— А где ты был в битве, Айвен? Я тебя искал! — удивленно спросил Хродвальд.
— Да, ярл там половину поля оббегал, тебя ища — прогудел Клепп — Где Айвен, где Айвен? Никто не видел Айвена?
— Ну а я вот… — развел руками Айвен. — Тут застрял.
— Пропустил много интересного — серьезно сказал Веслолицый.
Хродвальд посмотрел на людей которые садились в драккар. Он боялся что у него не хватит достаточно здоровых, чтобы грести. Впрочем, они будут идти вниз по реке.
— Да… — Айвен растерянно и виновато замялся — Я когда на берег высадился, неудачно щит схватил. И большой палец себе вывихнул — Айвен показал левую руку. Она была перебинтована. — Мне уже вправили, и мазь дали! — успокаивающе сказал Айвен, подтаскивая ярла поближе к рулевому веслу. Хродвальд пустым взглядом смотрел на горло Айвена, и гладил ладонью рукоять ножа. Потом убрал руку с ножа, и похлопал ей Айвена по плечу. Это получилось не сразу. Наконец ярл разлепил спекшиеся губы, и сочувственно произнес:
— Неповезло.
Глава 27. Хороший план
Люди севера долго спорили со смертью на поле битвы, долго возвращались к кораблям. Испортили себе почти весь день. Не прошло и пары часов с того момента, как они погрузились на корабли, и отплыли, а уже начало темнеть.
Пришлось пристать к небольшому речному островку, где было мало леса и каменистый берег. Когда они плыли на битву, он показался ярлу маловат для ночевки всей армии. Но теперь на нем хватило места для всех. Всех, кто остался.
Как ни странно, но больше всех пострадал не отряд Торвальда, а те кто не удержал строя и побежал. Их вытоптали как, случается, стадо овец вытаптывает посевы. Отряд Торвальда, хоть и дрался больше других, но не досчитался, на глаз, не более полусотни человек. Это, конечно, очень много. Но меньше, чем можно бы было ожидать.
Сейчас ярл лежал голый на берегу. Айвен заботливо подложил под него щиты, чтобы ярла не ранили камни, и омывал его раны чистой тканью. Даже удивительно, как много на нем оказалось царапин и синяков. Почти все не опасно, кроме глубокого разреза на ноге. Но и эту рану хмурый Веслолицый не посчитал нужным зашивать, ограничившись толстым слоем целебного бальзама и перевязкой.
Веслолицый, в силу долгого опыта походов оказался сведущ в ранах, и потому был за лекаря. Настоящие лекари с ног сбивались, поэтому Хродвальду было бы неприлично держать их у себя, ведь его раны не были серьезными. К тому же Веслолицый, как оказалось, и сам чуть не поймал арбалетный болт, прочертивший ему толстую борозду на ягодице. И хоть сегодня от лучника в вальгаллу отправилась только толстая полоска кожи с задницы, все же рана была очень болезненная, и после долгого перехода старик совсем выбился из сил. И теперь Веслолицый лежал на животе, на большом камне, и осторожно смазывал свою рану. А вот Ярл немного поспал на палубе драккара, и отдохнул. И теперь настороженно смотрел на людей вокруг, пытаясь прочесть их настроение. Клепп сидел рядом. Старательно пялясь в сторону. Но здоровяк тут был не рядом со своим ярлом, а сторожил Алкину. За его спиной расположились девы щита и женщины охотников на тюленей. Их было несколько десятков в отряде Торвальда, и сейчас они держались вместе. Они бережно забрали Алкину у Клеппа, чтобы обработать её раны. Он стоял рядом, пока не понял, что её, да и многих других раненых, для этого придется раздеть. Клепп заметался, обнаружил рядом знакомые лица, и уселся спиной к женскому берегу, таращась на Хродвальда пустым и мечтательным взглядом. К ярлу возвращались силы. Он это понял по тому, что вдруг почувствовал злость.
— Я же просил твою женщину, ударить по ним магией! — неожиданно, даже для самого себя, слишком громко и зло закричал Хродвальд на Клеппа. Тот только растерянно моргал, медленно возвращая на лицо осмысленное выражение.
