Большой Четверки разотрёт нас в пыль! Ничего нам не сделать, ничего! Только одно… идите ко мне!
— На твой линкор? — нахмурился Тянь.
— К Стерегущим! Внутри Четверки свои правила, там безопасно!
— Напомни, куда и зачем мы летим? — с иронией поинтересовалась Вероника.
— Разберемся! — сказал Алекс. — Вероятно, отдельный эксцесс!
Я не стал влезать в разговор.
То, что одиночный Думающий может сбрендить я вполне допускал. Подключит к себе не те мозги и перемкнет его. Ходили такие истории, пусть и на уровне баек. Вот только зона контроля Думающего — двадцать-двадцать пять километров. Значит, как минимум один был на кладбище или рядом, а другой на линкоре.
Это уже не сбой одного индивидуума (если, конечно, можно называть Думающих индивидуумами). Я нашёл своего врага.
Обойдя Алекса, который жарко спорил одновременно с Тянем и Вероникой, я прошёл в переднюю часть бота, открыл дверь в кабину пилотов. Передо мной оказались две высокие спинки кресел и слегка торчащие из-за них шлемы.
Осроды, разумеется.
— День добрый, — сказал я.
Одна голова повернулась. Забрало шлема было поднято. Осрод оказался старым, усатым и бородатым, с редкими клоками рыжих волос на голове. Потёртый жизнью, но довольно добродушный, как большинство из его народа.
— Чего тебе, земляшка? — спросил осрод.
— Хотел узнать, сколько лететь, — спросил я, придерживаясь за спинку кресла. Бот шёл ровно, но Граа, уже превратившаяся из диска в полушарие, вращалась и моталась по всему экрану. От этого немного мутило.
— Не ссы, долетим — скажу, — пообещал осрод, привстав.
— Когда окажемся в тридцати километрах от линкора, пилот? — повторил я.
Осрод прищурился. Не дурак.
— Во мне нет спор! — рявкнул он.
— Ты так считаешь.
На мгновение мне показалось, что он вспылит и попытается вытолкать меня из кабины. Но осрод вновь присел в кресло.
— Через семь минут.
Да уж, гнал он на полной скорости.
— Спасибо, загляну, — пообещал я.
— Пилотировать умеешь, Обращённый?
— Доводилось.
Я прикрыл дверь и вернулся в салон. Стадия разговора уже перешла границы спора и была опасна близка к потасовке. Мы, старики, люди вспыльчивые, но в обычной жизни нас сдерживает дряхлость — общая физическая слабость и понимание, как легко ломаются наши кости. А вот для Обращённых эти скрепы не работают.
Мне, если честно, хотелось, чтобы Алексу немного наваляли. Или даже прибили пару раз. Но это было не ко времени.
— Алекс, на линкоре есть Думающий? — спросил я.
— Официально нет, — быстро ответил он, явно радуясь возможности прервать спор. — Но…
— Значит, был, — кивнул я. — Какие-то догадки?
— Младший состав регулярно проходит медицинский контроль… — начал он.
— Споры так не выявить, — заметил Тянь.
— Да. Но Думающего даже простой рентген обнаружит!
— Высший командный состав? — предположила Вероника.
Алекс пожал плечами.
— Пожалуй. Десятка два-три офицеров способны саботировать медицинскую проверку, их полномочий хватит. Видимо Думающий среди них.
— Думающий способен объединить сотню с небольшим разумных, — задумчиво сказал Тянь. — Сколько на линкоре народа?
— Больше семи тысяч, большинство — осроги. И ещё около восьми тысяч членов их семей.
— Я как-то считал, в бою каждый синхронизированный с Думающим стоит минимум десяти, а то и пятнадцати бойцов, — сообщил Тянь. — Алекс, у меня для тебя плохие новости.
— Знаю, — Алекс как-то сразу сдулся. — Если заражение было целенаправленным, то под контролем Думающего все жизненно важные посты линкора. Кроме ходовой рубки и главного центра управления огнём. Они изолированы, инфицированные нейтрализованы.
— Возможно, нам придётся убивать, — заметил Тянь. — Понимаешь?
— Это мятеж, — неохотно ответил Алекс. — Не надо колебаться.
Да, конечно, Большая Четверка не враждует друг с другом. Они слишком сильны, слишком давно вместе, у них общий взгляд на мир и на Слаживание.
Но споры, конечно, случаются, слухи доходят. Небольшие. В один из них мы сейчас и вляпались — Думающий пытается захватить линкор Стерегущих… это подходит под определение «небольшой спор»? Или нет?
Вот только зачем? У меня уже голова пухла от попыток понять происходящее.
Вопреки всем утверждениям, Земля уничтожена. Если верить Алексу, конечно.
Вопреки всем правилам, Думающий напал на Стерегущих.
С чего бы вдруг?
Я помотал головой, смирившись с полнейшим непониманием ситуации. Потом ощутил лёгкий укол тревоги — что-то опять пошло не так. И торопливо заглянул в кабину пилотов.
Первое, что я отметил — на экране уже был виден линкор, пока ещё ослепительной точкой, но всё же… А двигатели хоть и работали на торможение, но явно недостаточно сильно.
Второе — у сидящих пилотов головы покачивались влево-вправо, влево-вправо…
— Народ, у нас проблемы! — крикнул я, отстёгивая ремни и вытаскивая кряжистого рыжего пилота из кресла. Второго через секунду
