— Ага. Вход был вон там.
Он кивает в сторону одного из углублений, которыми испещрена каменная стена высотой в десять этажей. Оно располагается на третьем этаже дома для молодых воронов. Странно, что я только сейчас замечаю множество пар глаз угольного цвета, которые смотрят на нас из отверстий в скале.
— Она всё еще на месте?
— Нет. Её уничтожили. А что?
— Антони знал о ней, — тихо отвечаю я.
Одна из его бровей приподнимется.
— Антони хочет смерти Лору, Фибс.
Несмотря на то, что он не отпускает мои руки, его хватка ослабевает.
— Но он так отчаянно сражался, чтобы вернуть его.
Допрос Данте всплывает у меня в памяти точно надоедливый запах благовоний.
— Ты уверена.
Я сглатываю и киваю.
— Вот мерда. Это плохо.
Он смотрит в сторону Сиб, походка которой сделалась в прямом смысле прыгающей, словно она очень чему-то рада.
— Нам стоит предупредить Сиб, чтобы она не уговаривала Маттиа привести его сюда.
— Антони не посмеет вернуться. Он не будет рисковать жизнью, чтобы покончить с моей парой.
Когда я это произношу, я чувствую тяжесть чьего-то взгляда. Мне даже не надо поворачиваться, чтобы понять, что это Лор. Слышал ли он всё, о чём я рассказала своим друзьям?
— Почему вы выглядите так, словно кто-то пнул змея?
Взгляд Сибиллы перемещается с Фибуса на меня, и я киваю.
Пока Фибус рассказывает всё Сибилле, голос Лора разрезает мои мысли.
«Для меня не является новостью то, что Антони меня ненавидит, птичка».
И прежде, чем Лор поймёт, что ненависть Антони к нему — это последнее, о чём я переживаю, я закрываю свои мысли, так как очень боюсь, что моя пара покинет Небесное королевство и полетит искать Антони, тем самым рискуя потерять своего второго ворона.
Овладев эмоциями, я поворачиваю своё бесстрастное лицо в сторону тёмного угла, где стоит сейчас Лор в окружении Имоген и трёх других воронов.
«Этот полукровка хочет заполучить всё, что у меня есть. Моё королевство… мою пару».
Я сжимаю губы.
«Не думаю, что он всё ещё хочет меня заполучить, Лор».
«Бронвен когда-нибудь рассказывала тебе о том, что показал ей Котёл в ту ночь, когда мы освободили моего второго ворона?»
«Нет. Она только сказала, что если Антони отправится со мной, это изменит мою судьбу».
Я смотрю в сторону своей тётки-провидицы.
«Я так понимаю, ты знаешь, как?»
«Да».
Я осматриваю темноту в поисках золотых глаз, которые Лор не сводит с меня.
«И как?»
Вместо того чтобы ответить мне, Лоркан решает мне показать. И хотя этим событиям не суждено было случиться, от этого видения слёзы начинают течь по моим щекам.
ГЛАВА 45
— Фэллон, что такое?
Глаза Фибуса наполнены таким неподдельным волнением, что я нацепляю на лицо улыбку и накрываю ладонью его острую скулу.
— Ничего, Фибс. Всё в порядке.
— Ага. Выглядит именно так, — говорит он со вздохом.
Сибилла сглатывает несколько раз.
— Это Антони.
Это не то, что она подумала, но да, причина моей сердечной боли — Антони, поэтому я киваю. Возможно, когда-нибудь я расскажу им о той жизни, которая могла у меня быть, но сейчас я не хочу представлять мир, в котором нет Лоркана Рибава.
Я встаю и готова уже пойти к нему, так как жажду оказаться рядом с ним, как вдруг он пересекает «Таверну-Базар», направляясь в мою сторону во всём своём призрачном великолепии. Сибилла и Фибус отходят назад, освобождая для него место.
Близость Лора только усиливает мою печаль.
«Не плачь, любовь моя».
У меня начинают выступать слёзы, когда я заглядываю в его сверкающие глаза. Мне бы хотелось верить, что меня нелегко сбить с пути, но тогда, когда я собиралась украсть пять железных воронов, я была такой наивной, что если бы мне сказали правильные слова и привели правильные доводы, я бы сделала то, что не нужно было делать.
