— А куда ты делся после того, как провалил задание? — спросила Юлька.
— Я вернулся в Вену и доложил своему заказчику, что задание выполнено, — ответил Алекс. — Откуда я мог знать, что моей жертвы не было в тот момент в кровати?
— Тоже мне профессионал, — прошептала Юлька мне на ухо. — Даже не проверил, мертва ли его жертва. Кретин!
— А я рада! — ответила я. — Если бы на его месте был кто-то другой, то я бы уже давно могла смотреть на вас с облаков.
— Размечталась, — фыркнула Юлька, явно не разделяя мысли о том, что я достойна рая.
— А днем ты прятался в гроте? — спросила у Алекса Мариша. — Мы нашли следы твоей стоянки.
— Да, — кивнул Алекс.
— Но нам не понятно, как ты приплыл на остров?
— В тот раз или сегодня? — спросил Алекс.
— Ив тот, и в этот.
— Тогда я приплыл на арендованном катере, который оставил в нескольких километрах от Кьянти. А потом с помощью акваланга незаметно проплыл на остров, — ответил Алекс. — Ив этот раз я поступил так же.
— Хорошо, а откуда ты узнал, что не выполнил задания? — спросила Мариша.
— Мне позвонил заказчик, — сказал Алекс. — Он был в претензии. И очень зол.
— И кто он? Ты знаешь?
— Конечно, нет! — возмутился Алекс.
— Но ты ведь сказал, что обязан ему жизнью!
— Не ему, а другому человеку, который и порекомендовал меня заказчику, — сказал Алекс.
Юлька наклонилась ко мне и прошептала:
— В жизни не встречала такого тупого убийцу.
Мариша тем временем терпеливо продолжала допрос.
— И кто этот человек, которому ты спас жизнь? — спрашивала она у Алекса.
— Этого я сказать не могу, — ответил Алекс. — Он спас мне жизнь, а я что, вместо благодарности подставлю его?
— Это он тебя подставил, поручив выполнять заведомо проигрышное задание, — сказала Мариша.
— Почему это проигрышное? — вроде бы как обиделся за своего неизвестного друга Алекс.
— Потому что за Кати полицией была установлена слежка, — соврала я. — И тебя не взяли буквально чудом.
— Не чудом, а потому что я быстро ушел, — поправил меня Алекс. — И вообще я очень ловкий. А риск — это неизбежный элемент моей профессии. Я знал, на что шел. И мой друг тут совершенно ни при чем. Он не мог знать, что полиция устроит мне ловушку.
— А вдруг все-таки знал, но тебе не сказал? — провокационно спросила у него Юлька.
Мы подкатывались к Алексу так и этак, но он упрямо не желал назвать нам имя своего друга. И твердил, что имени заказчика знать не знает. В последнем мы ему охотно верили. Кто же назовет такому кретину свое имя? Но это ни на сантиметр не приближало нас к разгадке той тайны, кто же все-таки убил старину Густава и зачем Алексу поручили убить Кати.
Наверное, мы бы все-таки добились от Алекса какой-то информации. Добились, если бы у нас было побольше времени.
Но неожиданно на нас сверху посыпались камешки. Мы подняли головы и увидели Ханса — второго коллегу Карла.
— Ханс! — обрадовались мы. — Как ты нас нашел?
— Услышал выстрел, — ответил парень. — Кто-то ранен?
— Мы поймали убийцу! — радостно сообщила Мариша. — Вернее, того типа, который стрелял в нашем номере и испортил постельное белье и кровати. Он, правда, отрицает, что это он убил Густава, но наверняка это сделал он. Больше ведь некому.
Ханс спустился к нам и оглядел раненого и связанного Алекса.
— Вот идиот, — пробормотал Ханс.
Потом он посмотрел на нас. И в его глазах светилось легкое недоумение, приправленное солидной долей презрения.
— Надеюсь, вы его разоружили? — наконец спросил он у нас.
— Само собой разумеется! — сказала Мариша.
— Дайте оружие мне, — велел Ханс. — А не то вы еще кого-нибудь из него пристрелите.
Мариша протянула пистолет Хансу.
— Больше ничего не было? — подозрительно спросил у нас Ханс.
— Ничего, — подтвердили мы с Юлькой.
Ханс отошел от нас на два шага, оружие он при этом почему-то не спрятал.
— Вставай, кретин, — сказал он, обращаясь к Алексу. — Если бы не твоя неуклюжесть, то можно было бы избежать многих смертей. Но теперь уже ничего не поделаешь.
Алекс с кряхтением поднялся, а Ханс повернулся к нам.
И опять же с оружием.
— Эй, не мог бы ты убрать пистолет? — спросила у него Юлька. — Знаешь, случается, эти штуки стреляют.
— Заткнись, — посоветовал ей Ханс и оружия опять же не убрал.
