Как предполагал этот комментарий, внутри Intel (так же, как и снаружи) присутствовало общее неумение видеть дальше ограниченной идеи – компьютера на схеме, – чтобы увидеть микропроцессор как нечто большее, чем крошечный, встроенный заменитель для центрального процессора на большом компьютере. Если посмотреть таким образом, это было больше, чем просто новшество. Да, очень маленький и дешевый, но при этом – сравнительно медленный и масштабируемый. Даже если было бы возможно создать компьютер с некоторым количеством микропроцессоров, как-то связанных между собой, вам бы все равно понадобились все детали Большой Железяки и миллионы строчек компьютерного кода, чтобы заставить его работать.
Так что – зачем выбрасывать четверть века и миллиарды долларов на то, чтобы развивать современные компьютеры? Честно говоря, будь это вашей целью, разве не купили бы вы, как делали все компьютерные компании, кучу логических и ROM-схем?
Самое подходящее решение, вычисление, исходило от Intel. Но на данный момент, как минимум для самых агрессивных компаний типа Intel, Texas Instruments и Motorola Inc., единственным выбором было двигаться дальше и надеяться, что рынок приспособится сам собой.
В Intel, то есть в команде Фаджина, все, кто занимался разработкой модели 8008, временно приостановили работу и пытались убедить мир, что ему очень нужен проект 4004. В поездках Хоффа (и иногда Нойса) сопровождал новый маркетинговый директор Intel Эд Гелбах. Наём Гелбаха на работу, возможно, был самым случайным поступком этого времени в Intel – и еще одним доказательством того, как Intel умеет превращать потенциальные катастрофы в победы.
Первый маркетинговый директор Intel, ветеран Fairchild Боб Грэхем, был близким помощником Боба Нойса и его правой рукой почти с первого дня существования Intel. Он играл важную роль в переговорах с Busicom. Более того, он был хорошим другом и коллегой по рыбалке Гордона Мура. Но его суровое сопротивление микропроцессорам испортило его отношения с Нойсом и Муром. Переполнившей чашу каплей было то, что Грэхем слишком часто скрещивал шпаги с Гроувом. Энди не очень любил Грэхема в Fairchild, а теперь, когда ему приходилось с ним работать ежедневно, это неуважение превратилось в сопротивление. Как часто бывало с Гроувом, личное для него становилось корпоративным, и он убедил себя, что Грэхем влиял не только на его прогресс, но и на прогресс Intel.
Это постоянное противостояние с боссом, особенно с таким, как Энди Гроув, имело негативные последствия и для Грэхема и стало влиять на его способность работать.
Весной 1971 года эта война между Гроувом и Грэхемом дошла до предела. В мае Гроув пришел в офис Мура и сообщил ему, что думает уйти из Intel, потому что «для меня слишком болезненно продолжать свою работу, одновременно сражаясь с Грэхемом». Для Мура потрясение было таким серьезным, что он даже начал сгибать и разгибать канцелярскую скрепку.[105]
Зная, что Мур был так же плох в спорах, как и Нойс, Гроув вышел из офиса, не будучи уверенным в том, сделает ли Гордон хоть что-то, или в итоге ему придется уйти из компании. На самом деле Мур почти сразу спустился к Нойсу и сообщил ему новости.
Теперь решать предстояло Нойсу. Ему не нравилось быть объектом шантажа, и перспективы не казались ему радужными – ему не хотелось кого-то увольнять, особенно того, кого он уважал так, как Боба Грэхема. Но это не был Fairchild, Боб был тут для победы, и он знал, что этого никогда не случится без хорошего начальника. В Fairchild он понял это, и теперь ему нужен был кто-то как никогда. Нойс понимал, что без Гроува у Intel ничего не получится. Так что выбор был не в пользу Грэхема.
Нойс провел июнь 1971 года в поисках замены Грэхему. Он в итоге нашел замену в Texas Instruments – эксперта по маркетингу Эда Гелбаха.
Гелбах имел совсем другой характер, чем Грэхем. Грэхем был как Нойс – вовлеченный, ориентированный на покупателя визионер, тогда как Гелбах был больше похож на Гроува – жесткий, прагматичный, прямой и наблюдательный. Нойс должен был видеть сходство и понимать, что Гелбах понравится Энди и тогда он не уйдет. То, что Гелбах работал в Texas Instruments, значило, что он был знаком со спецификой работы, и это тоже было плюсом. После сложных переговоров, в которых Гелбах показал, что он будет ценен для работы с покупателями, соглашение было достигнуто.
Теперь оставался вопрос увольнения Грэхема. Так как Мур уехал на рыбалку в начале июля (что «сделало все для меня проще», как сказал Мур позднее), выполнение задания предстояло не очень охочему до такой деятельности Бобу Нойсу.
Биограф Нойса Лесли Берлин говорила, что «Грэхем был, возможно, первым человеком, которого лично уволил Нойс, что удивительно, учитывая, что Нойс был старшим управляющим больше десяти лет». Это вполне возможно, и да, это правда было первым личным распоряжением Нойса об увольнении. В конце концов Нойс засучил рукава, пришел в кабинет Грэхема и сказал: «Вот дерьмо. У нас тут безвыходная ситуация, и тебе придется уйти».[106]
«Это было для него очень тяжело, – сказал позже Гроув. – Для Нойса это было, как отрезать себе ногу».
Гроув, конечно, был в восторге. Для него это была окончательная победа. Он избавился от врага (по его мнению), операции по продажам в Intel теперь будут более четкими, а что самое главное, Энди был оставлен в одиночестве в своей нише между основателями и прочими работниками Intel.
Что же касается Грэхема, для него это скорее стало облегчением. Битва с Гроувом плюс убийственные требования к работе в Intel влияли на его психическое здоровье и на его семью. Когда он пришел домой и сообщил новость об увольнении, его жена сказала только: «Слава Богу!»
Хотя вскоре он исчез из истории Intel, его вклад в работу был весьма ощутим. Помимо работы с Busicom и разгребания ситуации с правами на микропроцессор, Грэхем также запустил первую маркетинговую кампанию Intel – «Intel Delivers», которая не только прослужила компании десять лет до появления «Intel Inside» и «Red X», но стала также основой для этих рекламных кампаний.
Что еще более важно, Грэхем связал разработку продуктов с внутренним развитием инженерии, которое подталкивал Закон Мура. Результат был в том, что Intel выпускал обновления продукта каждые два года. Именно эта скорость – 286, 386, 486, Пентиум и т. д – позволила выиграть соревнование. Конечно, Грэхем не получил за это признания в официальной истории.
Тем не менее увольнение из компании стало лучшим карьерным достижением для Грэхема. Отношения с Гроувом никогда бы не наладились, и как только Энди получил бы больше власти, сразу бы уволил Грэхема. А так Грэхем получил свои подарки как хороший рекламщик, создатель лучшего оборудования для построения полупроводниковых схем, повернувшего компанию к развитию в сфере не только «железа», но и программного обеспечения и услуг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