Мои мысли снова переносят меня в то видение, и я снова вижу, как вонзаю обсидиановый клинок в крыло Лоркана после того, как Антони убедил меня в том, что этот ворон погрузит весь мир в хаос.
Бархатные тени моей пары скользят по моим щекам, стирая слёзы и не давая им скатиться с подбородка.
«Этого не произошло, Фэллон».
После печали приходит злость. Я начинаю тянуть себя за волосы.
«Но это могло произойти, Лор. Могло! Я была довольно глупой…»
«Ты не глупая. Ты никогда не была глупой. Тобой двигало сердце».
Лор убирает мои руки от волос своими призрачными пальцами.
«Знаешь, во что я верю, mo khrà?»
«Нет. Во что?» — восклицаю я, всё ещё полностью разочарованная сама в себе.
«Я верю в то, что твоё сердце снова привело бы тебя ко мне».
«Ты слишком доверяешь моему сердцу», — ворчу я.
«Ты не только моя пара, но ты также мой ворон. Если бы ты не вернулась ко мне из-за парной связи, ты вернулась бы ко мне благодаря своему происхождению».
«Ты, и правда, думаешь, что Антони не раскрыл бы тайны моего происхождения?»
Насмешка в моём голосе придаёт ему истерические нотки.
«Думаю, что твоё любопытство заставило бы тебя начать искать ответы в одиночку. Я также думаю, что Котёл не сделал нас парой для того, чтобы в итоге развести нас».
«Но именно так он поступил с моими родителями».
«Котёл не разрывал их связь, Фэллон; это сделала Мириам».
Моя грудь расправляется, чтобы вместить мой громкий вдох.
«Если нам повезёт, то Котёл вернёт Дайю твоему отцу».
«Я не верю в везение».
«Веришь. Ты же веришь, что нам с тобой может повезти?»
Ещё один глубокий вздох вырывается из моих лёгких.
«Нам троим».
Я хмурюсь.
«Троим? Ты зачал ребёнка в моё отсутствие?»
Улыбка разрезает его тени.
«Нет, Behach Éan. Это станет твоей задачей. А моей единственной ролью будет — излить своё семя в твоё лоно».
Несмотря на то, что мы обсуждаем трагичные вещи, моё тело нагревается при упоминании его семени.
«А вообще, я имел в виду твоего отца».
Моё тело перестает пылать. Я оглядываю рынок в поисках вышеупомянутого мужчины, но не нахожу его среди групп оборотней. Куда он делся?
«Он сказал, что ему надо куда-то слетать».
Я, конечно, могу ошибаться, но мне кажется, что он полетел к морю, чтобы найти ярко-розового змея. Боги, моя мать — змей.
«А мы — птицы».
«Это расставляет всё по своим местам».
Я слышу, как кто-то откашливается. Я выглядываю из-за плеча Лора и замечаю Габриэля, стоящего недалеко от нас.
— Простите, что прерываю.
Он одаривает меня мимолетной, но милой улыбкой.
— Рад снова тебя видеть, Фэллон.
— Я тоже рада тебя видеть.
— А ты уже и не надеялась?
— Я никогда не теряла надежды выбраться оттуда.
— Я имел в виду…
Он потуже затягивает кожаный ремешок, которым он перевязал свои… свои по-настоящему короткие волосы.
— Ты ведь помнишь о пророчестве Бронвен, согласно которому я сыграю в Котёл до следующего полнолуния. Луна уже полная, а я всё ещё жив.
Я моргаю. Я не забыла об её мрачном предсказании, но забыла о сроках его исполнения.
— Это… Я рада, что она ошиблась.
Он со вздохом отвечает:
— Она всё ещё видит мою смерть от меча Таво.
— Ну, я думаю, что мы все хозяева своей судьбы.
Я смотрю в сторону одного из столов, где сидит Бронвен вместе с Юстусом, который что-то рассказывает и водит кончиком пальца по чернильным кругам на своей ладони.
Несмотря на то, что Бронвен довольно сложно любить, так как её методы весьма жёсткие и часто граничат с жестокостью, она действительно заботится о безопасности своего народа.
