Папа закивал головой, и мы с Антоном вышли из кабинета.
На нас с разбегу тут же налетела Маша.
– Машка! – рявкнул на нее Антон. – Ты чего носишься, как угорелая! Мы здесь в гостях! Веди себя тихо!
– Перестаньте, Антон Львович! – послышался с лестницы голос мамы. – Пусть девочка поиграет!
– Татьяна Петровна, я не хочу, чтобы Маша что-то разбила или испортила в вашем чудесном доме! – обратился к моей маме Антон, наблюдая, как величественно и грациозно она спускается с лестницы.
– Да кому оно все надо? – Мама обвела рукой вокруг себя. – Здесь так давно не слышался детский смех! Да никакой смех не слышался! Иди, Машенька, осмотрись! – наклонилась она к прижавшейся к Антону девочке. – А после обеда можем сходить в бассейн!
– Ура! – завопила Маша и запрыгала вокруг нас, танцуя какой-то победный танец, известный только ей одной.
– Это не значит, что здесь все можно крушить! – строго сказал Антон.
Маша убежала вдаль по бесконечному коридору, а мы тоскливо смотрели ей в след. Вот кому нравится здесь больше всех.
– Доченька, покажешь Антону Львовичу свободную комнату? Зинаиду и Машеньку я поселила вместе, чтобы девочке было уютнее в незнакомом месте.
– Мама, Антон Львович будет ночевать в моей комнате, – сказала я и взяла его за руку.
Он нервно сжал ее, намекая, что не стоит так поступать, и так осуждающе на меня посмотрел! Ух!
– Погоди, Кристина, но разве не Денис твой жених? Вы что расстались? – удивилась мама и вылупилась на меня, как тогда, когда Дэн попросил моей руки.
– Все так, мама! – кивнула я головой и крепче сжала руку Антона, который попытался вырвать ее из своих пальцев. – Я с Денисом вместе! И с Антоном вместе!
– Это как это так? Вы с ума сошли?
– Мама, весь мир сошел с ума! У меня двое мужчин! И, кажется, я беременна от одного из них!
– О, Господи, Кристина! Папа знает?
– Сама ему скажи! Я устала! Папочка меня поймет! Я в него пошла!
Антон только судорожно выдохнул, не зная, что добавить, и я утащила его за руку от растерянной матери.
– Кристина, ну зачем ты так резко с мамой? – наругал меня мужчина, когда мы оказались в моей бывшей комнате. – Ты ее шокировала!
– Пусть привыкнут и смирятся! – буркнула я.
– Хочешь, чтобы мы спали в одной постели? – спросил Антон, осторожно усаживаясь на край кровати. – Это, по-твоему, правильно?
– Хочешь у Дениса разрешения спросить? Мне его разрешение не нужно! Он выгнал меня из дома! – напомнила я.
– Кристина, я понимаю, что ты обижена и тебе неприятно, но дай ему время. Мы сделали ему больно! – заступился за брата Антон.
– А он сделал больно мне в ответ. Мы в расчете! Я хочу завтра же поехать в больницу и выяснить, беременна я или нет!
– Хорошо, я поеду с тобой! – согласился Антон. – А ты сама, как чувствуешь себя?
– Хорошо, – пожала плечами я. – Я ничего не чувствую, Антон. Абсолютно ничего.
– Я предупреждал Дениса, чтобы он не торопился с детьми, но он меня не послушал.
– Все в порядке, Антон! Я сама хотела! И сейчас хочу! Я не брошу своего ребенка, если тебя это тревожит! Даже если Денис не примет нас с тобой, даже если и ты меня бросишь, я никогда не оставлю своего малыша! Может быть отца у него не будет, но мать будет однозначно!
– Кристина, мы тебя не бросим! Даже не смей так думать! – погрозил мне пальцем Антон. – Иди сюда! – он похлопал себя по колену, и я послушно села и обвила руками его шею. – Ничего не бойся, девочка! – тихо сказал он, целуя меня в висок. – Я обещаю, что все будет хорошо! Ты веришь мне?
И я поверила.
54. Антон
– Где Кристина? – спросил у меня Денис, прижимая Машку к себе.
Он искал ее взглядом по всей парковке возле клиники, куда мы приехали, чтобы все же выяснить, кто из нас двоих настоящий отец нашей дочери. По инициативе Дениса, кстати. Ему настолько не терпелось доказать мне и всему остальному миру, что отец именно он, что он сбежал из больницы, так и не дождавшись, пока его выпишут.
