восхищалась тем, как девушка проделывала это. Жаль, что сейчас этот прием направлен против них.
Она достала два кинжала, что висели по бокам. Но затем произошло невозможное. Она, продолжая катиться по земле, резанула Суво одним из клинков по колену. В движении перевернулась лицом к врагу и, упираясь выставленной вбок левой ногой, вторым клинком пронзила сердце СВОЕГО отца.
Удивленный всеобщий возглас разлетелся по полю. В шоке были все. И они, и враги. Один Суво, будто ждал удара. Не выпрямляясь, он что-то прошептал девушке и, прежде чем рассыпаться горсткой пепла, раскинул руки в стороны и высвободил остатки магии. Василису снесло волной последнего магического удара.
Маришка подняла руки в попытке удержать стремительно несущуюся к земле сестру.
— Нет. — Остановил ее Эрик. — Твоя Магия не стабильна. Камиль? — И перевел взгляд на колдуна, но тот лишь отрицательно покачал головой. Дракон прорычал и посмотрел на Кики.
Кузина вышла вперед, огляделась и, подняв руки вверх, призвала свою силу.
Мари наблюдала за тем, как ее сестра стремительно несется в объятия земли, а деревьев, которыми управляет Кики, поблизости нет. Сэл позаботилась об этом. За спиной что-то прошелестело и пролетело мимо. Маленькие иголки от хвойных растений, закружив вихрем, словили Василису у самой земли.
Дочь Якобны затаила дыхания. В горстке иголок не было движения. Сосны и ели не могли заменить мягкость листьев клена или дуба. Все, что смогла сделать Кики, это замедлить падение. Но получилось ли спасти сестру?
Одна секунда, две, три. Слезы полились из глаз, а крик, вырывающийся из груди, застрял у самого горло, когда на пятой секунде, кто-то в горстке зашевелился.
Василиса встала. Ее лицо было обращено к заходящему солнцу. Теплые лучики пробежались по щекам девушки, на секунду застыли в волосах. Они вернулись к своему привычному рыжему цвету. Лишь кончики, остающиеся черными, напоминали о том, что она минуту назад была Тенью, или все еще остается ей.
— Ждем. — Произнес Эрик.
Девушка была ранена. По левой ноге стекали ручейки крови, плечо разорвано, спина оставляла желать лучшего. Кики замедлила падение, но не смогла смягчить удар. Слишком мало листьев откликнулось на зов колдуньи, тем более это листья хвойных деревьев. Девушка вытащила клинки, которые когда-то
Мари ей подарила. Сердце продолжало бешено выпрыгивать из груди. То, что она убила Суво, могло значить что угодно. Начиная с того, что она решила встать на их сторону, заканчивая тем, что она решила убрать отца и занять его место.
— Ждем. — Повторил дракон.
Амир и Деметрий пригнулись. Почему-то они были в полном боевом облачении, но в образе людей.
На противоположной стороне тоже ждали. Никто не готов был начать бой первым. Все ждали, пока Тень примет решение.
Сэл же так и стояла, с клинками в руках, между двух войск, не поворачиваясь ни к одному из них спиной. Она прекрасно осознавала, что ей придется воевать с теми, против кого будет направлено ее оружие.
— Ждем. — как какую-то молитву повторил Первый из трех.
Солнце последний раз осветило поляну и скрылось за горой, на прощанье махнув последним лучом. Василиса пригнулась и повернулась спиной… к войску Ральфа.
В ту же секунду Эрик бросился в бой. Он направлялся на середину поля, к своей подопечной. За ним последовали Дэм с Амиром, в полете перевоплотившись в волков. Маришка же, опустив руку с головы мужа, расплакалась. Сестра будет бороться за них.
Войска с обеих сторон рванулись с мест, как по команде. Кики подбежала, взяла ее за руку и ринулась в задние ряды, к стрелкам. Сама Мари больше ни на что не была способна. Сестра приняла их сторону. Эрик был прав.
Василиса
Острый клинок вошел в живую плоть. Плоть отца, который заботился о ней последние полгода. Из-за появившихся слез, Суво расплывался. Почему-то он не выглядел удивленным. Ожидал от своей дочери удар в сердце? Но девушка не хотела убивать его.
Маришка…
Либо он, либо Маришка. Просьба сорвалась с соленых губ:
— Прости.
— Истинная разрушительница. — Шепотом.
Слова были предназначены только ей. На прощание, раскинув руки, он смел все на своем пути.
Полет был недолгим. У самой земле ее закружило водоворотом хвойных иголок, больно расцарапавших тело. Стоило оказаться на земле, как они накрыли ее с головой. Сил, чтобы встать, не было.
Может, просто умереть? Не придется воевать, доказывать, оправдываться. Она ведь убивала. Осознание вины накрыло с головой, как еловые иголки минуту назад. Погубленные жизни…Сколько их было? И что в итоге? Кинжал в сердце отца. Кинжал, подаренный Эриком.
Эрик…
Он не учил сдаваться. Сломанные руки и ноги — не повод умирать, а разбитое сердце тем более. И Василиса встала.
Справа — собранное ей войско, слева — ее прежние друзья. Битве быть. «Это неизбежно», — сказал учитель. Осталось выбрать сторону.
Солнце своим теплым лучом лизнуло по щекам. Может, так и остаться стоять? Замереть неподвижной статуей, и будь что будет?!
Тепло… Почти не чувствуется боль. Руки сами потянулись к рукояткам мечей.
«Это неизбежно».
Она попыталась выпрямиться. Что-то хрустнуло. Прислушавшись к телу, поняла: переломов нет, но глубокая рана на левом бедре, правое плечо пострадало при падении. Вся спина в порезах от иголок и вспоротой земли. Из-за последнего отсутствует часть одежды, где-то между лопатками сильно поддувает.
Солнце село, пора воевать.
Василиса
Василиса медленно развернулась лицом к гоблинам, волотам и командующему ими Скуму.
Мерзкая крыса. Вот его бы убить стоило, еще при первой встрече. Этот гаденыш однозначно успел произнести прекрасную речь о предательстве Тени и необходимости ее скорейшего уничтожения.
Земля дрожала от топота ног. Гоблины улюлюкали, а волоты активно размахивали дубинами. Василиса согнула ноги в коленях, принимая удобную позу для боя. Мысленно подсчитывала, скольких сможет уложить, прежде чем погибнет.
— Рядом.
Справа послышался голос Деметрия.
Сэл глубоко вздохнула.
— Рядом.
Слева стоял Амир.
Она перестала дышать, ожидая третьего. И вот когда казалось, что выдохнуть нет сил, послышался голос.
— Рядом.
Он пришел, как и обещал. Ее наставник, ее учитель, ее опора.
Вместе с выдохом, ушли боль, страх и одна-единственная слеза, которую на данный момент Василиса могла себе позволить.
Девушка развернулась. Амир и Деметрий стояли спина к спине по левую и правую руку от нее. Эрик — обращенный к ней лицом.
— Зеленые. — Улыбнувшись, произнес дракон. И было очевидно, что речь шла о ее глазах. Секунда, в которую и он позволил себе слабость в виде радости из-за ее возвращения. Улыбка ушла, на ее место, собранный взгляд и твердое, — Какие действия?
Больше нет возможности думать о смерти. Эрик приказал действовать.
