— Если вы, вампиры и вампирессы, готовы зажечь, мы готовы играть! Я Рик Кларк, а это… «Данс-бэнд Мертвецов»!
Раздались редкие вежливые аплодисменты.
— И открывают вечер двое лучших танцоров Роудса, любезно приглашенные Blue Moon Productions. Прошу приветствовать… Шон и Лейла!
Пара, которая вышла в центр танцевальной площадки произвела бы впечатление на кого угодно, будь то человек или вампир. Они оба были существами, в жилах которых текла холодная кровь, хотя он был очень древним, а она, вроде, была свежеобращенной. Она была одной из самых красивых женщин из тех, кого я когда-либо видела, и была одета в кружевное бежевое платье, которое колыхалось вокруг ее ножек мирового класса, как падающий снег вокруг деревьев. Ее партнер был, возможно, единственным встреченным мною вампиром с веснушками, и его тускло-рыжие волосы были столь же длинными, как и ее.
Они смотрели только в глаза друг друга, и танцевали, словно скользили сквозь сон.
Я никогда не видела ничего подобного, и, судя по восхищенному вниманию аудитории, остальные тоже. Когда музыка закончилась — по сей день я не могу вспомнить, что они танцевали — Шон отбросил Лейлу спиной на свою руку, склонился над ней, и впился клыками в ее шею. Я была потрясена, но другие, похоже, ожидали подобного, и это показалось им неслабой концовкой. Софи-Энн подняла пылающий взгляд на Андре (хотя не так уж далеко нужно было поднимать — он был ненамного выше ее), а Эрик посмотрел на меня с таким жаром в глазах, что я испугалась.
Я решительно вернула свое внимание на танцплощадку и захлопала как сумасшедшая, пока двое кланялись. Затем к ним присоединились еще пары, и музыка заиграла снова. По привычке я поискала глазами Билла, но его нигде не было видно.
Тогда Эрик сказал:
— Пойдем, потанцуем, — и я обнаружила, что не могу сказать «нет».
Мы вышли вместе с королевой и ее потенциальным королем, и я увидела, что Рассел Эдингтон и его супруг Барт, также выходили танцевать. Они казались столь же увлечены друг другом, как двое предыдущих танцоров.
Я не могу петь, но ей-богу, я умею танцевать. И Эрик брал несколько бальных уроков в каком-то из своих столетий. Моя рука лежала на его спине, его — на моей, наши свободные руки соединились, и мы начали танец. Я не была уверена в точности, что это было, но он хорошо вел, и за ним было легко следовать. Скорее вальс, чем что-либо еще, решила я.
— Прелестное платье, — сказала танцовщица Лейла, когда мы оказались рядом с ними.
— Благодарю Вас, — сказала я и лучезарно улыбнулась. От кого-то, столь красивого, как она, это был большой комплимент. Тут ее партнер наклонился ее поцеловать, и они закружились, теряясь в толпе.
— Это платье действительно прелестно, — сказал Эрик. — А ты просто сказочно красива.
Удивительно, но я была смущена. Я получала комплименты раньше — нельзя работать в баре и не получать комплементов — но большинство из них сводились к тому, что в различной степени пьяные парни говорили мне, что я очень хорошенькая, или, в одном случае, мужчина сказал, что у меня впечатляющая «стойка» (в любом случае, ДиДжею дю Рону и Хойту Фортенберри удалось отдавить парню ноги и всего его облить в этот самый момент, совершенно случайно).
— Эрик… — сказала я, но не смогла закончить предложение, потому что не смогла придумать, что сказать дальше. Я сосредоточилась на скорости, с которой двигались мои ноги. Мы так быстро танцевали, что мне казалось, что я лечу. Внезапно Эрик отпустил мою руку и взялся за талию, и, так как мы кружились, он, вращая, подбросил меня в воздух, и тогда я действительно полетела с некоторой помощью Викинга. Я глупо смеялась, мои волосы развевались вокруг головы, а он отпустил меня, и поймал, буквально в нескольких дюймах от пола, а затем он сделал это снова и снова, до тех пор, пока, наконец, я не опустилась на пол, и музыка закончилась.
— Спасибо, — сказала я, зная, что должна выглядеть как после сильного шторма. — Прошу прощения, но мне нужно сходить в дамскую комнату.
Я опрометью кинулась сквозь толпу, стараясь не улыбаться как идиотка. Я должна быть с — да-да! — с моим бойфрендом. А вместо этого танцевала с другим парнем до тех пор, пока не почувствовала дрожь от счастья. И в этом не было ничего хорошего, но я оправдывала себя обменом кровью.
Софи-Энн и Андре перестали танцевать, и стояли вместе с группой других вампиров. Они не нуждались во мне, поскольку рядом не было людей, которых нужно было «прослушивать». Я заметила Карлу, танцующую с Джервейсом, и они были вполне счастливы. Карла ловила восхищенные взгляды других вампиров, от чего Джервейса распирало от гордости. Понимание, что его собратья-вампиры страстно желали то, что он уже получил, было невероятно сладким.
Я знала, что чувствует Джервейс.
Я остановилась как вкопанная.
Если я… Я же не могла прочитать его мысли, правда? Нет, конечно, не могла. Единственный раз я поймала фрагмент вампирской мысли до сегодняшнего вечера, и эта мысль была холоднокровной и коварной.
Но я знала, что чувствует Джервейс, точно так же, как я прочитала мысли Хенрика. Разве что только это были знания мужчин и их реакций или мои знания о вампирах, или, может, я действительно замечаю эмоции вампиров лучше, поскольку выпила кровь Эрика в третий раз? Или мое искусство, мой талант или мое проклятие — как бы я его не называла — расширило свои границы и включает вампиров, так как я стала ближе к ним?
Нет, нет и нет. Я чувствовала себя как обычно. Я чувствовала себя по-человечески. Я была теплой. Я дышала. Мне было нужно в туалет. И я была голодна. Я подумала о знаменитом шоколадном торте старой г-жи Бельфлер. Мой рот наполнился слюной. Да, несомненно, я — человек.
Хорошо, значит, эта новая близость к вампирам будут слабеть, и мои сверхсилы рассосутся со временем. Я дважды пила кровь Билла, может быть, даже больше. И трижды — у Эрика. И каждый раз, когда я получала их кровь, в течение двух или трех месяцев сила и острота ощущений, которые я получала в результате, постепенно снижались. Значит, это случиться и в этот раз, верно? Я бодро встряхнулась. Конечно, так все и будет.
Джейк Пьюрифой стоял, прислонившись к стене, наблюдая за танцующими парами. Я обратила внимание, что ранее он вел в танце молодую вампиршу, и она смеялась. Не всё Джейку тосковать, и я была этому рада.
— Привет, — сказала я.
— Сьюки, ты неплохо действовала на суде.
— Да, но было очень страшно.
— Откуда был этот парень?
— Это одиночка, на мой взгляд. Эрик сказал мне поискать его следы завтра среди здешних клубов лучников, чтобы пытаться выяснить, кто его нанял.
