Речь фюрера представляла сплошное надувательство немецкой общественности в лице «ветеранов партии». В этом была его суть, как политика, апеллирующего к традиционной формуле: лучше взять кровью, чем потом, лучше получить раны, чем пахать землю. Фюрер считал малодушием для немца Третьего рейха приобретать потом то, что можно добыть кровью. Но на примере войны с Россией он глубоко заблуждался – не плоть, а дух делает человека человеком, тем более, когда дело касается защиты крова, обороны его от варвара, ворвавшегося в дом.
Гибель Германии Гитлера в дуэли со сплоченным народом Советского Союза во главе со Сталиным была предрешена. Но это надо было еще доказать. Сражение выигрывает тот, кто твердо решил его выиграть. Весь наш народ, за исключением отщепенцев, наши солдаты и офицеры решили добиться победы над врагом, понимая, как это будет тяжело.
Замысел операции состоял в том, чтобы в ходе мощных ударов трех фронтов разгромить войска, прикрывавшие фланги ударной группировки противника, и, развивая наступление по сходящимся направлениям на Калач, Советский, окружить и уничтожить главные силы немцев, действовавшие под Сталинградом. Важную роль в разработке этого плана сыграли генералы Г.К. Жуков, А.М. Василевский и Н.Н. Воронов.
Сталинградская наступательная операция длилась с 19 ноября 1942 года по 2 февраля 1943 года. Операция же «Кольцо», целью которой была ликвидация окруженной группировки, стала завершающим этапом Сталинградской битвы.
Она началась ранним утром северо-западнее Сталинграда вводом в бой ударных группировок Юго-Западного и Донского фронтов (командующие фронтами генералы Н.Ф. Ватутин и К.К. Рокоссовский). На следующий день к югу от города перешли в наступление армии Сталинградского фронта (командующий генерал А.И. Еременко).
В результате контрнаступления под Сталинградом советские войска разгромили 6-ю и 4-ю танковые немецкие армии, 3-ю и 4-ю румынские и 8-ю итальянскую армию, которые потеряли свыше 800 тыс. человек. Было взято в плен более 91 тыс. человек, в том числе свыше 2,5 тыс. офицеров и 24 генерала во главе с генерал-фельдмаршалом Паулюсом, а на полях сражений было подобрано около 140 тыс. убитых солдат и офицеров. Солдаты называли Сталинград общей могилой вермахта. Для немцев в этот период время предельно сжалось.
По рассказам отца автора – Терещенко Степана Петровича – участника Сталинградской битвы, особенно фашистов докучали наши громкоговорители, которые вещали на немецком языке, предлагая капитуляцию и фиксируя страшную арифметику войны:
«Каждые 7 секунд в России погибает один солдат. Сталинград – братская могила!»
А потом выворачивающие душу звуки метронома и модных немецких песен. Сообщения передавались целый день.
Поражение фашистских войск пошатнуло здание германского блока и повлияло на отказ Японии и Турции от намерений в благоприятный момент вступить в войну против СССР, одновременно способствовало консолидации антигитлеровской коалиции, а также росту авторитета Советского Союза и его армии.
Основной удар фашистских полчищ приняли на себя воины 62-й и 64-й наших армий, руководимых в разное время генерал-лейтенантом В.И. Чуйковым. Это было, наверное, самое опасное для страны время.
* * *
Сталинградским фронтом в июле-августе 1942 года командовал генерал В.Н. Гордов, который в общении с подчиненными был груб и порою даже жесток. Кроме всего прочего от командиров разных степеней во фронтовое управление особых отделов, которым руководил генерал Н.Н. Селива-новский, поступали жалобы об ошибках и некомпетентных решениях командующего, могущих привести к тяжелым последствиям для войск. Не раз военный контрразведчик обсуждал этот вопрос с членом Военного совета фронта Н.С. Хрущевым, но тот держал нос по ветру.
– Николай Николаевич, Гордов, конечно, вспыльчивый, даже злой человек и никудышный командир, но вы же должны меня понять – я его подчиненный. Мне как-то неудобно «капать» на командующего, – хитрил Никита, понимая, что командующий назначен с одобрения Сталина. С другой стороны, он как бы подталкивал главного особиста фронта к судьбоносному действию.
И вдруг, 25 июля 1942 года Николай Николаевич, понимая всю опасность сложившейся обстановки и боясь потерять дорогое время, совершил геройский поступок. Он решился отправить в Москву телеграмму… самому Сталину, через головы членов Военного совета фронта, непосредственного начальника Управления особых отделов Абакумова и наркома НКВД Берии. Этот документ спасал Сталинград от падения, которое произошло бы в первой декаде августа – обстановка свидетельствовала тому.
Шифровку в Москву готовил его подчиненный, капитан М.А. Белоусов. Михаил Александрович, впоследствии ставший генерал-майором, руководителем окружного масштаба, вспоминал, что в подготовленной шифровке излагалась критическая обстановка на фронте, давалась отрицательная характеристика Гордову как военачальнику и человеку, сообщалось о негативной реакции в войсках на его назначение. В конце указывалось соображение, что при назначении Гордова, рекомендовавшими его на высокую должность товарищами допущена серьезная ошибка, которую необходимо как можно скорее исправить.
Селивановский знал, какой опасности он себя подвергает, на какой риск идет. В кругу же своих сотрудников, посвященных в содержание шифровки, был откровенен: «Неважно, что будет со мной, что станет с нами. Главное – спасти Сталинград, спасти страну. С Гордовым мы ее не спасем, мы проиграем Сталинград!»
На следующий день из Москвы пришла телеграмма. Вызывал нарком НКВД.
«В Москве, – вспоминал Селивановский, – Берия долго меня ругал, заявляя, что я сую нос не в свое дело, что назначение командующих фронтами – прерогатива Верховного командования».
В отличие от Берии Абакумов воспринял информацию своего подчиненного спокойно. Берия же после встречи с Селивановским вызвал Виктора Семеновича и начал орать:
– Какого хрена твой Селивановский лезет не в свои дела? Ты что всем своим подчиненным так разрешаешь работать? Это же настоящий бардак! Нашелся полководец! – кипятился раскрасневшийся Лаврентий Павлович, меряя быстрыми шажками коротких ног красную дорожку кабинета.
– Нет, это общие дела, касающиеся судьбы страны, – последовал дерзкий ответ набиравшего силу и авторитет начальника военной контрразведки.
– Что ты мне хреновину несешь? Патриоты дешевые нашлись, как сговорились, – продолжал злиться Берия из-за того, что Селивановский вышел напрямую на Верховного…
Абакумов знал, что Гордова назначил сам Сталин по рекомендации Тимошенко, поэтому сначала осторожно относился к информации своего подчиненного. И все же в конце июля 1942 года намеревался сам доложить Сталину о взрывоопасной обстановке в войсках. Но случилось то, что случилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
