висяк?
В тоне Никиты прозвучали нотки негодования.
— А все-таки любопытно было бы докопаться до сути его убийства.
— Она и так очевидна. Убил его Юрий Кораблев, благоговевший перед братом. И сделал он это чисто, раз не нашлось против него улик.
— Вот это я и хочу уточнить.
— Только время потеряешь. Он убил Вязова. Я тебе точно говорю.
— Во-первых, у него кишка тонка…
— Мы с тобой не знаем, каким он был тридцать лет назад, — перебил Сергея Никита. — Тем более доведенный до исступления тем, как вел следствие Вязов.
— А почему он так его вел?
Никита пожал плечами.
— Не знаю. Переходи ко второму, раз было во-первых.
— Во-вторых, где он взял пистолет?
— Не забывай, то были девяностые годы.
— Ты же не думаешь, что даже в те годы оружие было в свободной продаже?
— Не думаю.
— Ну вот.
Сергей проторчал в архиве до полуночи.
Глава 23
В «Русской сказке» в ту пятницу на удивление было мало народу. Как потом выяснилось, это произошло потому, что Лагоев распорядился ограничиться от силы четырьмя, пятью заказами на столики и не впускать в ресторан случайных людей.
Он явно избегал лишних глаз и в то же время не хотел терять доход.
Немногие счастливцы в тот вечер могли видеть, как в отдельный кабинет прошли шесть человек и за ними плотно закрылась дверь. Два официанта остались дежурить возле неё в неком подобии почетного караула и чтобы быть наготове обслужить клиентов во главе с самим Лагоевым.
Что происходило за дверью кабинета, никто не знал.
Никита с Сергеем появились в зале полчаса спустя, и никто не обратил на них вниманич. Лишь оба официанта у двери в кабинет обменялись многозначительными взглядами, когда им показали полицейские удостоверения и, приложив указательные пальцы к губам, дали понять, чтоб они не проявляли неуместной активности.
Правда, сидевшие за столиком у окна посетители могли бы насторожиться, увидев въехавший во двор ресторана автомобиль служебного назначения без окон. Но откуда им, людям законопослушным, было знать, что это автозак. А людей в камуфляжной форме они просто не могли заметить. Те, едва выйдя из микроавтобуса в сторонке, подобно теням, мгновенно растворились в сумерках.
Войдя в кабинет, Никита с Сергеем не оказались в праздничной атмосфере, вызванной радостной встречей людей, друживших в юности, но разлученных в силу жизненных обстоятельств и теперь воссоединившихся вновь. Все сидели с постными лицами. На тарелках была размазана скромная закуска. Откупоренными стояли одна бутылка водки и две бутылки минералки.
— Надеюсь, мы вам не очень помешали? — спросил Сергей.
Взгляды всех устремились на Лагоева.
«Почему не на Гусева, — подумал Никита. — Ведь он виновник торжества.
Ну да, конечно! За все платит хозяин ресторана. И, значит, он здесь за главного.
Хотя что значит — платит Лагоев?
Накормит просроченными продуктами, напоит паленой водкой и спишет все на усушку с утруской».
Лагоев пожал плечами.
— Я ожидал нечто подобное, — сказал он.
— Ну и прекрасно. А если вы еще ожидали, что вас всех, — Сергей обвел взглядом присутствовавших, — мы задерживаем на законные трое суток, то это будет совсем замечательно.
— На каком основании? — возмутился Лагоев.
— На основании заявления г-на Гусева в связи с покушением на его жизнь.
Теперь взгляды всех устремились на покрасневшего Владимира Михайловича. Он не знал, куда глаза девать.
Потребовалось несколько минут, чтобы его гости смогли переварить эту новость и свыкнуться с мыслью о задержании.
— Хоть бы дали пожрать, — проворчал Лагоев. — Ведь у вас в гадюшнике приличные люди есть не станут.
— Мы хотели уберечь вас от лишних расходов, — сказал Никита, решив приободрить незадачливого владельца ресторана. — А за трое суток вы так привыкнете к казенной пище, что она вам покажется деликатесом.
— Ага, вы еще скажите, что я при случае напрошусь к вам снова.
— Для вас двери всегда будут открыты, — с радостью отчеканил Никита.
Новость о задержании Лагоева мгновенно облетела весь город.
Жена Сергея была возмущена до крайности.
— Почему я об этом узнаю последней? — потребовала она прямого ответа.
У Сергея его не было, и он обещал, что отныне будет держать ее в курсе дальнейших событий.
— Иначе я подаю на развод, — сказала Татьяна, таким образом скрепив договор.
Но, как известно, одно дело обещать — другое сделать.
И в этом не был виноват Сергей.
Дальнейшее расследование потребовало столько времени и усилий, что он приходил домой ближе к полуночи, ужинал на скорую руку, валился в постель и сразу засыпал, измотанный за день. А с утра начиналась та же кропотливая работа в архивах, опрос свидетелей и хронометраж чуть ли не по минутам всех событий.
Ничто не может продолжаться вечно, и в одно прекрасное утро Сергей увидел на столе заявление о разводе.
Татьяна безмятежно спала. Он подошел к ней, склонился и поцеловал.
Она чуть приоткрыла глаза и сквозь сон пробормотала:
— Наконец-то.
— Надеюсь, ты это несерьезно?
— А то нет, — сказала Татьяна и повернулась на другой бок.
Его слова сквозь дремоту дошли до ее сознания, и сон как рукой сняло. Она мгновенно повернулась к нему и сказала:
— Нет, я вполне серьезно. Мне надоело узнавать всё от соседей. Как будто я не жена следователя, а… а я не знаю кто.
— Завтра ты всё узнаешь. Первой и во всех подробностях. Обещаю.
— Откуда такая уверенность?
— К нам придут Никита с Петром. Его вернули в спецназ, и мы отпразднуем это событие. А поскольку он приложил руку к Гусеву, то его тоже распирает от любопытства.
— Спасибо, что предупредил. Я хоть ужин приготовлю. Но если ты обманешь, я заберу ребят и уйду к маме. А дальше видно будет. Я о разводе.
Глава 24
Татьяна приготовила прекрасный ужин. Главным блюдом была утка по-пекински. Месяц назад она научилась готовить ее на кулинарных курсах и теперь ей предстояло сдать экзамен, впервые угостив гостей этим деликатесом.
Она сдала экзамен на ура.
В свою очередь гости — Никита с Петром — пришли с цветами и с бутылками шампанского и коньяка. У Сергея в холодильнике про запас стояла бутылка «Столичной». Там же своей очереди дожидался торт «Птичье молоко».
Татьяна сгорала от нетерпения услышать всё и сразу, но как гостеприимная хозяйка первым делом накормила мужчин, вернувшихся с работы.
Наконец стол освободили от всего лишнего. Татьяна пригубила шампанского и сказала:
— Всё. Теперь отрабатывайте ужин. Я вся внимание. Кто будет рассказывать?
Никита с Сергеем переглянулись.
— Рассказывай ты, — сказал Сергей. — Ты у нас по связям с общественностью.
— Вот так новости! — самым симпатичным образом возмутилась Татьяна, упершись руками в бока. — Значит,
