главного, а именно с - нефти и технологий ее переработки. И первым делом он написал записку на имя Сталина, в которой указал на необходимость проведения разведывательного бурения в районе села Ромашкино, что на юго-востоке Татарстана. Именно там в сорок восьмом году будет открыто одно из крупнейших в мире месторождений нефти, что принесет Татарстану заслуженную славу второго Баку.
После открытия Ромашкинского месторождения неизбежно будут строиться новые нефтеперерабатывающие заводы, и, по мнению Максима, лучше бы им строиться сразу по новым технологиям. А еще он считал, что заводы эти лучше будет строить поближе к Уралу, на тот крайний случай, если немцы и в этот раз дойдут до Волги.
Но, если насчет мест строительства новых нефтеперерабатывающих заводов Максим мог лишь дать совет, то по технологиям переработки нефти у него было гораздо больше информации. И все эти технологии, пройдя через копировальную лабораторию, должны быть переданы академику Ивану Михайловичу Губкину, являющемуся на сегодняшний день лучшим специалистом по нефтепереработке в СССР.
Первым, что подготовил Максим, была технология прямого каталитического риформинга нефти, позволявшая из того же количества сырья получать чуть ли не вдвое большее количество бензина, причем с заметно более высоким октановым числом, вплоть до сотни. Технология эта требовала значительного количества платины, но, как выяснил Максим, добывалась она в СССР в больших количествах, а в промышленности пока что почти не использовалась.
Закончив с риформингом, Максим решил подготовить материалы и по пиролизу углеводородов. Не зная точно, насколько Советскому Союзу сейчас нужны полиэтилен и полипропилен, он решил, что лишней такая информация все равно не будет. Пусть ученые отработают технологию производства полимерных материалов, а там уж пусть инженеры решают, где их использовать и использовать ли их вообще.
В сопроводительной записке Максим особо указал, что в качестве сырья для пиролиза можно использовать не только нефть, но и различные виды природных газов, в том числе и попутный нефтяной газ. Сейчас при добыче нефти его просто сжигают на факелах, что наносит вред окружающей среде, да и просто является растратой ценного сырья.
Подготовив отдельную папку с технологиями разделения попутного нефтяного газа на ценные составляющие, Максим задумался над тем, кому же передать эти материалы? В итоге он решил передать все материалы по переработке углеводородов все тому-же Губкину, а тот уж пусть сам решает, чем он займется сам, а что передаст кому-нибудь другому.
Ну, и чтобы окончательно закрыть вопрос нефтепереработки, Максим подготовил материалы по производству искусственных каучуков из углеводородного сырья. В Советском Союзе бутадиеновый каучук уже производился, более того, именно мы первыми в мире смогли организовать его производство в промышленных масштабах. Вот только бутадиен для него в эти годы производился из этилового спирта, который, в свою очередь получали из картошки.
Максим же хотел предложить производить более продвинутый бутадиен-стирольный каучук, причем, бутадиен для него получать не из спирта, а из бутана, получаемого либо из природного газа, либо в качестве побочного продукта нефтепереработки. Технология получения бутана должна была отправиться все тому же Губкину, а технологии получения бутадиена и сополимеризации его с стиролом - на ленинградский завод «Красный треугольник», в лабораториях которого некогда и была разработана отечественная технология производства синтетического каучука.
Закончив с нефтепереработкой, Максим перешел к вопросам, связанным одновременно и с химией, и с его должностью куратора разработок стрелкового оружия, а именно - к порохам. В качестве сырья для их производства в настоящее время использовался хлопок, которого откровенно не хватало, соответственно и пороха производилось недостаточное для грядущей войны количество. Максим же хотел предложить советской промышленности технологию производства пороха из древесной целлюлозы, что позволит значительно увеличить объемы производства без потери качества.
Затем Максим начал готовить материалы по оптике, считая, что новому оружию, разработку которого он курирует, просто необходимы достойные его прицелы. Итогом его поисков по этой теме стала пухлая папка, которая должна будет отправиться в Государственный Оптический институт в Ленинграде. В этой папке было все, начиная от технологии варки правильного оптического стекла и до способов глубокого просветления линз.
Туда же отправилось и техзадание на разработку новых оптических прицелов. По задумке Максима, первый прицел, с трехкратным увеличением, из-за объектива большого диаметра и широкого угла обзора будет лучше подходить неопытным стрелкам, чем известный ему прицел ПУ, а продвинутая прицельная сетка, полностью позаимствованная от созданного в будущем прицела ПСО-1, добавит удобства при введении боковых поправок. Второй же прицел, уже шестикратный, должен стать профессиональным инструментом для хорошо подготовленных снайперов.
Мечтая создать не только обычный оптический, но и ночной прицел, Максим плавно перешел от оптики к микроэлектронике. Создать электронно-оптический преобразователь наши ученые смогут, тем более что этот прибор уже известен и восемь лет как производится в Германии. С батареями для питания тоже особых проблем не предвиделось, наладить производство компактных никель-кадмиевых аккумуляторов было вполне реально.
Что представляло реальную сложность - это преобразователь напряжения, высоковольтный блок с умножителем напряжения. Чтобы сделать эти блоки компактными требовались нормальные диоды и транзисторы, а их не было и в ближайшее время не предвиделось.Имелись, правда, так называемые точечные диоды и транзисторы, но удастся ли на их базе создать более-менее компактный преобразователь напряжения - Максим понятия не имел.
Распечатав материалы по всем узлам ночного прицела, Максим подготовил их к отправке во Всероссийский электротехнический институт, решив, что если у тамошних инженеров получится сделать прицел - будет замечательно, если же нет - то ничего страшного, подождет до лучших времен!
Хоть Максим и не хотел заниматься автомобильной промышленностью прямо сейчас, недавнее происшествие на дороге заставило его изменить свое мнение. Стране нужны были хорошие автомобили, в первую очередь - грузовики и автобусы, но и приличный легковой автомобиль также бы не помешал. И если «Газ-М1», который должен был пойти в серию в следующем году, более-менее соответствовал представлениям Максима о нормальном легковом автомобиле, то с грузовиками все обстояло гораздо хуже.
Не став мучиться с отдельными узлами, Максим подобрал несколько наиболее удачных моделей автомобилей, всю информацию о которых он и
