class="p1">Я усмехнулся, отпустив мужчину.
— Видеть он меня хочет. Посмотрите на него.
Я неспешно вышел, волоча за собой ноги. Видеть отца мне было непривычно и в какой-то мере дико. Мужчина сидел в своём кабинете, читая какие-то бумаги. Когда я постучал, он разрешил войти.
— Да, сын мой, присядь-ка. — Он отвёл взгляд от бумаг и, сложив руки в замок, посмотрел на меня. — Скажи, как обстоят дела?
— В процессе. — Сухо ответил я. У меня не было никакого желания разговаривать с ним.
— Ты же понимаешь, что сам сделал выбор.
— Я помню это. К чему все эти разговоры?
— Просто хочу убедиться, что ты не кинешь меня в последний момент.
— Я пошёл на сделку с тобой. Не кину. Будь уверен.
В горло словно насыпали стекла. Я все еще видел улыбающуюся Рикарду в ресторане с моим другом. Я все еще видел её заплаканные глаза, ставшие моим камнем преткновения все дни после нашей последней встречи. Я ушел от нее, прекрасно понимая, что снова потерял свою любовь. И я, в принципе, не уверен, что смогу найти кого-то похожую на нее. Мы же были сотканы из одних нитей. Она была идеальной для меня партией. Она была идеальна для меня во всем.
От лица Рикарды.
Работа — дом. Дом — работа. Иногда между этими станциями вклинивался Оливер, вытаскивающий меня вечерами в какие-нибудь заведения. Чаще всего это были рестораны и клубы.
Так прошло около месяца. Я уже начала приходить себя после неприятного разрыва. Правда, самочувствие меня подводило. Появилась необъяснимая тошнота, вечерами кружилась голова и болел время от времени живот. Побоявшись подтвердить свою догадку, я ринулась в аптеку. Купив тест, я в ванной тут же принялась за его использование. Отрицательный.
«Ну ладно, ничего, значит, страшного», — подумала я, выбрасывая тест в урну.
Мелани с беспокойством оглядела выходящую меня из ванной комнаты.
— Опять плохо?
Я отрицательно мотнула головой. Она кивнула и прошла к себе в комнату.
Был поздний вечер. Уложив спать Алекса, я сама отправилась отдыхать. Это стало нашей с Александром маленькой традицией. Мы рассказывали друг другу, как прошёл наш день, делились планами на завтра и между этими разговорами сон быстро забирал уставшего ребёнка.
В комнате у меня снова сильно заболел живот. Да так сильно, что я выползла на кухню в поисках аптечки. С включённым светом от вытяжки я рылась в коробке с медикаментами, когда Мелани меня застала врасплох. Она резко включила общий свет. Я бросила короткий на неё взгляд, она стояла ещё в домашней одежде.
— Я думала ты спишь. — Не отвлекаясь от аптечки проговорила я.
— Что ты там ищешь?
Она подошла сзади и выхватила из рук моих коробку.
— Живот опять болит.
Она оглядела меня с ног до головы. Потом убрала коробку на место и усадила меня за стол.
— Я видела тест в ванной.
— Он отрицательный. — Женщина кивнула. — Так что, к чему излишние волнения?
— Давай всё-таки убедимся. Позвоним Лауре, она договорится о приеме у гинеколога.
— Чтобы об этом узнали сразу две семьи?
— Все строго конфиденциально.
Я тяжело вздохнула. Немного помедлив, думая о том, стоит ли обращаться за помощью, ведь признаков никаких больше не было, я все же согласилась.
— Не переживай, — женщина коснулась моих волос. — В любом случае, обратиться к врачу, лучший вариант. У тебя могут быть проблемы с желудочно-кишечным трактом.
— Или там живет маленький дьяволенок с красными рожками. — Бубнила я, слыша, как смеясь, исчезала в коридоре Мелани.
Ранним утром в гостиной меня уже ждала Лаура. Она широко улыбнулась, вновь встретившись со мной.
— Рада видеть тебя, Рикарда.
— И я вас. — Я обняла женщину, а она прошептала мне на ухо.
— Я слышала, что произошло с тобой и твоим отцом. Мои соболезнования.
Я замотала головой.
— Не нужно. Чтобы то ни было, все позади.
— Если ты готова, можем ехать.
Дункан вышел из своей спальни, останавливаясь в коридоре, выглядывая со второго этажа.
— Лаура?
— Доброе утро, Дункан. Как твоё самочувствие?
— Э, да вроде бы ничего. — Он смутился, помедлив с ответом. — Жив и здоров. Ты чего здесь?
— Она ко мне. — Дункан нахмурился. — Ничего серьезного. Увидимся.
Мы скрылись из виду домочадцев. Уже в клинике, я почувствовала сильное волнение. Женщина, будто бы почувствовав это, в качестве поддержки взяла мою ладонь в свою и легонько сжала. Без слов говоря мне, что все будет хорошо и что мне не о чем переживать.
Гинеколог встретила меня также радушно. Оставшись с ней наедине, она выслушала мои показания и попросила приготовиться к осмотру.
— Что ж, — начала врач, снимая с себя одноразовые перчатки. — У вас небольшое образование. Вот вам направление на узи малого таза и на анализ крови ХГЧ.
— Зачем это?
— Чтобы отмести возможность беременности. Кстати, как у вас дела с менструацией?
— Все как положено.
Она кивнула, и я вышла из кабинета с бумагами в руках. Растерянная и задумавшаяся. Лаура подошла ко мне и взяла листки бумаги.
— Пойдём, я знаю хорошего специалиста.
Я в ответ лишь растерянно кивнула. Врач взял мою кровь и сразу же перевёл в кабинет узи. Там, он расплылся в широкой улыбке и поздравил меня.
— Шесть недель. Поздравляю.
— Чего шесть недель?
Он снисходительно улыбнулся.
— Беременность. У вас шестая неделя.
Я закрыла лицо руками и протяжно выдохнула. Могла ли я предположить, что именно сейчас мне достанется такой подарок? Практически в канун Рождества? Определённо нет.
— Что же теперь будет… — Прошептала я, испуганно смотря на нашего семейного доктора. Та, улыбнувшись, провела сложенными указательным и большим пальцем по губам, мол будет хранить молчание.
Лаура порекомендовала мне пить витамины и меньше волноваться. От нее не скрылось мое волнение и страх от того, что Люциан мог узнать о моей беременности. От незнания человек может натворить много глупостей, поэтому я решила выложить все карты перед Лаурой. Я рассказала ей о том, чей это ребёнок, и что между нами с отцом малыша произошло. Попрощавшись со мной, женщина крепко обняла меня и попросила не делать глупостей.
Дома же меня оккупировала Мелани. Затащив практически насильно меня в мою же комнату, она заставила рассказать все. Я рассказала о своём положении.
— Прошу, не рассказывай только ни Дункану, ни Люциану.
— Почему? Рано или поздно твой дядя заметит изменения в твоём теле. — Она настырно настаивала на своем.
— Если узнает он, то может узнать и Коэн. А он последний человек, которому я буду рассказывать об этом.
— Все же, он отец твоего ребёнка. Он должен знать, Рикарда.
— Нет. — Я сказала это твёрдо, давая намёк
