ходе борьбы прозвал его крысом. В результате иному это всё надоело и ещё через полгода он совершил новый ритуал перехода.
Однако новое тело его снова не удовлетворило. Как я понял, то существо, которым он был раньше, мешало ему ужиться в человеческом теле, так что крыс постоянно был в режиме поиска. К тому же ему хотелось найти носителя, имеющего определенный доход и живущего в комфортных условиях, разумеется по советским меркам.
Именно из-за этого, сменив за восемь лет десяток тел, иной наконец смог подобрался к директору Елисеевского гастронома, имея явную цель занять его место. За время своих мытарств, крыс встретил множество себе подобных иных и вошёл в круг осведомлённых.
Как оказалось, иные живущие в крупных городах СССР, постоянно сталкивались друг другом и неизбежно коммуницировали, передавая друг другу самые последние новости и сплетни. Это касалось всех, как светлых, так и тёмных.
При упоминании ликвидаторов крыс оскалился, зафыркал и едва не запаниковал. Это дало понять, что такие как он совсем не стремятся с ними сталкиваться. А ещё он безусловно побаивался меня, ведь слухи о недавно появившемся, развоплощающем тёмных, страшном Ведьмаке, у иных передавались из уст в уста.
В результате расспросов я определил, что крыс слабоват для тёмного и скорее всего больше ищущий, который этого не признаёт и инстинктивно тянется к самым сильным иным. Попав в мир людей, он вёл себя как руководствующееся инстинктами животное и попросту искал где ему будет лучше и сытнее жить.
— Значит директором Елисеевского захотел стать? — не спросил, а скорее констатировал я.
— Ведьмак, а ты знаешь какие у Соколова связи и с какими людьми он общается? Галина Брежнева каждую неделю по два раза заходит в гастроном за спецзаказами и пьёт с ним коньяк. В друзьях директора генерал Чурбанов, председатель Московского горкома Гришин и даже министр МВД Щелоков не гнушается его компании. Кроме этого Соколов кормит весь Московский бомонд и может легко попасть не только в любой театр или на кино площадку, но и задружиться с любой самой популярной звездой Советского экрана или эстрады. А там такие длинноногие девочки, закачаешься — мечтательно сказал крыс и похотливо облизнулся.
— И зачем же ты тогда воровал в гастрономе, если действительно хотел занять его место? Что, не мог немного подождать? — с притворным укором поинтересовался я.
— Я не могу по-другому. Это всё моё нутро. Если я вижу, то что очень хочу, меня тянет сразу это забрать — признался крыс, однако в его словах я не уловил и тени раскаяния.
— А как ты в сейф залезал?
— Секретарша Варвара. Эта недалёкая дура, знает где спрятан ключ и вызнала особый секрет сейфа. Она ревнует и желает контролировать своего любовника, а я этим просто воспользовался. Конечно я не могу загипнотизировать каждого. Вот тебя, например, пытался, но не смог. А вот Варвару гипнотизировать каждый раз получается очень даже легко — похвалился крыс.
— Ясно. Ну а теперь покажи-ка мне гипнотизёр где ты прячешь украденные сокровища? — спокойно потребовал я и тут же заметил истинный взгляд крыса, невольно кинутый на стену, заставленную стопками колёс. — А хотя можешь не показывать. Пожалуй, я смогу и сам всё найти.
Подтащив крыса к стене, я пнул ногой стопку и на пол полетели потёртые шины. А за ними открылся вид на ещё на одну неприметную, ржавую дверцу.
Осознав, что я легко нашёл его сокровищницу, крыс жалостливо заскулил, однако меня это не остановило. Ключик к замку нашёлся на всё той же связке, так что через минуту я проник внутрь помещения и нащупав выключатель, врубил свет.
Единственная тусклая лампочка загорелась посреди просторного подвального зала и моим глазам предстала следующая картина. Прямо под лампочкой стоял железный верстак, на котором стояли несколько трёхлитровых банок, в которые были любовно закатаны советские купюры.
А все стены, потолок и пол были расписаны странными рунами, только отдалённо проходившими на те что я видел раньше. Даже одного взгляда мне хватило, чтобы понять они выписаны не только криво и неумело, но и в большинстве своём в зеркальном виде. Складывалось впечатление что руны просто бесцельно перерисованы, причём большинство кое-как неверно воспроизведены, скорее всего по памяти.
Кроме этого народного творчества, вдоль одной из стен стояли рассохшиеся полки, забитые запчастями и новой резиной, соседствующей с испорченными головками сыра и банками с красной и черной икрой. Из-за заплесневевшего сыра в помещении стаял затхлый духан, а во рту чувствовался привкус спор плесени.
На противоположной стороне от полок висел цветастые персидский ковёр, с проколотыми к нему рядками фотографий.
Рассмотрев банки с рублёвой наличкой, я примерно определил, что там не меньше пятнадцати тысяч, разными купюрами. К тому же одна из банок так и вовсе была до краёв наполнена советской мелочью. Кроме этого на верстаке стояла небольшая коробка, забитая золотой ювелиркой.
— Ну ты и крыса. Всё что спёр, сразу тащишь в свою нору — проговорил я и покачал головой.
Иной заметил моё недовольство, пожал плечами и развёл руки в стороны, тем самым дав понять, что по-другому жить не умеет.
— Чего хочет добиться тёмный? — резко переключившись, спросил я, тем самым воспользовавшись его смущением.
— Это мне не ведомо, однако ходят слухи что ему надоело ждать, и он желает впустить в этот мир поток силы.
— Зачем ему это?
— Если свободно текущей энергии станет больше, такие как я смогу стать самими собой не только находясь в аномалиях, но и в обычной жизни.
— А тебе самому этого хочется?
— Больше всего на свете. Я не такой сильный как многие из нас, и проживая в телах людей не могу полностью подавить их сознание. Вот и сейчас этот гад скребётся изнутри и просится на волю. — Иной грязно ругнулся, упомянув хозяина тела и презрительно фыркнул. — Понимаешь, будучи сам собой, у меня словно расправляются плечи, и я даже начинаю кое-что вспоминать из своего прошлого, лежащего далеко за серыми пределами. Я ощущаю подобное каждый раз, во время ритуала, позволяющего менять тело. К тому же получив силу даже я смогу не только гипнотизировать, но и порождать аномалии и спокойно подчинять себе одновременно сотни людей.
— И для того чтобы все иные получили силу, тёмному нужен я?
— Да. И он тебя Ведьмак обязательно найдет. Хотя если хочешь я могу тебя спрятать, разумеется за гарантию моей неприкосновенности — тут же
