— Клод немного захворал. Горло болит, видите ли. Боюсь, голос у него совсем ослаб, — объявила она, завладев всеобщим вниманием. — Кто хочет чая с кексами? Нет, не говорите. Просто поднимите руки. Сначала леди.
Графиня, ее невестка и мисс Мейберри послушно подняли руки.
— Прекрасно. Теперь джентльмены. Граф, его брат и оба виконта последовали примеру дам. Лорд Прит едва слышно попросил шампанского.
— Мы не встречались, но я много слышала о вас от Алекс, — заметила Софи Шербрук, обращаясь к Хелен. — Сначала она хотела придушить вас из ревности, но потом решила, что можно обойтись без столь крайних мер, лишь бы вы держались подальше от Дугласа. Правда, что вы собираетесь замуж за лорда Бичема?
— Да, но сначала, как вы уже слышали, необходимо точно знать, жив ли мой муж, а если это так, какое зло задумал. Представляете, как ужасно, когда ваш якобы мертвый вот уже восемь лет супруг вновь выскакивает неизвестно откуда, как чертик из табакерки! И как раз в тот момент, когда мы со Спенсером решили пожениться!
— Понятно, — протянула Софи, глазом не моргнув. Еще бы! Она еще не к такому привыкла. Попробуйте справиться с пятнадцатью детишками, запертыми в доме в дождливый день!
Несколько минут спустя, когда все наслаждались восхитительными шоколадными слойками, персиковыми тарталетками и тминными кексами, сияющий Райдер провозгласил:
— Вы видите перед собой нового члена палаты общин. Поэтому мы с Софи и находимся в Лондоне. Мне удалось победить в честной борьбе мерзкого пузана по имени Редфилд, и теперь я представляю Верхний и Нижний Слотер, а заодно и окрестности.
— За здоровье новоиспеченного политика! — воскликнул лорд Прит, поднимая хрустальный бокал. — Э-э, молодой человек, вы уверены, что хотели именно этого?
— Он стремится исправить злосчастные законы, позволяющие эксплуатировать детей, — пояснила Софи, — и я уверена, что это ему удастся.
Она принялась увлеченно рассказывать о детях, которых Райдер спас от беды и привел жить в Брэндон-Хаус.
Планы строились, менялись, переделывались. Райдер и Софи решили остановиться в доме Дугласа. Они уже собрались уходить, когда в гостиную буквально ворвался лорд Прит. По пятам следовал Флок с большим серебряным подносом.
— Что это, отец?
— Ах, дорогая, теперь у нас достаточно добровольцев для эксперимента. Не волнуйтесь, Софи, это шампанское.
— Сэр, — охнула Софи, — но оно фиолетовое!
— Да. Мое собственное изобретение. Видите ли, я добавил туда виноградного сока, чтобы получить этот изумительный глубокий цвет. Великолепно, не считаете? Надеюсь, вы все попробуете, кроме Спенсера, конечно, иначе он позеленеет и испортит прекрасный вечер.
Никому не хотелось стать жертвой опытов лорда Прита, но гости из вежливости попробовали странную смесь под неотступным, полным отвращения взглядом Спенсера.
Сделав два крошечных глоточка, Александра поспешно поставила прелестный хрустальный бокал на поднос.
— Это очень необычно, сэр, — призналась она, — но откровенно говоря, я нахожу подобную смесь омерзительной. Может, вы попробуете подлить в шампанское что-то другое?
Лорд Прит с надеждой воззрился на Дугласа, но тот скорбно покачал головой и промолчал. Едва не плача, изобретатель обратился к Софи. Та неловко откашлялась, бросила на мужа умоляющий взгляд и пролепетала:
— Простите, сэр, может, вы взяли не тот виноград? Средиземноморские сорта наверняка были бы лучше.
— Папа, ты честно пытался, — вмешалась Хелен, — но Александра права. Находись я на смертном одре, все равно не стала бы это пить, даже если бы мне пообещали полное выздоровление.
