Тэсс тщательно оделась для этого случая.
Меньше всего она хотела выглядеть на этом торжестве сожалеющей о том, что они с матерью отдали свой дом обществу. Она не хотела, чтобы люди жалели ее и Аманду или догадывались об их чувствах. Поэтому Тэсс потратила часть денег, вырученных в Литтл-Роке, на роскошный шелк для себя и темно-красный бархат для Аманды. Они вместе шили себе платья, а Тэсс еще обрезала со старого бального платья изящные кружева для отделки.
Когда Тэсс оделась и сделала себе прическу, укрепив на затылке длинные кудри, повесила жемчуг, который подарил ей Шелби, и взглянула в зеркало, то осталась очень довольна собой. Надев на руки легкие ажурные перчатки, она теперь была полностью уверена в том, что никто не догадается, как много ей приходится работать.
Тэсс и Аманда стояли в холле и принимали гостей вместе с председателем Лиги Леди и Розмари. Тэсс заметила, что напрасно тревожилась за Аманду – та исполняла свои обязанности с нескрываемым удовольствием. В новом вечернем платье, любезно встречая все прибывавших дам, она чувствовала себя хозяйкой бала, который могла устроить лет пятнадцать тому назад.
Тэсс от всего этого испытывала мало радости; она потеряла вкус к этим помпезным, шумным общественным мероприятиям. Как только прошло ее возбуждение от роскошного вида, в котором она предстала перед обществом, так ей стало нестерпимо скучно улыбаться и говорить банальные комплименты каждому новому гостю. У нее болела спина от вчерашней генеральной уборки, ей хотелось есть и пить. Она уже подумывала, как бы ей улизнуть отсюда, пройти на кухню и стащить там чего-нибудь, как вновь открылась парадная дверь и вошла семья Тиреллов.
Как всегда в последнее время, стоило Тэсс лишь увидеть Гидеона, как сердце у нее начинало учащенно биться. Находясь рядом с ним, она уже ни о чем не могла думать, кроме своей любви к нему. Он же, к сожалению, взаимностью ей не отвечал. По крайней мере, она этого не чувствовала.
– Гидеон! Мама Жо! – Тэсс поцеловала Жо, пожимая ей руку. Гидеону же Тэсс лишь сдержанно кивнула головой. Жо задумчиво перевела взгляд с Тэсс на своего сына, но ничего не сказала.
– Жаль, что не смогла прийти Мэгги, – вздохнула Тэсс. – Но я ее понимаю.
– Да, – поддержала ее Жо. – Смерть Уилла тяжело отразилась на ней. Я пробовала уговорить ее поехать с нами, но она сказала, что не может на это смотреть. Знаешь, многие думают, что Мэгги должна испытывать облегчение от того, что Уилла не стало, но это не так. Она его любила несмотря ни на что и сейчас еще сильно переживает свою потерю.
– Конечно. – Тэсс заметила чету Конвеев, и губы ее сжались. Бентон Конвей стоял в дверях с самодовольным видом, а рядом с ним стояла Линнет, бледная и красивая.
Жо состроила гримасу.
– Он!.. Я надеялась, что у него не хватит наглости показаться сегодня здесь.
– Не будьте наивны, – ответила Тэсс. – Он надеется, что, устроив этот вечер, войдет в правление Лиги.
– Гидеон, быстро пригласите меня танцевать, – прошептала Тэсс. – Я не хочу разговаривать с ним. – Кроме того, Тэсс боялась выдать Линнет дружеским к ней расположением. Ведь Линнет составила этот план.
– Конечно. – Гидеон взял Тэсс за руку и повел ее танцевать. По его суровому выражению лица можно было предположить, что эту миссию он исполняет крайне неохотно. Но по правде говоря, чувствовал себя Гидеон смущенным, так как держать в объятиях Тэсс ему было и очень приятно, и неловко. С того вечера, когда он, не сдержавшись, поцеловал ее, Гидеон постоянно смущался. Теперь при встречах он не мог открыто смотреть на Тэсс, в то время как в нем горел мощный огонь желания.
Гидеону казалось, что сильнее желать женщину, чем он, – невозможно. Но когда он попробовал вкус ее губ, подержал в руках ее гибкое и желанное тело, ему стало вообще невмоготу. Его воображение подсказывало ему лишь одно – образы Тэсс, которую он обнимал, целовал, лежал с ней, обнаженной, в постели и обладал ею. А тут приходилось выдерживать этикет, и Гидеону давалось это с трудом.
Гидеон не мог обуздать свои фантазии и переживал из-за этого. Как он мог думать о своих желаниях, когда знал, что Тэсс был неприятен его поцелуй. Ему казалось, что Тэсс не простила его даже после того, как он извинился перед ней. Она старалась реже видеться с ним в последнее время.
Нет, если он честный человек, то должен признать, что только он разрушил их дружбу. А как они раньше приятно беседовали, смеялись, доверяли друг другу… Он предал ее доверие к нему. Она, должно быть, презирает его, смиряясь с его присутствием лишь потому, что любит Жо и Мэгги.
Гидеон протянул руки к Тэсс, она ступила ему навстречу, и они присоединились к танцующим. Тэсс показалась ему восхитительно нежной, но Гидеон старался не думать об этом. Он вдыхал ее запах, и по его телу разливался жар. Он окинул взглядом ее красивое лицо с ярким румянцем на щеках. Ее губы были рядом, яркие, влажные, и ему очень хотелось впиться в них. Желание охватило его, и он испугался, что начнет дрожать, как хлипкий, неопытный подросток. Ему пришлось заставить себя не смотреть на Тэсс.
Тэсс не смела смотреть на Гидеона. Она, слегка опустив голову, делала вид, что разглядывает его вечерний костюм. Но как только он взял ее за талию и повел в танце, по всему телу пошли возбуждающие, жаркие волны. Почему она была так глупа, что попросила его потанцевать с ней? Не посчитает ли он ее за развязную, легкомысленную женщину, которой нужен мужчина? Ей приходили в голову совершенно нелепые мысли.
Когда танец закончился, Гидеон учтиво проводил свою партнершу к месту, где сидели его мать и Марианна Хилл. Сам он поспешил к группе мужчин, которая расположилась рядом с лестницей.
Несчастная Тэсс наблюдала, как он уходит. Он едва дождался, чтобы покинуть ее. Если ей нужно было какое-нибудь доказательство, что он не любит ее, то сейчас она его получила.
К ней подошла взволнованная Розмари.
– Извините, – начала она. – Я боюсь, что у нас не хватит посуды для всех закусок. Миссис Дигс интересуется, где ее торт, а я не поставила его, так как у меня нет лишнего блюда. Я подумала, может быть, вы… – она запнулась, умоляюще глядя на Тэсс.
– Конечно. Я думаю, что у нас найдется блюдо, которое я могу вам одолжить, – любезно ответила ей Тэсс.
– О, спасибо! – успокоилась Розмари. – Вы меня еще раз извините. Я не хотела вам докучать своей просьбой, вы и так очень много сделали для этого вечера. Я должна была сама просчитать все, что необходимо, но и расстраивать миссис Дигс мне бы не хотелось.
– Не беспокойтесь, – сказала Тэсс, отводя девушку в кухню. – Все сразу трудно предусмотреть.
Тэсс открыла буфет и нашла в нем большое китайское блюдо, которое подходило для торта. Розмари ее горячо поблагодарила. Тэсс повернулась, чтобы выйти из кухни, и внезапно в дверях увидела Бентона Конвея.
