положении. Так что, пусть сегодняшняя минута славы будет твоей, только твоей и ничьей более.
«Липовый учитель» ещё немного поуговаривал меня для приличия, и сказав, что увидимся после премьеры, убежал по своим делам. Ну а мы пошли в зал.
До начала фильма «Человек с Земли» оставалось пятнадцать минут.
Показ картины превзошёл все мои, даже самые смелые, ожидания. Фильм людям не просто понравился, а очень понравился. Глядя за реакцией зала, зрители пропускают эту историю через себя, тем самым переживая интригующие моменты, происходящие на экране непосредственно вместе с актёрами. И это, на мой взгляд, было самое важное. Именно момент погружения зрителя в сюжет и делает хороший фильм не просто хорошим, а шедевром. К моей радости, сейчас происходило именно это волшебство. Смотрящий картину человек оказывался не в зале, а непосредственно на месте происходящих событий. И это не могло не радовать.
Что же касается самой картины. В общем-то, фильм мне понравился. Конечно, снят он был не совсем так, как я того хотел, но, тем не менее, вполне себе не плохо. И это не только моя оценка. По окончании показа это подтвердили и все находящиеся в зале, которые сейчас, стоя, громко аплодируют.
Я тоже встал и присоединился к зрителям, хлопая в ладоши.
На сцену поднялся Давид Эдуардович Хачикян. Ему сразу же подарили букет красных гвоздик. Он поблагодарил и, улыбаясь, подошёл к микрофону:
– Товарищи, балшое спасыба вам, товарыщи, за такие лэстные апладысмэнты. Спасыба руководству нашэй страны, руководству рэспублики и мыныстерству культуры СССР. Но, товарыщи, над фылмам работал нэ я адын. Прошу всэх актёров и съёмочную группу поднатся суда, чтобы вы, дарогие зрытели, могли на них пасмотрэт.
С первых рядов зала поднялось около двух десятков человек и под усилившиеся всеобщие овации стали подниматься на сцену.
Там все они выстроились в ряд и принялись хлопать в ответ, тем самым благодаря зрителей, которые смогли достойно оценить получившуюся картину.
Давид постоянно кланялся, получал от зрителей цветы и смеялся. В какой-то момент он посмотрел на актёров, что-то спросил у одного из них, а затем вновь подошёл к микрофону и громко, с радостью в голосе, произнёс:
– Товарыщи, тут у нас нэ хватает сцэнарыста. Давайтэ всэ попросым Алэксандра Васына поднаться к нам.
– Его нэт! – выкрикнул кто-то из зала.
– Нэ приехал! – поддержали его ещё некоторые зрители.
– Прыехал! Он тут! Гдэ-то тут, срэди вас!
– Да-а? Правда? – удивились стоящие на сцене люди. – Он действительно здесь?
– Здесь! Здесь! Иды к нам, Саша! – крикнул Хачикян в притихший зал.
– Э-э? – обалдел я от такого неожиданного поворота, и хотел было покрутить у виска, тем самым показав «учителю», что тот творит фигню, но не успел, ибо стало уже поздно.
Со всех сторон зала раздался шёпот…
«Кто?»
«Васин?»
«Какой Васын?»
«Саша Васин?»
«Сам Саша Васын?!?!?»
– Ну что жэ ты, Саша, иды к нам, – продолжал настаивать «учитель», не переставая призывно махать рукой.
«Гдэ?» «Гдэ он?!» – заговорили зрители, внимательно рассматривая стоящих рядом с ними.
Все пытались понять одно: где скрывается этот самый Саша?
На меня тоже несколько раз посмотрели со всех сторон, но идентифицировать, как искомого не смогли.
И тут товарищ Хачикян подлил масла в огонь.
– Саша, ну что же ты стоишь, – махнул он в мою сторону и обратился к залу: – Товарищи, вон тот чэловэк с бородой и в гипсэ, это и есть Саша. Он просто пэрэоделся. Помагыте ему поднаться к нам, пажалуйста.
В это мгновение я буквально ощутил взгляд тысячи глаз обращённых на меня.
В зале начался гул и брожения, в котором можно отчётливо было различить слова обо мне и о белых розах…
Глава 27
Медлить было нельзя ни секунды. Уловив усиливающиеся бурление вокруг, прекрасно осознал текущий момент, поэтому незамедлительно принялся действовать. К выходу из зала путь мне был заказан, его перекрыла столпившаяся там масса зрителей, поэтому принял другое, единственно верное в данной ситуации, решение. В мгновение ока, сделав несколько прыжков, оказался у сцены.
– А-а-а?.. – крайне удивился присутствующий на сцене актёрский состав, и посмотрел на запрыгивающего к ним «старика», у которого отклеились не только усы, но и борода с париком.
– А-а? Васин? – удивился зал от неожиданности и прыти будущей жертвы.
Но быстро пришёл в себя.
– Васин?! Васин! – неожиданно раздался громкий женский визг.
– Васин! Васин!! – поддержало его множество подобных визгов и со всех рядов зала в сторону сцены побежали молодые девушки.
– А-а-а! Васин! – присоединились к ним женщины.
– А-а-а! Васин! – поковыляли в ту же сторону бабушки.
– А-а-а!! Васин! Васин!! – ломанулось всё оставшееся население зала. – Белые розы!! А-а!
В мгновение ока все, присутствовавшие в зале, столпились возле сцены. Ну да ладно, на самом деле, всё бы могло обойтись, если бы фанаты «роз» и другого творчества, просто бы подбежали и остановились внизу. Но всё оказалось не так просто. Просто остановиться они не хотели и не могли. Они увидели дичь, почуяли запах крови и, поняв, что жертве деваться уже не куда, она загнана за кулисы, страстно возжелали её растерзать в клочья.
– А-а!! – продолжал реветь в секунду обезумевший люд.
Подбежав и видя, что снизу сцены достать меня не получается, ибо жертва к ним не подходит, и даже наоборот начинает пятиться, милые фанаты, не долго думая, решили воспользоваться народной мудростью: раз гора не идёт к ним, то они пойдут к горе. И полезли на эту самую сцену…
Начальники разного рода пытались образумить людей, отважно вставая перед ними, но те просто оббегали их и всё приближались ко мне.
Я подбежал к единственной двери, ведущей с этого края сцены и рванул её, надеясь укрыться в гримерке, но дверь оказалось заперта. Мало того, она была железная, а значит, и сломать её даже я бы не смог.
И тут меня настигли десятки фанатских рук.
Я не
