Читаем без скачивания Шакалы из Лэнгли - Федор Раззаков

– Столица Сирии не менее благословенный город, чем столица Египта, – возразил Максимов. – Вы, например, знаете, что первая стена, воздвигнутая после всемирного потопа, была именно дамасская?

– В Сирии также зародилась одна из первых форм письменности – финикийская, – блеснул эрудицией Томпсон, но тут же добавил. – Впрочем, учитывая, что Саймон ни в грош не ставит любые проявления духовности, эта информация вряд ли его заинтересует.

– Вот именно, – засмеялся Янг, после чего вновь обратил свой взор на Максимова. – Получается, мы вас больше не увидим?

– Если вы пробудете здесь еще пару дней, то шанс на это у вас есть.

– Чем вызван ваш отъезд? – продолжал любопытствовать Янг.

Этот интерес играл на руку Максимову, но он старался не подавать вида, для чего умышленно затянул с ответом; открыв бутылку, разлил очередные порции виски по стаканам и только тогда ответил:

– Меня сильно заинтересовал теракт возле здания сирийской госбезопасности. Хочется наконец самому разобраться: на самом ли деле там замешана «Аль-Каида», и если это правда, то кто ее спонсирует и как этот теракт может сказаться на курдской проблеме.

– Я могу рассчитывать на то, что результатами вашего расследования вы, Иван, поделитесь и со мной? – спросил Томпсон.

– Роджер, тебе же однажды было ясно сказано, что мистер Максимов не хочет светиться в твоем фильме, – подал голос Янг.

– Ну почему же, если мне удастся раскопать нечто весьма интересное, то я готов наступить на горло собственной песне и стать героем кинополотна, которое снимает Роджер, – сообщил неожиданную для его собеседников новость Максимов. – Пусть весь мир узнает, кто именно стоит за терактами, происходящими сегодня в Сирии.

– Оставьте раскопки археологам, – усмехнулся Янг. – Я уже говорил, что за этим терактом, судя по всему, стоят местные оппозиционеры, ненавидящие карателей из госбезопасности.

– А как же погибший во время взрыва курдский лидер? – поинтересовался Томпсон.

– Он мог попасть под раздачу совершенно случайно, – пожал плечами Янг. – Мало ли сегодня в Сирии случайных жертв?

– Вот видите, сколько разных интересных поворотов таит в себе эта трагедия, – вновь вступил в разговор Максимов. – Я постараюсь их все изучить и выдать нечто развернутое – этакое сенсационное журналистское расследование.

– Хотите, Иван, я отвезу вас до аэропорта на своем автомобиле? – после некоторой паузы, возникшей в разговоре, предложил Янг.

– Вы уже успели нагрузиться виски, Саймон, чтобы быть хорошим водителем, – ответил Максимов.

– У меня есть личный шофер – мистер Дьюк, который абсолютно трезв.

– Увы, но меня согласились отвезти наши посольские работники, – развел руками Максимов и взглянул на часы: – Они подъедут за мной ровно через пятнадцать минут. Так что, друзья, давайте выпьем еще по паре глотков и пожелаем мне удачной поездки.

Вспоминая в самолете детали этого разговора, Максимов мысленно похвалил себя за свою проницательность, Янг действительно клюнул на его приманку. Предложение подвезти до аэропорта, судя по всему, было не чем иным, как попыткой не дать ему покинуть Египет. «Значит, Янг по-настоящему испугался, услышав о цели моей поездки, – размышлял Максимов. – Он не хочет, чтобы кто-то копался в деталях этого теракта и тем более выносил их на всеобщее обозрение где бы то ни было – ни в прессе, ни в документальном кино. Тем более сейчас, когда он угодил на крючок к Трейси. Поэтому мою участь Янг решит в соответствии со своими представлениями о морали. С момента нашего разговора минуло уже более двух часов, и за это время он наверняка уже успел связаться с аль-Хаджем и отдать ему все необходимые распоряжения относительно моей судьбы. Не случайно ведь последним тостом в его устах были слова «Пусть сирийская земля приютит вас, как родного». Весьма двусмысленная фраза: то ли во здравие, то ли за упокой».

