дела.
Портниха обратила на меня свой взор, а я судорожно вцепилась в бутылочку успокоительного, которую обещала передать его высочеству, и подумала: как бы мне самой она не потребовалась.
– Богиня… – устало выдохнула Морэй. – Где это слыхано, чтобы за полторы недели шились свадебные платья? Принц Рензел Тайс просит о настоящем чуде! – она всплеснула руками, но вдруг широко улыбнулась: – И он обязательно его получит. Если чудеса где-то и прячутся, то только в салоне «Белая роза»! А еще ювелир Хо обещал прибыть. Вместе мы создадим настоящий шедевр! Вот только снимем мерки…
– М-м-м, мисс Морей, – смущенно протянула я. – Прошу прощения, но после обеда у меня назначена встреча с королевой.
– Королевой? – переспросила разочарованная Морэй, а мне вдруг впервые стало радостно от мысли, что предстоит беседа с Астарией. С ней-то портниха не рискнет тягаться за мое внимание. – Как с королевой?
– Да, – опустила я ресницы, чтобы скрыть свое ликование. Увы, на пошив нарядов, тем более свадебного платья, настроения у меня не было никакого. – Она хотела увидеться еще утром, но…
Что именно «но» я договорить не успела.
– Миледи! – со стороны выхода из замка к нам спешил запыхавшийся сэр Ларис. – Прошу прощения, что так долго, но наконец-то я вас нашел. Господин Арон, – поклонился он лекарю. – Благодарю за вашу заботу о леди Цессаре в мое отсутствие и…
На миг он впал в ступор, когда заметил-таки портниху, и, не спуская с нее взгляда, отстраненным голосом произнес:
– И доброго дня прекрасной леди.
Повисло недолгое молчание, которое нарушила Морэй:
– Мисс Морэй, – представилась она и, зардевшись, точно юная дева, подала рыцарю свою тонкую ручку.
Тот мигом к ней склонился, а я удивленно приподняла бровь, когда заметила, что поцелуй, запечатленный сэром Ларисом, продлился чуть дольше положенного.
– Главнокомандующий королевской стражей сэр Ларис, всегда к вашим услугам, – бравым и немного осипшим голосом представился рыцарь, а после, немного путаясь в словах, вдруг заявил: – Теперь вы знаете к кому обратиться, если драконы попытаются вас похитить или отберут кошелек!
Девушка за спиной портнихи прыснула, за что получила грозный взгляд госпожи из-за плеча. Я плотнее сомкнула губы, чтобы сдержать улыбку, Арон еле заметно усмехнулся.
– Эм, – щеки рыцаря порозовели, когда он понял, что сказал. – Не драконы украдут кошелек, а воры. Люди. Например, на рынке. Драконы же не умеют красть кошельки…
– Благодарю, сэр Ларис, вы очень добры, – произнесла Морей намеренно громко, чтобы заглушить очередной смешок служанки, и, наградив рыцаря мягкой улыбкой, подмигнула. – И обязательно к вам обращусь, когда мне и моему кошельку будут угрожать драконы.
Рыцарь покраснел пуще прежнего и пока он не успел от волнения ляпнуть какую-нибудь еще нелепость, я решила его выручить:
– Вы что-то хотели мне сказать или передать, сэр Ларис? – опустила многозначительный взгляд на конверт, который главнокомандующий стражей крепко сжимал.
– Так точно, леди Цессара! – опомнился он и, похоже, обрадовался моему вопросу. – Я надеялся успеть в лазарет, чтобы передать вам послание от королевы, но служанка сообщила, что вы уже ушли и бросился вдогонку.
Служанка? Хм… Наверное, он говорил о Ниссе.
– Послание от королевы? – поинтересовалась я, чувствуя, как на душе вдруг стало тревожно.
– Совершенно верно! К сожалению, ее величество не может с вами увидеться и попросила передать вот это, – он протянул мне немного помятый, но с целой красной печатью, конверт. Я тут же его забрала, а Ларис обратился к Арону. – Господин Арон, вам тоже стоит поторопиться.
– Понял, – кивнул он и поклонился: – Дамы, прошу меня простить, но я должен удалиться.
– Что вы, мистер Арон! Не извиняйтесь, – отмахнулась Морэй и широко улыбнулась: – Раз королева отменила встречу, мы с леди Цессарой тоже поспешим. У нас столько дел!
Я еле сдержала стон разочарования. Попыталась найти хоть одну вескую причину отказать Морэй, но потерпела полный провал. Может быть, притвориться больной? Не просто же так я ходила в лазарет. Вон, даже бутылочка с лекарством имеется! Но портниха пресекла и этот вариант:
– Милая, вы что-то побледнели? Занемогли? Уверена, это у вас от волнения, – убедительно заявила она, когда Арон нас покинул, и, чуть меня обняв, увлекла вверх по лестнице. – Все-таки скоро свадьба, и не с каким-нибудь графом или герцогом, а с принцем! Богиня… Представляю, что вы сейчас испытываете.
«Нет, мисс Морэй, не представляете», – угрюмо подумала я, но сопротивляться портнихе не стала. Это же простые мерки, а не залог того, что я точно выйду замуж за Рензела. Потерплю ее немного и уйду восвояси. Только куда – пока не знаю. Вряд ли мою комнату успели полностью восстановить.
– Сначала мы подготовимся к балу, – продолжала щебетать Морэй. – Примерим чудеснейшие платья! Они быстро прогонят вашу хандру и добавят вам уверенности…
Я постаралась ей улыбнуться, а когда мы поднялись по лестнице, поискала взглядом мистера Арвела, чтобы передать ему настойку для принца. Раз уж Морэй завладела моим вниманием, то нужно поскорее выполнить поручение Арона и не носить с собой граненое напоминание о его высочестве. Но дворецкого нигде не было, хотя я могла поклясться, что вниз он не спускался.
Ушел через другой ход, чтобы не столкнуться с Морэй? Или в этом замке все умеют скрываться, точно сквозь землю провалившись.
Глава 31
Мерки с меня сняли очень быстро. Ная работала так уверенно и молниеносно, что я не заметила, как все закончилось, а портниха принялась подбирать наряд к балу. И вот тогда я поняла, что именно было в многочисленных чемоданах, которые Морэй с собой привезла. В них прятались ткани разных мастей, аккуратно сложенная одежда, обувь, а одной из сумок вовсе отводилась роль хранительницы иголок и ниток. Похоже, Морэй прихватила сюда чуть ли не весь свой салон.
– Не то… не то… не то… – приговаривала портниха, доставая и бросая на широкую кровать наряд за нарядом.
И когда в ее руках появилась светло-желтое платье, украшенное вышивкой и драгоценными камнями, портниха торжественно воскликнула:
– Вот! Должно подойти.
И оно действительно подошло. Почти. Было чуточку велико, на что портниха посетовала, мол, давно не видела столь миниатюрных женщин, но убавить – это не добавить, поэтому легко переделает наряд за два вечера. Но даже не по размеру платье все равно выглядело великолепным.
Мои пальцы навсегда запомнили нежность струящейся ткани. Тело познало ощущение, после которого привычная одежда казалась грубой и неприятной. Взгляд запечатлел в памяти сверкающие переливы россыпи из драгоценных камней и незатейливый узор, вышитый белыми нитками. А гигантский и мягкий бант на поясе не казался глупым или неуместным. Напротив, он добавлял образу нежности и невинности.
Странно признавать,
