а затем взял и со всего размаха рубанул мечом пробив волосатую зеленую грудь. От удара брызнула фиолетовая кровь, монстр дернулся, его трезубец скользнул по шлему и затих, выпустив пузыри ядовито-зеленой крови. Второй иномирянин отступил, было видно, что он тяжело ранен. Внезапно сиреневые бойцы сломали строй, пропоров мечами уцелевшего "мохнача", и его двоих с трезубцами. Рыцари и бароны всячески подбадривали сражающихся, они с сами были не прочь вступить в хватку. После первоначального успеха звезда красных закатилась - синие теснили их. Сначала упал один, потом второй, а затем и третий воин. Падая впрочем, он успел всадить трезубец в живот своему сопернику, выпустив кишки. Наконец осталось только двое красных бойцов. Они были сильно изранены и шатались от ударов. Не выдержав напряжения боя, они пали на колени, прося о пощаде. Супергерцог и прочие вельможи опустили палец в низ - добей. Только Алиса и Наташа подняв пальцы в верх осмелились просить об пощаде. Анжелика демонстративно проигнорировала голосование, а Максимка к нему и вовсе не был допущен. Знай, мальчик свое место! Победителей их осталось семь и, причем практически все с ранами, они хладнокровно прикончили поверженных в прах.
Супергерцог причмокнул губами.
-Замечательно. Теперь я лично займусь ими. Эй, лучники постреляете их. Сидящий напротив барон Ворона фон Курок энергично запротестовал.
-Нет, отдайте-ка их лучше мне. Я один срублю семерых.
Герцог скептически посмотрел на огромного, но что очевидно для профи неуклюжего барона. Не жалко конечно, но в преддверии большого похода на пиратов и этот тип владеющий кстати отличными посудинами пригодится.
-Нет, они тебя просто зарубят. Пускай лучше будет семь на семь. Лучшие наши рыцари против невольников гладиаторов.
Добровольцев желающих сразиться вызвалось больше чем надо, и супергерцог поменял решение.
-Я разрешаю драться всем.
Свора рыцарей всей своей массой обрушилась на гладиаторов. Завалив их толпой, они рубили, кромсали израненные поверженные тела. Самый опытный член семерки, успел распороть горло одному из озверевших шакалов. Практически все воины были в доспехах, что позволяло им защититься от ударов более ловких гладиаторов. В основном пьяные рыцари брали числом, а не умением. Вот и на сей раз, расправившись с рабами, они вцепились друг в друга, рубясь мечами. Супергерцог рявкнул во всю глотку, бегом влетели слуги, с крючками растаскивая дерущихся - схватка прервалась. Четверо рыцарей было зарублено, еще десяток получили серьезные раны, но в целом все дешево отделались. Маркс де Энглельс допил кубок, человек в черном с крестом на шее, словно лиса подкрался к сановнику и шепнул на ухо.
Лицо Супергерцога побагровело. Он проревел.
-Я удаляюсь примерно на час. Без меня не балуйтесь, вернусь к десерту.
Главарь почти бегом удалился, оставив довольно пеструю компанию бражничать в одиночестве. Впрочем, по поводу его ухода никто не пролил слез.
Алиса толкнула под локоть Наташу:
-Надо проследить, куда удалился толстобрюхий.
-Это разумно. - Воительница даже обиделась. - Но я и сам знаю!
Но проследовать за герцогом девочкам не дали. Увидав, что хозяин удалился, похотливые рожи вперились в красоток.
-Вы теперь наши.
Две дюжины рыцарей зашевелилось, словно черепахи они полезли своей массой на девочек. Их было много и они похотливо хрюками.
Алиса выхватила два меча и стремительно как крыльями бьющей в стекло бабочки стала вращать над головой, Наташка последовала ее примеру. Обе девушки напоминали породистых тигриц, зажатых волками.
Супергерцог тем временем пересел на механическую коляску, приводимую в движение с помощью вращающейся в ручную лебедки, помчался, тряся животом в тюремное подземелье.
Глава 24
Монголы тут же заломили руки Купцову и поволокли юношу во двор. Там они спешно сложили крестом бревна, на них зверски выламывая конечности, разложили мальчика. Последовали страшные удары гвоздями в кисти и ноги. Юноша с трудом сдерживал стоны, раненное плечо выжигало кипящим маслом. Перевернув, они повесили Вадика вниз головой, а крест вбили в землю. Каждый удар при вбивании отдавался страшной болью, глаза закатились. Чародейка с наслаждение смотрела на то, как корчиться юнак. Когда его зафиксировали, чародейка номер один Каллиостро вяло зевнула. Она еще не до конца отправилась от прежнего боя с двумя непобедимыми ангелами могучего Христианского Бога. О Аллах зачем Величайший послал таких сильнейших врагов? Ее слог, обессилел, утратил опостылевшую рифму:
-Я слишком устала и, все же два моих чародейских кречета будут охранять этого шайтана, заодно и проследят что бы он, не терял сознания, а помучился как можно дольше.
Громадные птицы зависли над крестом, шестеро стражников также стали возле распятого, словно опасаясь побега.
Григорий Кулаков продолжал внимательно наблюдать за монгольским лагерем, хотя ему было очень жаль Вадика, он не хотел преждевременно выдавать себя. Назначенный воевода продолжал висеть, кости в кистях скрипели от боли, любое движение терзало тело, ныли ожоги и раны. В дополнение ко всему было очень холодно, дул ледяной ветер, тело непроизвольно тряслось, вызывая ощущения того, словно в тебя впились тысячи раскаленных кинжалов, а в переполненной кровью голове звучали кавалькады тяжеленных колоколов. В довершение ко всем бедам два магических кречета принялись его клевать, нанося удары против сердца и печени. Каждое движение стальных клювов вызывало ожоги, ребра трескались от ударов, появлялись фиолетовые синяки. Григорий Кулаков с трудом себя сдерживал, он понимал, что если чуть-чуть промедлить то будет уже поздно, Вадик просто умрет.
Но и так сразу бросаться, против чудовищного по силе волшебства элементарно самоубийственно. И Гришка это понимал, да и вряд ли заколдованные птицы настолько глупы, чтобы убить одного из пятерки, унеся в могилу столько знаний о разных вещах. И в первую очередь, конечно же, о боевых технологиях различных эпох.
Терпение залог победы, если оно не сочетается со смирением перед злом!
Когда, наконец, злая ведьма заснула, он совершил уже не однократно проделываемый трюк, переодевшись под турецкого пашу, с виртуозным искусством изменив внешность.
-Чего стоите джигиты и батыры! Все войско празднует ту победу, что неизбежно дарует нам Аллах над русскими шайтанами, а вы охраняете труп. А ну живо налейте кумысу и араки, выпейте во славу Великого Аллаха и его пророка Магомеда.
Продрогшие янычары, с радостно поспешили выполнить волю начальства. Их не смутил даже малый рост Паши, так карликов в османской армии немало. По предварительной договоренности с принцессой Леей было решено испортить османский праздник вместе с наиболее подготовленными воинами нанести
