осознала насколько сильно хочет спать. Все ее тело было ватным. Медея потянулась в пытке взбодриться. Это не помогло.
Айна вновь уговаривала сына остаться, хотя бы на ночь. Тот отказывался, пока девушка, стоящая рядом с ним не зевнула. Лой повернулся к ней и задал вопрос:
— Хочешь остаться тут?
Медея пожала равнодушно плечами, совершенно не понимая зачем блондин спрашивает об этом у нее. Она могла спать где угодно, о чем девушка и сообщила вслух.
— Если скажете лечь на голом полу, я усну — уверенно заявила Медея, уперев руки в бока.
Какое-то время Лой внимательно всматривался в ее лицо и наконец произнес:
— Мы все же пойдем.
Провожала Айна своих гостей к лифту с потухшим взглядом. Казалась, вся ее живость осталась в комнате, где они играли в шахматы. Мать Лоя выглядела печальной. Медее было физически больно оставлять ее в идеально тихом жилом корпусе цитадели.
Когда металлические двери лифта закрылись, скрывая Айну, девушка выдохнула.
— Тебе нужно чаще навещать мать, а то прощания всегда будут тяжелыми — выдала замечания вслух Медея.
Блондин молча сложил руки в карманы. Вниз спустились в тишине. Девушке казалось, что ее спутник, что-то хочет сказать, но ей было все равно и она не спрашивала. Полицейские на первом этаже цитадели проводили двоих любопытными взглядами. Ночью редко кто-то покидал главное здание Парвуса.
Заговорил блондин, когда они вышли с лифта, спустившего их на территорию второго сектора.
— Может прогуляемся пешком?
Удивленная поступившим предложением Медея приподняла вопросительно брови. Желания вместо поезда добираться на своих двоих у нее не было. Она собиралась сообщить об усталости Лою, но в его голубых глазах вдруг промелькнул коварный огонек.
— Взамен расскажу тебе о появлении Ская в цитадели.
Медея недовольно толкнула парня в плечо.
— Это шантаж — обреченно проворчала она.
— Ага — кивнул Лой, подставляя ей локоть.
Медея закатила глаза от его внезапной галантности. На улице никого не было и делать вид парочки было необязательно, поэтому она прошла мимо, игнорируя его руку. Лой улыбнулся, глядя ей в спину, понимая, что девушка идет не в сторону остановки. Не оборачиваясь, она пригрозила:
— Если история будет неинтересная, поколочу тебя на следующей тренировке.
Блондин на это заявление лишь рассмеялся. Догнав Медею, он подхватил ее под руку не обращая внимания на испепеляющий взгляд. Он прекрасно понимал, что чем раньше заговорит, тем быстрее девушка успокоится.
Глава 33. Навыки
В тот злополучный вечер двенадцатилетний Лой наслушался от отца не самых приятных слов. Металлическая дверь просторной светлой спальни мальчика отъехала в сторону. Он пролетел к шкафу, встроенному в стену, собирать вещи. Обиженному ребенку в мозг пришло одно единственное правильное, как ему тогда казалось, решение. Побег.
Если семье он не нужен, то и жить с ними смысла мальчик не видел. Пол часа назад состоялся тяжелый разговор с Велиором, после которого Лой и подумал о побеге. Спор возник из-за его успехов в учебе, а точнее из-за их отсутствия. Мальчик эмоционально намекнул отцу, что дело бы шло лучше, если бы он учился в общей школе со сверстниками и что его достал приставленный к нему скучный старик-учитель.
В порыве злости на внезапно проснувшуюся у ребенка дерзость Велиор сказал сыну необдуманную фразу, изменившую их будущие отношения бесповоротно. Лой, как и полагалось единственному и любимому наследнику, был не готов услышать о том, что он не единственный и возможно не наследник.
Власть на Парвусе передавалась от правителя к тому, кого он выберет. Много поколений в семье Инис управление подземным городом переходило из рук одного кровного родственника к другому. Никто из жителей и представить не мог, что правитель решит отдать власть кому-то со стороны, хотя по закону такая возможность всегда имелась.
Еще основатели установили правило передачи правления подобным образом. Когда Парвус был не столь многочисленный, то весь народ собирался на главной площади вокруг цитадели, и правитель делал прилюдное объявления о наследнике. С разрастанием подземного города о наследнике стали сообщать лишь первому и второму кругу. Для жителей трущоб ничего не менялось. Часто они продолжали вести обычную жизнь и не догадывались о смене власти еще долгое время. Пока слухи не распространились на весь Парвус, включая самые тесные и грязные дома.
Если власть имущий умирал раньше объявления наследника, то следующим правителем становился ближайший родственник.
Старая, как мир схема. Улучшать или совершенствовать ее никто не брался. Выгоды и смысла в этом действии большинство не видели, а вот последствий боялись. Нарушения привычного строя, как показывала история, часто сопровождались кровопролитиями. Поэтому все шло привычным чередом.
Айна, воспитывающая единственного сына, всегда говорила о том, кем ему суждено стать, долгое время не догадываясь об изменах мужа. Двенадцатилетний Лой первый узнавший о них, рассказывать матери об этом не спешил, потому что думал, что она могла знать об этом. И так же, как и Велиор скрывать правду.
Мальчик остановился посреди комнаты, задумчиво рассматривая вещи, которые успел достать. Он вдруг понял, что сбежать с ними будет гораздо сложнее, чем без них и стал распихивать одежду обратно по полкам.
В душе ребенка разрасталась жгучая обида. Мало того, что он был не единственным, так еще и весь институт семьи в его глазах рухнул. Раньше Лой думал, что родители любят друг друга, а теперь он сомневался даже в том, любят ли они его. По крайней мере, Велиора мальчик считал самым ужасным предателем в своей жизни. В основном потому, что после того, как правда случайно сорвалась с его уст, отец добавил, что пошутил.
Лой был маленьким, но не был дураком, и прекрасно понимал, что о таких вещах во время ссоры не шутят. Он видел в глазах отца сожаление за произнесенные слова, но не видел и доли сомнения, когда Велиор говорил, что наследником Лою не стать, если он продолжит халтурить с учебой.
Светловолосый ребенок рухнул на кровать, начиная плакать. Мальчик чувствовал себя бесполезным и ненужным. Для чего он старался и куда шел? Ему это стало неизвестно. Слезы кончились, и остаток ночи Лой провел, придумывая план побега.
На утро он бодрый и полный решимости, как обычно позавтракал с родителями, выслушал скучного морщинистого учителя, а вечером подкараулил, пока комната персонала опустеет и, пошарив по шкафчикам работников, обслуживающих правящую семью, впервые в жизни совершил кражу.
С бешено колотящимся сердцем Лой добрался до спальни. Там он натянул на себя побольше вещей, но так чтобы те не сковывали его движения, и направился к лифту.
