и грустный, массивный как медведь и со скуки порол кнутом двух по мелочи провинившихся девушек. Лупил вяло, без азарта, тревожили мысли об адских силах что смогли пробудит русские колдуны, в этот печальный момент к нему шаркающей походкой подскочил Ахмед -паша.
-У меня для вас радостная весть повелитель и полководец!
Командующий войсками перстом указал Ахмеду-паше на пышный персидский ковер. Король Египта произнес хрипловатым тоном:
-Для меня может быть только одна радостная весть: принцесса Лея и большой воевода Григорий убиты, или пойманы.
Ахмед-паша скаля тупые, желтые зубы уверил:
-Почти о великий повелитель. Нам удалось поймать рязанского воеводу, не того поставленного княжеского, а входящего в знаменитую пятерку в которую входят и двое бессмертных.
Король Египта сразу же оживился:
-Что? А ну ведите его сюда.
Нукеры копьями подтолкнули, бледного юношу. Перед глазами джихангира предстал Вадик Купцов, пареньку едва исполнилось пятнадцать, однако благодаря высокому росту и массивным плечам можно было дать и семнадцать. Только лицо еще розовощекое, круглое, а волосы единственного из пятерки черные. Впрочем, лицо все равно очень славянское и доброе. Он был почти голый, под посиневшей кожей бугрились мышцы, из широкого плеча капала кровь, босые ноги покраснели от мороза, но стоял юноша прямо и смотрел без страха на властелина Египта и претендента на Османский престол.
-Попалась птаха в наши сети, шакал засевший на цепи. Как он сражался Ахмед-паша?
Громадный осман, турецкий паша ответил низким басом:
-Он сражался как раненый вепрь зарубив дюжину могучих нукеров и семерых янычар, прежде чем нам удалось его скрутить.
Король Египта рассмеялся:
-Кхе-кхе-кже! Он великий батыр. Подымите ему голову.
Нукеры рывком подняли бледное лицо, сверкнули густо окровавленные черные волосы. Толмач торопливо переводил.
-Ты знаешь, русский пес я могу приказать тебя казнить, и ты это заслужил. Вместо этого я предлагаю, тебя стань моим нукером. Дам коня и саблю, если будешь верно, мне служить сделаю пашей или визирем.
Хотя и считался Вадик Купцов меркантильным коммерсантом, но отважно поднял глаза, в них сверкнула ненависть:
-Не нужна мне бандитская милость - я Родиной не торгую.
И плюнул в уродливую харю короля Садата. Плевок не долетел, ядовитая игла с которую он спрятал за щеку зависла в магической защите. Полководец Османской империи рассвирепел:
-На крест его. Распните вниз головой, пусть умирает медленно и мучительно.
Костер полыхал все выше и выше, и действительно усилия ребят не пропали даром три десятка всадников, внезапно выскочили из рощи. Они выглядели очень пестро, как богатые казаки с чубами на бритых башках и ... Шестиногих конях, что возможно на фоне прежних чудес еще и не самое удивительное.
Пацаны-попаданцы, разинув рты с удивлением смотрели на яркие одежды этих казаков чудесного мира, радостно отмечая все сходство здешних иномирян с людьми. Даже лица вполне малороссийские, может даже и посмуглее, все-таки солнц целых три и загар берется куда лучше, чем в умеренно-теплом климате Запорожья или Дона.
Но сами эти гайдуки отнюдь не добрые. Быстро спешились и двинулись на пацанов цепочкой, причем некоторые даже развернули сети, словно собирались ловить рыбу или куропаток.
Олег сразу понял, в чем дело, но поступил единственно правильным в данном случае образом, улыбнулся, сделал на встречу шаг, протянув руку. Слава последовал примеру брата, хотя и сам испугался, видя, насколько пышут злобой лица "казаков".
Те видимо не ожидая подобной реакции, остановились. А Олег произнес банальное:
- Мы ваши друзья и пришли с миром!
Командующий отрядом мощный мужчина в медном, надраенном шлеме( этом он сильно отличался от чубатых "казаков"), растеряно с трудом сдерживая икоту, пробормотал:
- Вы беглые рабы, не друзья!
Олег заулыбался еще шире и как это часто делают мальчишки, принялся врать, сочиняя на ходу:
- Мы вольные юнги торгового судна станы за туманами( название лучше конкретного не давать, они же в этом мире никаких государств не знают!), потерпели кораблекрушение, еле спаслись.
Олег сложил молитвенно руки умоляюще, произнес пасмурным тоном:
- Поскольку капитан и команда, скорее всего, погибли, мы слезно просим взять нас под покровительство!
Предводитель отряда прямо посмотрел в лицо Олегу. Он был опытным специалистом по ловли беглых рабов. И именно эта опытность давала ребятам шанс на спасение.
Тем более и во внешности попаданцев имелось некоторое сходство с юнгами. Рваные матроски, короткие штаны. Правда, кожа какая-то бледноватая, но это лишний раз показывало, что, скорее всего страна откуда они пришли, лежит на самом севере за туманами, как у них принято называть это место.
Но проверить тщательнее не помешает. Предводитель подошел к Олегу и Славе и приказал:
- А ну-ка оголите спины!
Мальчишки охотно сняли драные матроски, в такую жару без них приятнее. Тем более, что три солнца не слишком уже жгучие. Столько времени на светила иного мира, а покраснело совсем чуть-чуть и лишь слегка начинает браться загар.
Немцы еще не успели, как следует обработать пацанов. Так что на спинах лишь легкие следы ремня. Обычно рабов секут куда более безжалостно, распарывая до крови кожу и не раз. Ну, а юнг конечно тоже должны наказывать, хотя если это вольнонаемные ребята, то не так строго.
Затем сыщик приказал поднять ноги, пощупал подошву... Рабам до совершеннолетия, вообще не полагалась никакая обувь, чтобы не делать ноги мягкими. Исключение делалось лишь для домашних слуг, или вольнорожденых при желании хозяина. И то если дело касалось невольников, то следовало платить владельцу невольников налог на сандалии, и еще больший на сапоги или ботинки.
Так что на это в отношении сморкатых могли идти лишь богатые хозяева, желающие показать, что у них и рабам живется как коту в масле.
Не слишком еще огрубевшие ступни городских детей лишний раз указывали, что не рабы. Во всяком случае, не беглые с рудников или тяжелых полевых работ.
Да и самое главное клейма на них нет. Пуанцовку как правило ставили на грудь, живот, плечо, реже на внутреннее колено, но это уже женщинам.
Парни не смотря на внешнюю браваду их побаиваются, но это понятно, кто бы не испугался, да еще сразу трех сыскных команд. Держат себя, правда, хорошо, а рабы ведь пугливы, не часто встретишь хорошо владеющего собой невольника, особенно если он еще босоногий подросток.
Глава сыска
