И прибыла на поклон к царю в Иерусалим царица Савская, звавшаяся Балкидой, чтобы лично полюбоваться чудесами его царствования. Соломон принял царицу. Восседал он на троне из позлащенного кедрового дерева, одетый в золото и на золото опирал ноги свои. И показалось сперва царице, что не человек перед ней, а статуя из золота и слоновой кости. Царь навстречу царице встал. И пригласил ее сесть рядом с собою. Отличалась Балкида не только красотой писанной, но и недюжинным умом. Мудростью своей могла посоперничать с Соломоном. И загадала она царю три загадки. А царь, подумав немного, легко ответил ей. Не знала Балкида, что подкупил ее жреца Соломон и узнал у него заранее ответы. Удивлялась царица несказанно.
Но еще больше удивилась она, когда повел ее царь к воздвигаемому храму. У самого основания строения увидела царица безжалостно вырванный корень виноградной лозы, и жалобно пропела царице на ухо священная птица «Юд-юд». Поняла Балкида, что возводит соломонова гордость храм на месте, обильно политом слезами. Возмутилась царица, запылали гневом очи ее. И воспламенилось на том месте сердце Соломоново любовью к Балкиде, и пал он во всей гордыне своей перед царицей ниц и просил стать ему супругой. Призадумалась царица. Но согласилась стать народу еврейскому и царю его госпожой.
Осматривая возводимый храм, не раз спрашивала царица Соломона, кто же исполнитель столь дивных работ. Ответом ей было: некий Каменщик из Тира. Изумилась восхищенная царица и пожелала видеть того Каменщика. Но ревность одолела сердце Соломоново, и он отвлек мысли своей госпожи.
Однако снова и снова, как по мановению волшебства, куда бы ни повернулась Балкида, всюду вставали перед ней прекрасные колонны храма, изваяния различных зверей диких, жертвенники из золота и слоновой кости. И опять не удержалась царица, опять задала вопрос: «Кто же трудится над всей этой красотой?». И вынужден был признаться Соломон: некий Каменщик из Тира. И сильно обиделась Балкида, когда опять Соломон отверг ее желание посмотреть на того Каменщика. Уступил царь. И повелел представить Мастера пред очи царицы Савской.
И пришел к царице Зодчий, гений которого был настолько выше всех людей на земле, насколько высочайшая из гор возвышается над малым придорожным камнем. Поднял он на царицу свой безбоязненный взгляд, полный горделивого огня, и едва не лишилась самообладания под взором его потрясенная царица. И стала Балкида расспрашивать Мастера о том, как работает он. И захотела взглянуть на «воинство» его: столяров, плотников, мраморщиков, резчикоз. Не хотел Соломон, чтобы удовлетворила царица свое любопытство, глодали его ревность и зависть к Каменщику. Стал он отговаривать Балкиду.
И взошел тогда Мастер на гранитный пьедестал и ознаменовал правой рукой своей в воздухе мистический крест. И стали сбегаться к нему тысячи работников его. Замерло бесчисленное рабочее «воинство» перед царицей. Испугалась Балкида. Но и пожалела о поспешном слове, данном ею Соломону. Прекрасный же лик Балкиды возбудил и в Мастере любовь. И решил он показать царице чудо, какого не видала она никогда. Подал он царице руку и подвел ее к самому центру строящегося храма. Услыхала царица далекие отзвуки клокочущего под плитами пола пламени. Снова взмахнул рукой своей каменщик, описав мистический крест. Трещина пролегла по мраморным плитам, стали медленно расползаться они, и предстало взору потрясенной Балкиды святилище Огненного Царства, и глянул на нее из самого центра того сияния Денница — Люцифер во всем блеске горделивой и неизреченной красы своей и беспредельного величия. Вскрикнула испуганная Балкида, закрыла ладонями глаза, хотела убежать. Но крепко держал ее руку Каменщик. Ледяной огонь умыл бледное лицо царицы. Отомкнула она руку от глаз своих. Снова взглянула вниз. И замерла в восхищении. Целые россыпи драгоценных камней стелились перед ней в звездном сиянии, и невозможно было оторвать взгляд от их несказанной прелести.
