в прошлом охотников и солдат, и что нас благодаря этому пригласили на бал, однако вряд ли это что-то изменит. Если у солдата есть приказ, он будет исполнять его, пока не получит или разрешение, или прямой приказ сверху. Вряд ли нам кто-то сверху разрешит это сделать, а пропуска у нас не было, и это будет легко проверить, даже если я совру.
Казалось, мой ответ немного выбил из колеи главного. Он точно понимал, что если они откроют огонь, то им будет несдобровать, но в то же время долг и приказ толкали его вперёд. Поэтому лучшим вариантом в этой ситуации мне показалось простое игнорирование — даже если стрелять начнут, вреда нам их пули не причинят.
Я кивнул Грогу с Зигфридом, мы медленно убрали оружие, после чего развернулись, упёрлись в ящик и начали его спокойно двигать дальше.
— Стоять! Это приказ! Не двигайтесь или мы откроем огонь!
Мог бы открыть огонь, сделал бы это раньше, а так…
Но в этот самый момент мы замерли на месте.
Прямо из туннеля перед нами раздался глухой звук, похожий на утробное «у-у-ух», после чего земля под ногами едва заметно вздрогнула. Вздрогнула не единожды. За первым толчком последовал второй, а потом третий и четвёртый… Это очень было похоже на то, что в нашу сторону кто-то сейчас двигался. Кто-то очень тяжёлый.
Кажется, в этот момент мы вообще забыли о друг друге, что солдаты, что я с товарищами. Синхронно все стволы тут же обратились в нору, в темноте которой кто-то двигался в нашу сторону.
— Зигфрид, оттащи ящик. Грог, на плазмострелы.
Повторять по сто раз не пришлось, Зигфрид тут же бросился оттаскивать взрывчатку подальше от входа в то время, как мы вытащили плазмострелы, отступаю назад. Визор рассекал тьму, позволяя рассмотреть то, что происходит в глубине туннеля. Однако из-за поворота через сорок метров разглядеть, что к нам приближается, было невозможно.
До того момента, как внезапно из-за него не выскочил самый настоящий жук, оббитый с ног до головы хитином.
Я выстрелил первым.
Луч, освещая пещеру, ушёл в темноту, словно сигнальная ракета, освещая стены туннеля, врезался в тварь… и не смог остановить её. Практически следом в неё врезался второй луч плазмострела, который тоже не нанёс видимого урона. Одновременно с нами затарахтели автоматы солдаты, плотный рой трассеров ушёл в проход, но пули просто щёлкали о хитин, не в силах его взять, и тварь приближалась как ни в чём не бывало.
— Назад! Всем назад! — рявкнул я через громкую связь и бросился от входа в туннель.
Солдаты на краю ямы начали пятиться назад, продолжая вести огонь. В туннель полетели пси-атаки, но они попросту разбивались о инсекта-танка. Кто-то даже попытался поставить несколько стен, через который тот проходил так, как если бы их и не было.
Правда далеко мне убежать не удалось. В отличие от Грога, который управлял активной бронёй из-за своих размеров почти как ни в чём не бывало я двигался достаточно медленно и неказисто. И не успел убежать далеко, когда меня настигли.
В тот миг, когда огромный инсект уже заносил одну из своих лап, я развернулся, закрывшись руками, как в боксе, после чего мне прилетел удар.
Металл заскрипел. Меня тряхнуло внутри так, что, даже будучи одетым в активную броню, меня внутри знатно тряхнуло, и спину прострелила боль. Активная броня, что весила не одну сотню, отлетела в сторону так, будто не весила совсем ничего, и я спиной врезался в склон ямы так, что из земли торчали только руки да ноги.
Передо мной во всей красе предстал инсект. Действительно массивный, размером с самый крупный танк Империи. Его спину и голову полностью покрывал панцирь из листов бронированного хитина.
Не успел я выдохнуть, как эта туша поднялась на задние лапки, показав под брюшком что-то типа огромного соска, который на деле был самой настоящей пушкой. Он имел восемь лапок, что были размерами со слоновью ногу, а спереди у него, прячась под панцирем, виднелись две клешни, что могли спокойно вскрывать броню машин.
Выстрели он в меня своим орудием, и меня можно было бы собрать вместе с бронёй в небольшой целлофановый пакет, однако в этот момент ему в борт врезался выстрел из плазмострела, а следом и гранатомётный выстрел. Оба заставили лишь немного его покачнуться.
Он довольно резво для своих размеров обернулся и выстрелил в край ямы, разметав в разные стороны землю. Не знаю, задел он кого-то или нет, но уже с другой стороны в него прилетел выстрел из плазмострела.
Пока мои товарищи с солдатами отвлекали его огнём, я пытался вылезти из земли, куда меня вмяло ударом.
По-настоящему этот танк был не столь сложной добычей, когда у тебя есть тяжёлое вооружение. Авиаудары, удары артиллерией или из противотанковых пушек вполне могли пробить его, но у нас не были ничего из перечисленного. Однако, как и любой танк, у твари было своё уязвимое место, а нас было достаточно много.
— Грог, Зигфрид! Отвлеките его огнём на себя! Отведите эту тварь от меня на склон! Давайте!
— Приняли! Действуем!
— Отгоните солдат! Пусть отходят!
Я работал руками и ногами, выбираясь из дыры, которую сам же и создал, когда влетел сюда. Без чужой помощи выбраться оказалось непросто, однако с трудом я всё же выбрался… прямо к мелким инсектам, которые выползали следом за танком. Их было немного, но твари тут же бросились на меня, пытаясь прогрызть броню.
Первый получил пинок ногой, и ему от удара оторвало часть тела. Второго, что бросился на меня, я рубанул ножом, отбросив в сторону. Другой рукой уже вытащив градострел, и прямо от бедра открыл по ним огонь.
Каждая пуля разрывала инсекта на куски. Те, кому не хватало одной, падали уже с двух. Всё те же неказистые твари, что мы видели до этого: как пауки на трёх лапках под хитиновым панцирем и пастью, откуда торчали зубы.
Я расчистил округу от инсектов и бросил взгляд на танк, который уже почти взобрался на край ямы под огнём солдат и космодесанта. И сейчас он был как машина на эстакаде — снизу я отлично видел его неприкрытое брюшко, которое нависало надо мной, когда иснект-танк стоял на краю ямы.
У каждого есть слабое место, если ты не космодесантник.
Я выхватил плазмострел, прицелился и выстрелил.
Луч вспышкой ушёл ему прямо в неприкрытую часть и взорвался.
Мягкие ткани в отличие от хитина