— Она и ударила — вместо Клеппа ответил Веслолицый. — Соткала из зеленого света воющие черепа, и бросила их прямо в лица южан. Много, штук пять. Ну, может, четыре. Южане опасные противники, они сразу поняли что происходит, и начали стрелять в девченку. Плечо и руку прострелили ей почти тут же. Она руку с посохом подняла, из-за щита Клеппа высунулась — Веслолицый поднял руку, показывая как именно неосторожная ведьма высунулась, и ткнул себя пальцем туда куда ей вогнали арбалетные болты. Выходило что сами раны были не опасны. Если конечно лихорадка не сведет ведьму в могилу. А на вид девка не выглядела крепкой. Хродвальд потупился. Веслолицый тем временем продолжал:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Она сразу упала. Тут к ней я подбежал, и Клепп. Клепп дурак, конечно, щит бросил. Хорошо Нарви успел поднять… — Веслолицый запнулся на мгновение, и продолжил тем же спокойным голосом — Наконечники у южан плохие. Выдернуть трудно. Тут Алкина и говорит: “Режь!”. Ну или не говорит, может я так услышал. Достаю я нож, и тут Клепп меня за руки хватает. Я ему говорю, может грубо немного — что ты, мой друг, не понимаешь, ведь железо в ней ей колдовать не даст. А она скулит все это время, как придавленная телегой собака. Балованная девка, видать братья одни в семье. Совсем терпеть не привыкла. Ну тут то Нарви обернулся, сказать что-то хотел… — Веслолицый замолчал.
— Рубанул его топором один… В желтом… — закончил за него Клепп.
— В общем наши на них кинулись, они на нас. Я думал затопчут ведьмочку то нашу. Но её Клепп вынес. Я их потерял. Суетно там было. Как последнюю стрелу выпустил, стал к лесу отходить, тут-то Клеппа и увидел. Подхожу, а он молодцом оказался. Вырезал из неё железо. Она себя подлечила, и лежит тихонько. Я думал даже мертвая, но нет, поскуливает, шевелится.
— Она сама — тихо сказал Клепп. И посмотрев на немой вопрос в глазах ярла объяснил — Сама из себя наконечники вырезала. Я за них дернул, а у них древки сломались, и я… Ну… Растерялся немного.
— Нарочно их такими делают — хмыкнул Веслолицый.
Хродвальд посмотрел за спину Клеппу. Алкина действительно слабо шевелилась, помогая девушке, что отмывала её от грязи и крови. На руке и плече бугрились огромные шрамы, словно в этих местах неоднократно кромсали плоть раскаленным ножом. Цена за быстрое исцеление.
— Она говорит что быстро восстановится. У ней же посох теперь есть, помогает — буркнул Клепп. — Может завтра уже колдовать сможет.
— О ней уже пошли слухи, и нас спасает только то, что никто в них не верит — тихо сказал Айвен. — Но многие не верят, а знают, а это значит…
Хродвальд задумчиво кивнул. Как сказал тогда Клепп, “Скальд Плоти”? Заполучить себе такого умелого лекаря может стоить дорого. Даже если платить железом. И многие люди будут готовы заплатить и такую цену.
— Эти, всадники, не испугались совсем! — возмутился Клепп — Когда Алкина в них… Колданула! Щитами прикрылись, а один, я видел, в воздухе мечом колдовскую… Ну, мертвую голову, разрубил.
— Надо было в коней бить — хмуро сказал Веслолицый.
— Неужели не достала ни одного? — удивился Хродвальд.
— На них железа много. Или амулетов. — тяжело вздохнул Клепп.
— А кто там рядом с Алкиной — вдруг забеспокоился Айвен. Хродвальд с Веслолицым присмотрелись.
— А, это дева щита что примкнула к Торвальду — сказал Хродвальд — Алкина врачевала её на поле. Видишь рубцы на лице?
Клепп тоже обернулся, проследив за взглядами остальных. И увидел девушек, которые уже почти отмылись от крови, и теперь просто сидели обнявшись, и о чем-то хихикали, как это обычно принято среди женщин. Клепп густо покраснел и отвел взгляд от Алкины. И тут же наткнулся взглядом на Бабушку. Бабушке сильно досталась. Она тоже была голая, и вокруг неё хлопотали несколько женщин, обрабатывая её раны. Бабушка показала Клеппу культю вместо левой руки, и сказала:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— И все еще это лучше, чем рожать!
Клепп повернулся обратно к Хродвальду, став совсем пунцовым.
— Думаешь, значит, привычные они? Даже к такой магии? — спросил Айвен у Веслолицего. Тот немного подумал и кивнул. Хродвальд потер подбородок, и сказал:
