под завязку жемчужина огня пробила днище перевёрнутой машины и столкнулась со средней жемчужиной воздуха.
Я призвал ещё одного жука и убедился, что на месте внедорожника зияет огромная яма, а его куски разлетелись по всему лесу.
— Подтверждаю уничтожение цели! — закричала рация голосом радостного Феникса. — Там никто не мог выжить. Уходим!
Последняя ракета унеслась навстречу приближающимся машинам, а я под прикрытием своих рванул в лес.
— Ну вы даёте, ваше благородие! — метров через двадцать догнал меня Рыбак. — У вас, кстати, кусочка уха не хватает!
— Отрастёт! — махнул рукой я и обернулся к нашему третьему спутнику. — ЛОЖИСЬ!!!
Только великолепная реакция и святая вера в меня спасли Топору жизнь.
Он рухнул, а светящееся копьё, пущенное мелькнувшей между деревьев фигурой, пробило ему плечо, а не сердце.
— На, сука!
Рыбак тут же развернулся и, выхватив ТТ, стал палить в темноту.
В ответ оттуда вылетел сгусток пламени и, попав бородачу в грудь, швырнул его на землю.
Следующий огненный шар летел уже в меня, но и я уже прыгал в сторону. Плечо всё же зацепило, но зачарованная броня погасила львиную часть урона, и меня просто немного толкнуло и обожгло.
Я вскочил на ноги и одновременно обновил щит. После чего, оставляя раненых друзей за спиной, двинул туда, где среди деревьев кралась тень.
— Ты убил моих людей, — раздался полный ненависти голос, а следом появился и сам Медведь.
Огромный меч в его руке вспыхнул, и в его свете я увидел красного, практически голого, покрытого волдырями здоровенного мужика.
«Это сколько ты маны на обезболивание тратишь», — мелькнуло у меня в голове, а потом я бросил первую сосульку.
* * *
Медведь не сомневался, что всё это устроил ублюдок Феникс, поэтому он хотел взять его шавок живыми и, медленно спуская с них кожу, хорошенько допросить.
Но уже спустя десять секунд боя он понял, что противостоящий ему молокосос далеко не так прост.
Пусть он не так умело защищался мечом, но компенсировал свою уязвимость усилением тела и при этом постоянно атаковал, причём всеми видами магии.
Магические барьеры Медведя выдерживали попадания, но, получив очередной удар, на этот раз каменным шипом, он вдруг понял, что они слетели.
«Какого хрена⁈ — пронеслось в голове взбешённого мужчины. — Оставалась же ещё мана!»
Он очередной раз махнул мечом, но юнец снова успел отскочить и приготовился к атаке. В попытке поставить щит Медведь зачерпнул энергию, и тут же от боли у него перед глазами пошли круги.
«Да какого хрена творится⁈» — практически вслепую он отскочил в сторону и, уже не подумывая об атаке, попытался прощупать свое энергетическое тело и понять, что происходит.
— Маны нет? — издевательски спросил мелкий ублюдок. — Эх… жаль, нет времени поболтать с тобой нормально…
Левую кисть молокососа окутало оранжевое сияние, и Медведь в последней попытке достать его прыгнул вперед.
Сверкнуло и…
* * *
Коронный микро-огненный шар сорвался с пальцев и пробил сердце противнику.
Тело ещё не коснулось земли, а я уже склонился над Рыбаком. Фух! Выдержали чары, которые я наложил на его броню. Да, крокодиловый костюм прожгло, и от болевого шока союзник вырубился, но был жив.
Я выпил ударную дозу восстанавливающих зелий, зажал все жемчужины, что смог, в руках и двумя заклинаниями привёл бородача в чувство. Едва он открыл глаза, я побежал к Топору.
Слава мне! И он ещё жив. Хотя копьё, которым его пронзило, было заряжено электричеством и, помимо самой раны, оглушило савинца.
— Рыбак, если можешь, помоги! — крикнул я и, выдернув копьё, приступил к лечению на остатки маны.
А осталась она у меня по одной простой причине. В бою с Медведем я применил магию тени, одну из самых малоизученных и практически запрещенную в моём мире.
Собственно, там её в основном и использовали, для того чтобы высосать из кого-то лишнюю энергию. Это я провернул и сейчас.
Щиты Медведя были значительно сильнее моих атак, но каждая из них высасывала из него энергию и часть её передавала мне. А потом, когда его резервуар опустел, он сдуру зачерпнул ещё и снял с себя заклятие, блокирующее боль от ожогов.
Только сейчас я осознал, насколько близко прошёл по краю обрыва, и, если бы моя импровизация в комбинировании магий не сработала, скорее всего, сейчас я был бы мертв.
— Очухался! — радостно выдохнул Рыбак, которого самого ощутимо качало.
— Что это было? — прохрипел Топор.
— Медведь, — ответил я, вливая в рот бойцу Милину настойку. — Вот вам по две жемчужины. У вас есть пять минут, чтобы снова научиться ходить.
Раздав ценные указания, я взял снайперскую винтовку и, улегшись на землю, стал следить за лесом на случай, если нас решит догнать кто-то ещё.
* * *
— У нас большая проблема!
Вот первое, что Свят услышал, зайдя на кухню.
— А пятнадцать минут она не подождёт⁈ — Помощник барона потянулся к полке с посудой.
— Я тебе сделала уже. — Катя сунула ему в одну руку горячую кружку, а в другую большой кусок пирога с яйцом. — Идём!
— Ты что там, тетрис на компьютере пройти не можешь?
— По тетрису я в университете непобиваемый рекорд поставила. А у нас проблема с пшеницей!
Последняя фраза взволновала Свята. Он перестал ломаться и, на ходу жуя пирожок, поспешил за Катей.
Часы показывали семь, солнце уже поднялось над зеленеющими всё сильнее кронами деревьев, но в Савино было непривычно тихо. Нет, многие, конечно, уже работали, но старались не шуметь, понимая, что остальные вчера здорово упахались и им нужен хороший отдых.
«Скорее бы Мила со своими ученицами сделали побольше того улучшающего сон зелья», — подумал Свят.
Сам-то он, как особа, приближённая к барону, стоял в начале очереди и полезную бутылочку в своей прикроватной тумбочке всегда держал.
— Рыжий, ты слышал? Я его сделал! — с улыбкой заявил курящий возле своей калитки Васёк.
— Во-первых, не ты, а твои девочки, — раздался из-за забора недовольный крик Иваныча. — А во-вторых, только по количеству! Качество у нас лучше!
— Вы оба молодцы! И ваши девчонки тоже! — громко сказала Катя, а когда они отошли, шепнула Святу: — Ты, кстати, видел? Реально очень много нашили, и качество просто огонь! Думаю, уже совсем скоро, как чуток баланс денег стабилизируется, прекратим шкуры продавать и перейдём на готовые изделия.