— И ты, моя крошка Нелл? — вздохнул лорд Прит. — Видите ли, дочка обожает меня, и если ей что-то не нравится, значит, дела мои плохи. Но погодите! Райдер, вы еще не высказали своего мнения.
— Сэр, после многих лет супружеской жизни я усвоил, что если в чем-то не соглашусь с женой, она незамедлительно лишает меня не только своих сладких улыбок, но и других сладостей. Простите, сэр, но ничего не могу сделать.
— Прекрасно вас понимаю, — кивнул лорд Прит. — Ну, хорошо. Флок, как мы назвали эту смесь?
— “Випань”, милорд.
— Неплохо. Есть в этом определенный шик. Хм-м-м… а что вы думаете насчет абрикосов в шампанском?
Очевидно, до такого никто не додумался, поскольку все сконфуженно молчали.
Братья с женами вскоре ушли. Каждый твердо знал, что ему делать.
Глава 27
Часы едва пробили полночь, как в дверь спальни лорда Бичема тихо постучали. Спенсер голый лежал на гигантской кровати, натянув до пояса простыню, и мечтал поцеловать мягкую плоть под коленками Хелен: то, чего ему не удалось пока осуществить.
— Войдите! — крикнул он.
В комнату вплыла Хелен. Именно вплыла, другого слова не подберешь. Ошеломленный Спенсер молча наблюдал, как она скользит к кровати. Алая ночная сорочка с пеньюаром потемнее оттенком почти стелились по полу, и, как ни странно, этот весьма вызывающий ансамбль вовсе не казался на ней аляповатым или дешевым. Скорее наоборот, не давал мужчине ни малейшего представления, какие сокровища скрывал.
— Уходи, Хелен. Умоляю!
— Сейчас уйду, — пообещала она, останавливаясь. — Тебе нравится?
Она сделала грациозный пируэт, и легкий шорох шелка едва не лишил Спенсера сознания. Не лежи он на спине, непременно упал бы на колени.
— Если немедленно не уберешься, я сорву его с тебя и рассмотрю утром.
— Я надела его, чтобы тебя наказать. Это кара. Спенсер, утонченная кара. Как по-твоему, дотягивает до Четвертой степени?
— Хелен, я настолько жажду видеть тебя обнаженной, что не ручаюсь за последствия. Как бы от этой красной штуки не остались одни тряпки!
— Александра сказала, что такие вещи может носить исключительно любовница, которой пришло в голову обольстить своего красивого, блестящего, волнующего покровителя. И еще добавила, что именно это надела бы для страстной ночи с Дугласом, хоть он и ее муж. Софи тут же возразила, что Райдер хохотал бы до упаду и в мгновение ока стащил бы с нее пеньюар. Я же посчитала, что пусть мы не женаты, но находимся в весьма интимных отношениях, значит, я твоя любовница.
— Нет. Возлюбленная. Если бы у тебя не было своих денег, тогда ты могла бы считаться любовницей. А теперь исчезни, Хелен.
Она улыбнулась ему, повернулась, направилась к двери и на ходу бросила через плечо:
— Не хотела, чтобы ты думал, будто я о тебе забыла. Но тут же стала серьезной. Напускное веселье слетело с нее, и Хелен, опустив плечи, спрятала лицо в ладонях. Спенсер мгновенно слетел с кровати и прижал се к себе.
— Любимая, не плачь. Я сам бы заплакал, но это не по-мужски. Есть границы, которые мужчина не должен переступать. Позволь мне обнять тебя, но не питай никаких надежд на продолжение. Ну вот, хорошо, утри слезы. Мы со всем справимся, Хелен. Подумай, как мы умны и изобретательны, вспомни о наших помощниках! С ними мы добьемся удачи. Видишь, к нашей армии присоединились Райдер и Софи Шербрук. Им тоже палец в рот не клади. Представляешь, какими им приходится быть проворными и решительными, чтобы воспитывать пятнадцать человек детей!