— Нравятся ли тебе сокровища мои? — спросил царицу Мастер. — От отца, от деда, от прадеда моего достались мне они. Станешь моей — все твое будет.
Воспылало сердце Балкиды огнем торжествующей радости. Пошла царица Савская со жрицами своими за стены Иерусалима. Поджидал там ее уже Великий Каменщик. Встретились они у стен города, и, забыв про обещание свое Соломону, позволила царица излить Мастеру ей свою любовь. И взошла над Иерусалимом, вопреки календарю, полная желтая луна, и зацвели под его стенами черные маки с алыми лепестками, числом в сотню. И разверзлись вновь мраморные плиты храма, и подал Мастер руку избраннице своей, уводя ее к несметным сокровищам Люциферовым. И плакал и стенал Соломон об утраченной любви и о покинувшей его Балкиде. И метался он в страхе и ужасе, чувствуя, как точит и точит великий трон его неведомый червь.
И то, что казалось народам незыблемым и вечным, — рухнуло, как гнилое дерево, с грохотом, наводящим страх и трепет на всю Вселенную. Кончилось Соломоново царство.
Снова потекли нескончаемой рекой годы. Агнец Божий Иисус, сын Иосифа и Марии, искупил на Голгофе кровью своей грехи прародителей человеческих. Наступала новая эра, и новая вера захватывала сердца людей.
В Палестине, Земле Обетованной, недалеко от места, где за тысячи лет до того гордо и весело ступала одногорбая верблюдица царевны Масары, в многодетной семье бедного погонщика верблюдов Абдуллы из племени курейшитов родился мальчик, и старый феллах, взглянув на младенца, напророчил ему пылкое воображение, энергичный характер, живой ум и… великое будущее.
Мальчику нарекли имя Магомет. Шел пятьсот семидесятый год от рождества Христова.
Двадцать три года наследник царя бедуинов работал над своим сочинением, именуемым Коран. Когда же ему исполнилось сорок лет, он стал проповедовать в Мекке, затем бежал в Медину. Высоко воздев зеленое знамя аллаха, он завоевал все три Аравии. Его последователи покорили Персию, Сирию и Египет. Великий халиф Омар четыре месяца осаждал Иерусалим и, ворвавшись в город, велел снести Соломонов Храм и возвести на его месте мечеть Аль-Акса.
Когда входил мусульманский властитель во вновь отстроенную мечеть в покоренном городе, попался под ногу ему неизвестно откуда выкатившийся камень, ярко-зеленый изумруд чистейшей воды с лазоревым отливом. Не устоял халиф перед красотой того камня. Приказал украсить им свой царский убор. Через десять дней халиф был отравлен своими тайными врагами, и место его занял Гарун-аль-Рашид, первый халиф из династии Аббасидов.
В то время на другом континенте, за синим-синим морем, в ущелье Ронсеваля, совершал свой подвиг граф Роланд, и оплакивал гибель его Великий Карл, король франков. А кометы и метеоры в небесах над городами и селениями возвещали верующим о несчастиях Святой Земли и о великом городе, взывающем из мусульманского плена о помощи. И плыли с запада на восток столкнувшиеся между собой кровавые облака, и слышался грохот небесной битвы в зареве над Европой, и проносились зловещей стаей видения кровавого меча, Святого Града с порушенными башнями и сражающихся рыцарей в небесах. Герои-мученики былых времен вставали из могил, взывая к отмщению. И проступали бурые пятна на Солнце, и соколы, распластав свои крылья, устремлялись на Восток, предвещая великую битву Востока и Запада. Святые пустынники-монахи, прозревшие желание Бога взять под защиту ратников своих, выходили из своих укрытий к народам, провозглашая благую весть. Римский апостолик с высочайшего престола призвал государей и простой люд послужить Богу Живому и освободить Гроб Иисусов от власти иноверцев, обещая им прощение грехов и все блага Азии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
