губы приоткрыты.
Она была самым красивым существом, которое он когда-либо видел.
Спазмы пронеслись по его телу, когда член продолжал заливать ее семенем, а кибернетические конечности, напротив, несколько секунд отказывались подчиняться его мысленным командам.
Когда он, наконец, снова смог двигаться, он поднял руку и деликатно убрал несколько прядей влажных волос со щеки Саманты.
Ее веки затрепетали, и она повернула лицо, чтобы посмотреть на него. Довольная улыбка украсила ее губы. Она положила ладонь ему на грудь, поверх колотящегося сердца.
— Я не уверен, что это было, маленькая земляночка, но я намерен испытывать это снова и снова, пока мое тело окончательно не подведет меня, — сказал он.
Ее улыбка стала шире.
— Я… не буду возражать.
Арк усмехнулся, окидывая взглядом лицо Сэм, он хотел, чтобы этот ее образ навсегда остался в памяти.
— Я не знаю, дал бы я тебе выбор в ином случае.
Свободной рукой она схватила его за густую прядь волос и потянула вниз. Не в силах сопротивляться, Арк наклонился и опустил голову, когда она вздернула подбородок и поцеловала его. Это был нежный поцелуй, нежная ласка губ и языка, казалось, передавшая все, что она чувствовала, но не могла выразить словами.
С любой другой женщиной Аркантус бы запаниковал в этот момент. Он никогда не хотел ничего большего, чем мимолетная физическая связь, никогда не стремился ни к чему, кроме небольшого взаимного удовольствия. Он не до конца понимал то, что Саманта заставляла его чувствовать, но распознал это в ее поцелуе, почувствовал отголоски этого в ее душе, и он принял все. Ну и что, что он не понимал? Эта женщина была не похожа ни на кого другого, и ее магнетическое притяжение к нему только усиливалось с каждой минутой.
Ее рука скользнула к его волосам, и она прервала поцелуй.
— Мне действительно нравятся твои волосы.
— А как иначе?
Саманта засмеялась, нежная вибрация от ее тела передалась прямо к члену. Только тогда он понял, что все еще внутри нее. Ее смех только усилил хватку его сегментов.
Саманта перестала смеяться, ее дыхание сбилось.
— Ты… ты… застрял?
— Да. Да, я застрял. Как бы мне ни хотелось сказать, что это нормально, со мной никогда раньше такого не случалось — во всяком случае, так надолго. Мое тело, кажется, жаждет тебя.
— О.
— Я довольно алчен по отношению к тебе.
Глаза Сэм округлились.
— О.
Арк ухмыльнулся, проведя ладонью по ее руке, потом по бедру, перейдя к заднице. Он снова поцеловал ее, несколько дней назад она бы уклонилась от малейшего прикосновения, а теперь активно искала его, поднимая голову, чтобы встретить губы. Ее доверие к нему наполнило Аркантуса теплом.
Когда его член, наконец, соизволил ослабить хватку, Аркантус неохотно раздвинул бедра, высвобождаясь из ее лона. Его семя вытекло из нее. Это зрелище наполнило Арка необъяснимой дикой гордостью и возрождением собственнического чувства, и хотя он отдалился от нее, часть его осталась внутри.
Его член медленно входил в щель, пока не остался только кончик.
Арк соскользнул с кровати, протянул руку и притянул Сэм к краю. Саманта не сопротивлялась, когда он подхватил ее, она обвила руками его шею и задрожала. Ее плоть была горячей, а воздух по сравнению с ней — холодным.
Аркантус отнес Сэм в ванную и ступил в бассейн, щелкнув хвостом по ближайшим кнопкам управления, чтобы опустить дно. Он сел на выступ в бассейне, позволив воде доходить до груди, и усадил Саманту к себе на колени.
— Это удивительное место, — сказала она.
— Я всегда верил, что дом — отражение владельца.
Он опустил одну руку на внутреннюю сторону ее бедер и нежно помассировал плоть, стирая липкость от их соединения.
Она повернула к нему лицо и усмехнулась.
— Ты всегда был таким высокомерным?
— Нельзя назвать кого-то высокомерным, если все, что о нем говорят — это правда. Только уверенным в себе и знающем себе цену.
Она усмехнулась. Посмотрев в воду, она положила ладонь на его руку.
— Влага на них не действует?
Аркантус хмыкнул.
— Нет. Я потратил хорошие деньги на эти конечности. Они не были собраны по кусочкам на какой-то захолустной планете, они лучшие в своем роде. Только самое лучшее для меня… и моей женщины.
Кончики его пальцев танцевали по мягкой плоти ее бедер всего в паре сантиметров от лона. Как мог он испытать столько удовольствия всего несколько мгновений назад и все еще жаждать большего? Почему его желание к ней было таким безжалостным, таким ненасытным?
Она сжала бедра вместе, поймав его руку в ловушку.
— Хм… Полагаю, ты заслужила передышку, если чувствуешь, что нуждаешься в ней, — сказал он, наклоняя лицо, чтобы коснуться губами ее щеки и прикусить мочку уха.
Аркантус ухаживал за своей парой, получая удовольствие от простой задачи, особенно когда выражение удовлетворения смягчало черты ее лица, когда он мыл ей волосы и массировал спину. К тому времени, как он закончил, Сэм обмякла и почти дремала с опущенными веками.
Он прижал Саманту к себе, встал и вынес ее из бассейна. Она положила голову ему на плечо. По пути из ванной он задержался ровно настолько, чтобы дать автосушилке сделать свою работу, пол и потолок ненадолго засветились белым, и покалывающее тепло на несколько секунд растеклось по его коже, смывая влагу.
Оказавшись рядом с кроватью, он вытянул хвост вперед, просунул его кончик под постельное белье и откинул одеяло. Он осторожно положил Саманту на свободное место. Она свернулась калачиком на боку, и он натянул одеяло на ее тело.
Проведя тыльной стороной пальцев по ее нежной щеке, он повернулся, чтобы уйти.
Она схватила его за запястье.
Нахмурив брови, он посмотрел на нее сверху вниз.
— В чем дело, Саманта?
— Останься со мной, — сонно сказала она. — Обними меня.
Ее просьба застала его врасплох, привычка диктовала, что он никогда не спал с кем-либо, что никогда не позволял себе быть