Мы замолчали, чувствуя, что нас ожидает новый сюрприз, причем далеко не самый приятный.
— Я хотел избежать лишней крови, — сказал Ханс. — Пригласил этого дурака, чтобы он связал и спрятал на катере трех глупых телок, которые путаются под ногами.
— Ты говорил, что она будет одна! — обиженно ответил Алекс.
— Но этому кретину даже такого пустяка поручить нельзя, — продолжал негодовать Ханс. — Ты все провалил. И теперь еще тебя самого спасать приходится. Господи, где была моя голова, когда я поручал тебе это дело?
— Ханс, ты чего? — обратилась к парню Юлька. — Не перегрелся часом?
— Ничего я не перегрелся! — рявкнул на нее Ханс. — Вы должны были стать обменным товаром. Вернее, хватило бы и одной Мариши, чтобы Карл запел как соловей и согласился на любые условия. Мне нужна Кати. Вернее, не она сама, а лишь та информация, которая спрятана в голове этой маленькой сучки.
А вы, трое, мне и даром не нужны. Убивать вас у меня не было ни желания, ни смысла.
Услышав это, мы приободрились, не заметив в растрепанных чувствах, что Ханс употребил в разговоре прошедшее время.
— Но теперь мне придется вас прикончить, — сказал Ханс, и мы снова загрустили.
Но Хансу, видимо, было мало просто убить нас. Он еще желал, чтобы мы поняли и желательно одобрили его намерение прикончить нас — Я не могу рисковать, — принялся объяснять он нам. — Поймите меня правильно и не держите на меня зла. Я с великим трудом проник на работу в полицию. И не просто в полицию, а в отдел по обезвреживанию и предотвращению заговоров против существующего правительства. Только сейчас я получил доступ к источнику информации противника Это было очень кстати.
Моя собственная организация, которую я выстраивал долгие годы, стала наконец-то наносить серьезные удары по аппарату власти. И, разумеется, ею заинтересовались. Даже создали специальный отдел И мне необходимо было знать, где и как будет нанесен очередной удар по моей организации. Для этого я и пошел на риск и проник на работу в отдел твоего мужа, Мариша.
— Радуйся! — обратилась к ней Юлька. — По крайней мере теперь ты знаешь, чем занимается твой муж.
— Тебя это интересовало? — спросил Ханс у Мариши. — Рад, что удовлетворил твое любопытство. Надеюсь, что теперь тебе умирать будет не так обидно.
И он направил пистолет в сторону Мариши и выстрелил. Его ошибка заключалась в том, что он не позаботился связать нас по рукам и ногам. А мы, не дожидаясь первого выстрела, завизжали и кинулись врассыпную. Ханс сделал еще пару выстрелов, а потом выстрелы вдруг зазвучали со всех сторон. То есть нам с подругами так показалось. Инстинкт самосохранения сработал, мы упали на землю и постарались стать совсем плоскими.
К счастью, стрелять скоро закончили. Выждав минуты полторы, мы рискнули немного оторвать носы от земли. Но из-за камней нам ничего не было видно. Еще через пять минут мы высунули головы из-за камней и увидели чьи-то ноги. Ноги были мужские, довольно сильно перепачканные землей и пылью, и меня здорово удивило, что Мариша при виде этих ног начала рыдать.
— Я же предупреждал вас, чтобы вы сидели в отеле и никуда носа не высовывали! — раздался у нас над головами громоподобный глас, показавшийся нам божественно прекрасным.
Мы подняли головы повыше и увидели разжеванного Карла, который прямо-таки трясся от ярости.
— Карл! — обрадовались мы с Юлькой. — Карл — это ты!
Ты нас спас! Ура! Ты наш герой! Мы живы! Мариша, твой муж нас спас!
Но, несмотря на наши восторги, виду Карла был такой, будто он сильно досадует на самого себя за совершенный им благородный поступок.
— Почему вы не остались в отеле? — набросился он на нас. — Что у вас за манера всегда и всюду оказываться в эпицентре землетрясений?
— — Какое еще землетрясение?! — переполошились мы, от пережитого уже плохо соображая и ожидая от этого проклятого острова любой пакости.
— Я говорю образно, — крикнул Карл. — Откуда вы тут взялись, я вас спрашиваю.
— Мы пришли из-за твоей записки, — поднявшись с земли, ответила Мариша. — Вернее, не твоей, а Ханса. Но он в ней писал, что ты ждешь нас тут. Возле маяка. Что мы нужны тебе.
— Большей чуши мне в жизни не приходилось слышать! — сердито заявил Карл. — Уж ты, Мариша, могла бы сообразить.
Зачем вы могли мне понадобиться? От вас же один вред.
После этого он отошел от нас в сторону.
— Если забыть о том, что он спас нам жизни, то… — сказала Юлька и замолчала.