Выглядел он неважно: синяк на лице еще не сошел, круги под глазами, как будто он не спал все это время, неестественная бледность. Он поморщился от боли и поставил дочку на землю, хватаясь за плечо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Неважно себя чувствует, – ответил я, видя, как расстраивается Денис и перестает искать ее глазами.
– Что с ней? Она ждет ребенка? – дрогнувшим голосом спрашивает он.
– Сам позвони ей и спроси, – раздраженно отвечаю я.
Они с Кристиной не виделись с того самого дня, когда мы с братом подрались, но Денис упорно продолжал игнорировать девушку. А вот она все глаза выплакала – так переживала за него, страдая от этого его показушного равнодушия. Видно же, что и он места себе не находит, хочет увидеть ее, волнуется, но ведет себя, как конченный мудила. Я навещал брата в больнице почти каждый день, и Кристина все время просилась поехать со мной, но я запрещал, как и сегодня. Дэн должен первым сделать шаг к ней навстречу, как мужик, и никак иначе.
Я знал, что Кристина не беременна. Мы это выяснили с ней на днях, и она расстроилась снова. Но Денису я ничего говорить не стал. Пусть возьмет себя в руки и прояснит ситуацию со своей женщиной, а не у меня все выведывает, да выспрашивает.
– А это кто? – кивнул Денис на охрану Стаса, которая сопровождала нас везде и всюду, а сейчас его бойцы стояли в сторонке, стараясь быть неприметными, но от цепкого профессионального взгляда Дэна им было не спрятаться. Он вычислил их на раз.
– Охрану нанял, – коротко пояснил я. Дэн одобрительно кивнул в ответ.
– Где твой жетон? Ты его дома оставил? Почему?
Я ждал этого вопроса. Даже брату я не мог сказать, где прячу наших девочек, поэтому свой жетон я снял. Впервые в жизни. Не хотел, чтобы Дэн вычислил по сигналу мое местоположение. И впервые в жизни я не доверял своему брату. Скрывался и от него тоже. Это недоверие было подлым и оскорбительным, но оправданным. Я не мог знать наверняка о его намерениях. Слишком импульсивно он себя вел в последнее время. Пусть лучше я усомнюсь в брате, чем потеряю дочь из-за излишней доверчивости и неосмотрительности. Маше я сказал, что это такая игра, и что папе Денису нельзя рассказывать, где мы сейчас находимся, потому что он сам должен нас найти, иначе мы проиграем.
– Мы не живем дома, брат, – ответил я. – Ты сам догадываешься почему.
– Ты мне не доверяешь? – злобно усмехнулся Денис. Он обиделся, и это было заметно. – Ну, конечно! А вообще-то предатель из нас двоих – это ты! Но что ж, умно!
– Папа Денис, – подала голос Маша. – Вы опять ругаетесь?
– Ну что ты, милая! – поспешил успокоить ее Дэн. – Спорим просто.
– А ты с нами поедешь?
– Нет, Машунь, папа Денис поедет домой. Нужно Председателя кормить и кролей. Но он нас скоро найдет. Папа Денис очень умный!
Дэн криво ухмыльнулся в ответ и посмотрел на меня сверху вниз. Он не дурак, и рано или поздно вычислит, где мы прячемся, если ему это будет нужно. Или Кате. Он так и не рассказал до сих пор, о чем они с Катей разговаривали. Может быть у меня паранойя, а может быть они решили вместе дочку забрать и уехать. Откуда мне знать?
У нас взяли анализы, затем мы посидели с Машей и Дэном в кафе, как образцовая семья.
Дэн обнял дочь на прощание и что-то прошептал ей на ухо, отчего она заулыбалась. Мы с братом расстались холодно и напряженно. Переживал я за него, сердце разрывалось от предчувствия, что мы можем с ним попрощаться навсегда, но я тешил себя мыслью, что делаю то, что должен. А что будет делать он – Денис должен выбрать сам. И я молился, чтобы наши дорожки не разошлись.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Что сказал тебе папа Денис? – спросил я у Маши, когда мы сели в машину.
– Он сказал, что это секрет! Нельзя тебе говорить!
– Это что еще за секреты? – насторожился я. – От папы секретов не бывает! Я такой же папа, как папа Денис!
– Тогда почему мы прячемся от него?
– Мы просто играем!
– Мне не нравится эта игра! Это из-за мамы? Она хочет меня забрать?
