Мужчина в ее объятиях был обречен, как муха, попавшая в паутину. При этом жертва не осознавала уготованной ей печальной участи.
Маккус видел графиню насквозь и сумел оценить, на что способна эта женщина.
– Ваш супруг – очень щедрый человек, но, к сожалению, я не могу похвалиться такой же широтой души. Желаю вам спокойной ночи, – вежливо сказал он.
– Но к чему такая спешка, мистер Броули? Неужели мое общество пугает вас? Или, возможно, слишком искушает?
Леди Хипгрейв придвинулась к нему так близко, что он ощутил тепло ее тела.
После ночи, проведенной в объятиях Файер, интимный разговор с графиней казался предательством. Делая вид, что он изрядно позабавлен, Маккус произнес:
– Миледи, вы слишком долго играли с юнцами, поэтому забыли, что настоящий мужчина умеет контролировать себя.
Она взглянула на него широко раскрытыми глазами, желая произвести впечатление невинности.
– Я с нетерпением жду мгновения, когда смогу оценить ваши мужские достоинства. Но единственное, чего бы мне хотелось сейчас, – это побеседовать с вами.
– Утром, если вы не возражаете, – сказал Маккус.
– И вас не заинтересует перспектива разговора со мной даже в том случае, если он касается леди Файер Карлайл?
На лице графини заиграла победоносная улыбка, когда он опустил руку, освобождая ей проход.
– О, как мне нравятся благоразумные мужчины!
* * *
Файер испытала облегчение, вернувшись в Лондон. Она отдала распоряжения своей горничной Амели относительно ее вещей, а затем повернулась к дворецкому.
– Как ваши дела, Керди? Нога все еще беспокоит вас? – Слуга страдал ревматизмом. Она заметила, что до их отъезда к Денингзам он прихрамывал на правую ногу.
– Вы так добры, миледи. Кухарка приготовила мне один из своих чудесных эликсиров, и боль прошла, – ответил Керди.
Файер поджала губы, прикинув, сколько виски могло уйти на приготовление этого чудесного эликсира.
– Герцогиня появится после того, как попрощается с лордом Тэммесом.
Вообще-то, когда Файер выходила из экипажа, ее мать как раз спорила с братом.
– Герцог вернулся?
– Да, миледи, – сказал дворецкий, удивив ее.
С умыслом или без, но Файер проводила очень мало времени в обществе отца с тех пор, как он узнал о ее неприятностях с лордом Стэндишем.
– Его светлость был в библиотеке.
– Благодарю вас, Керди. Вы можете подготовиться к встрече герцогини.
Может, появление дворецкого спасет ее несчастного брата от затянувшейся прощальной сцены?
Файер пересекла холл, раздумывая, что могло стать причиной ссоры ее матери с братом. Она не следила за их разговором в экипаже, так как всю дорогу была поглощена тем, что наблюдала за Маккусом. Когда Файер увидела его утром за завтраком, то ожидала встретить мужчину, с которым накануне провела незабываемые часы. Однако вместо страсти в его глазах она натолкнулась на холодность. Маккус старательно избегал ее взгляда. Его вежливость была просто убийственной после того, через что они прошли вместе.
Они оставались у Денингзов полтора дня. Если бы лорд Джаретт присутствовал на праздниках, герцогиня настояла бы на том, чтобы визит растянулся до четырех дней: тогда бы у нее появилась возможность поговорить с юношей после отъезда гостей.
Файер постучала в дверь библиотеки. Услышав строгий голос отца, который разрешал войти, она толкнула дверь.
– О, сэр, мне кажется, я вас знаю. Ваше лицо кажется мне знакомым, – поддразнивая герцога, сказала она, продолжая стоять на пороге.
– Моя любимая Файер! – воскликнул он, раскрывая объятия.
Она с радостью побежала ему навстречу. Герцог хмыкнул, удивленный порывом дочери.
– Когда вы вернулись?
– Всего несколько минут назад, – ответила Файер, отстраняясь от него и присаживаясь в кресло у стола.
– И твоя мать? – спросил герцог, просматривая бумаги, которые занимали его внимание до ее появления в кабинете.
– Она сидит в экипаже. Они с Тэмом... выясняют возникшее между ними недоразумение, – сказала Файер, стараясь быть дипломатичной.
Но герцога трудно было обмануть. Он пристально посмотрел на дочь и сказал:
– Ругаются, как портовые грузчики? – Файер всплеснула руками и засмеялась.
– Папа, как ты думаешь, что бы сказала мама, если бы услышала, что ты сравнил ее с портовым грузчиком?
Герцог подмигнул ей.
– Мы можем сохранить это в тайне. – Закончив с бумагами, он отложил их в сторону.
– Вы хорошо погостили у лорда и леди Денингз? Я думал, что вы задержитесь там подольше.
Она вытянула ноги, так как от долгого сидения в экипаже все ее тело затекло.
– Конечно, праздники были устроены, как всегда, великолепно, но герцогиня пригласила еще одного джентльмена, чтобы он составил нам компанию. А потом, наверное, решила, что навязывать мистеру Броули длительный визит было бы с ее стороны невежливо.
Отец спокойно отреагировал на эту новость. То, что с ними ездил незнакомый джентльмен, его, похоже, совсем не волновало.
– А кто такой этот мистер Броули? – спросил он с легким любопытством.
– Это друг лорда Эмана. Меня ему представили... – она оборвала себя на полуслове, сообразив, что не стоит выбалтывать отцу историю их знакомства, потому что тогда ей придется рассказать ему и об их походе в магазин с лордом Крешеттом. – Это не так уж важно. Просто мама благоволит этому молодому человеку. Он занят поисками невесты из приличной семьи. Ты же знаешь, с каким энтузиазмом она воспринимает подобные миссии. Думаю, что все незамужние барышни, которые присутствовали у Денингзов, прошли самый строгий отбор.
Герцог рассмеялся, зная, с какой настойчивостью умеет действовать его жена.
– Я уверен, что с помощью герцогини мистер Броули найдет себе блестящую партию.
Файер улыбнулась, но ее веселье было напускным.
– Я предсказала, что это случится к осени.
Если Маккус женится, это будет означать конец их отношений. Даже если он пожелает продолжить встречаться с ней, она откажется от столь щедрого дара. Файер не хотела быть любовницей женатого мужчины.
– Я рад, что ты поехала к Денингзам. После истории со Стэндишем я боялся, что ты будешь прятаться от света.
– Я выходила в свет, папа, – возразила Файер. – Просто мы с тобой в последнее время почти не виделись. Это наталкивает меня на мысль, что ты избегаешь встреч со мной!
Файер знала, что ее упреки несправедливы. Отец вел себя в привычной для него манере. В этом сезоне главной его заботой была леди Талемон. До этого свободное время герцога было занято общением с леди Хипгрейв. Файер сбилась со счета, вспоминая бесконечную вереницу красивых женщин, в объятиях которых ее отец находил утешение, забывая о семье.
