я. — Это моя вина, что на тебя напали в моем же княжестве.
Виктория улыбнулась и погладила меня по щеке. Я несколько секунд смотрел ей в глаза, прежде чем Морозова заговорила.
— Ты сделал все, что было возможно, — прошептала моя невеста. — Если бы не ты, я бы сейчас здесь не лежала. Я никогда не обвиню тебя в том, что ты недостаточно сделал для моей защиты.
— Я мог запретить тебе куда-либо ездить, — возразил я, покачав головой. — Приставить больше охраны.
— Твои люди и так совершили невозможное! — запротестовала Виктория. — И я им очень благодарна.
Я помолчал, продолжая поглаживать ее руку. После чего продолжил:
— Неподалеку от Енисейска у Измайловых имелся потайной семейный склад, скорее всего, один из многих, о которых мы ничего не знаем и вряд ли в скором времени их найдем. В нем хранились в том числе и украденные в Германском рейхе экзоскелеты. Модель старая, это всего лишь первое поколение почти десятилетней давности. Но номера стерты, и я пока не могу ничего предъявить кайзеру в качестве доказательства, что это — часть пропавшей серии.
— Почему ты уверен, что их именно украли? — уточнила Морозова.
— Кайзер не так давно казнил многих коррупционеров у себя, — пожал плечами я. — Признаюсь, я приложил к этому руку. Так вот, несколько человек были причастны к инциденту, когда произошло нападение на конвой, доставлявший почти сотню экземпляров. Мы выяснили, что пропавшие экзоскелеты добрались до Речи Посполитой, однако дальше все следы затерялись. До этого времени.
Сделав паузу, я вздохнул, а Морозова, наоборот, заговорила:
— Если номера были спилены механически, можно попробовать их обработать серной кислотой, — предложила она. — Это, конечно, не гарантия, но что-то, возможно, удастся найти.
Я улыбнулся. Не сказать, что эта идея мне самому в голову не пришла. Просто я об этом вопросе еще не думал. Было, честно признаться, совершенно некогда.
— Попробуем, — заверил я невесту кивком. — В любом случае весь отряд наемников вместе с самой бывшей великой княжной Татьяной Игоревной теперь полностью уничтожен, а все экзоскелеты вместе с останками — у нас в руках. И остаются только те самые «доброжелатели», которые помогли Измайловой бежать из монастыря. Если они вообще были, и крымский настоятель не солгал в своих отчетах, прихватив деньги великой княжны.
Боярышня помолчала, глядя на меня с грустной улыбкой.
— Это ведь никогда не кончится, да? — негромко спросила она. — Если Татьяна Игоревна продала отца и брата, то зачем ей вообще понадобилось на нас нападать?
Я хмыкнул.
— Полагаю, пока она сидела в монастыре, успела много раз пожалеть, что пошла на сделку. Жизнь ей царь оставил. Но что это за жизнь для члена величайшего клана Рюриковичей? Ни связи с внешним миром, ни балов, ни нарядов. Татьяна Игоревна очень жаждала власти и свободы, а вместо этого получила рясу монахини и каменный мешок, в котором ее заперли, — произнес я. — Не удивительно, что в ее голове именно мы с тобой стали причиной всех бед. Это я отказался заключать с ней фиктивную помолвку. Это ты заняла ее место. Мстить Михаилу II у Измайловой руки коротки, так что и выбор, кого назначить виновным, был не слишком велик.
К тому же нельзя отвергать идею о том, что ей подсказали и время, и место люди ключников. Не так уж сложно отследить аристократа, если всерьез желаешь владеть всем миром, как сообщество ключников. Сама Татьяна Игоревна не произвела на меня впечатления особенно умной девушки, а здесь — целая спецоперация, провернуть которую, сидя практически в яме, у Измайловой не хватило бы ни ума, ни банальных связей.
— А что касается того, что это никогда не кончится, — продолжил я. — Я пока не могу сказать, в какой конкретно момент наступит это благословенное время. Но я обещаю тебе, Вика, я передавлю все это общество. Неспроста Татьяна Игоревна полезла именно за экзоскелетами, вместо банальной взрывчатки или снайперских винтовок. И именно сейчас. Это была попытка втянуть меня в конфликт с Гербертом из рода фон Бисмарк. А самой Измайловой это бы ничего не дало.
Виктория несколько раз кивнула в ответ на мои слова.
— Потому что все видели, как вы холодно друг к другу относитесь, и к тому же принц Германского рейха опозорен перед всем светом, — дополнила она мои слова.
Я кивнул.
— Если бы Измайловой все удалось, я бы нашел несколько брошенных экзоскелетов и призвал к ответу принца. Именно Герберт фон Бисмарк причастен к их разработке, — подтвердил я. — Да и, как показывает практика, ко многим другим вещам, с помощью которых наши враги нападали на Русское царство. Началась бы еще и война с немцами.
Морозова покачала головой, осознавая масштабы возможных проблем.
На самом деле, если бы не эти экзоскелеты, у Измайловой были бы все шансы расправиться и с Викторией, и со мной. Красноярск не опутан сетью камер, и всегда можно найти такое место, откуда снайпер получит прекрасный обзор и сможет уйти безопасным путем.
А Татьяна Игоревна жила в Красноярске, и обязана знать подходящие точки. Потому что великую княжну наверняка хотя бы ознакомляли с правилами поведения на улицах столицы. Измайловых здесь не любили, и их служба безопасности обязана была предусматривать все варианты.
Но великая княжна пошла на поводу у своих освободителей. Вскрыла тайник своего истребленного рода и бездарно погибла, пытаясь отомстить за собственную глупость.
— Что с Сергеем? — спросила моя невеста, прервав свои мысли. — Это ведь он больше не сможет работать в охране, да?
Я улыбнулся.
— Он легко отделался, — ответил я. — Василиса Святославовна уже закончила с ним работать. Срастить позвоночник с ее уровнем целителя высшего класса оказалось гораздо проще, чем выращивать новые кости по всем нижним конечностям. Николай и Леонид, ехавшие в замыкающей машине, они будут временно нетрудоспособны. А потом мы с тобой с помощью наномашин поставим на ноги и их.
Морозова вздохнула, после чего всхлипнула и, прикрыв глаза рукой, прошептала:
— Прости, тебе не следует видеть меня такой... слабой.
Я обнял ее и, гладя по спине, принялся успокаивать.
— Что ты, моя принцесса, ты не слабая. Ведь ты дала великой княжне отпор. И спасла наших людей от гарантированной смерти, — прошептал я. — Благодаря тому, что ты сумела победить Татьяну Игоревну, не началась новая война Русского