Италия, города Казал-Ди-Принцип и Латина

Кьянти разбудило ото сна чье-то легкое прикосновение к плечу. Открыв глаза, он увидел склонившегося над его креслом Сезаре. Тот смотрел ему в глаза с подобострастием раба, готового выполнить любой приказ.

– Сколько я проспал? – первым делом спросил мафиози, хотя его наручные часы «Breguet» были при нем.

– Чуть больше пяти часов, синьор Кьянти.

– Дьявол, почему же ты меня не разбудил? – мафиози вскочил на ноги.

– Я управился с вашим заданием всего лишь пять минут назад. И только после этого решился вас потревожить.

– Ты хочешь сказать, что тебе удалось вычислить телефонный номер человека, который живет в Латине?

– Удалось, синьор Кьянти. Это некто Беппе Бальдрини, кстати, он бывший сенатор.

– Ты установил даже его имя? – гость был приятно удивлен и не скрывал этого.

– Я старался оправдать ваше доверие.

– Молодчина! – мафиози похлопал радиоэлектронщика по плечу. – Как тебе это удалось?

– Пришлось приложить некоторые усилия. В записной книжке этой сучки, как вы изволили выразиться, оказалось 157 только мобильных номеров. Значительная их часть принадлежит нашим землякам из Казал-ди-Принципа или окрестных мест. И только один номер дает устойчивый сигнал, привязанный к Латине. Я пробил этот номер по своему компьютеру и выяснил его принадлежность.

– Каким образом?

– Я же говорю, что его обладатель – бывший сенатор. Номер его телефона обнаружился на одном из официальных сайтов нашего парламента. Мне стоило только вбить этот номер во Всемирную паутину, как у меня тут же возник нужный сайт.

– Точный адрес этого сенатора там не указан?

– К сожалению, нет, только номер мобильного телефона, который фигурирует и в записной книжке, которую вы мне дали. Однако приблизительный адрес бывшего сенатора установил мой пеленг. Если хотите посмотреть…

Сезаре не успел договорить, как Кьянти был уже рядом со столом, где возвышалась аппаратура слежения. На мониторе, где была отображена карта города Латина, четко высвечивался сигнал, который исходил от мобильного телефона Беппе Бальдрини. Кьянти внимательно всмотрелся в изображение, но так ничего и не понял:

– Откуда исходит сигнал?

– Погрешность его показаний составляет около двухсот метров. Короче, этот бывший сенатор живет на углу двух улиц – виа Сан Грегорио и виа Кандотти. Это северная часть города.

Услышав это, Кьянти немедленно полез в карман своего пиджака за мобильным телефоном. Спустя несколько секунд он уже разговаривал с Чиро Траппони, который с тремя выжившими реджиме все еще находился в Латине и ждал вестей от своего босса.

– Слушай меня внимательно, Чиро, – четко выговаривая каждое слово, произнес Кьянти. – Мы установили адрес человека, у которого могут находиться наши беглецы. Это бывший сенатор Беппе Бальдрини, который проживает где-то на углу виа Сан Грегорио и виа Кандотти. Точный адрес тебе придется установить самому уже по месту прибытия. Думаю, это будет нетрудно сделать. Действуйте крайне осторожно, поскольку вас уже не дюжина, а всего лишь двое. Учти, что этот человек – профессионал своего дела, поэтому в открытое столкновение с ним постарайся не вступать. Воспользуйся тем, что ты отменный стрелок – стреляй по ногам. После этого ему будет трудно скрыться. А когда вы возьмете на мушку эту бывшую журналистку, у него и вовсе отпадет всякая охота сопротивляться. Ты все понял? Тогда действуй без промедления! Я буду ждать от тебя вестей. Чао.

Получив четкие указания от босса, Траппони дал команду Паскуале Аквиле занять место за рулем. Водителю пришлось на бегу доедать сфольятеллу, купленную в привокзальном буфете, и, усевшись за руль, выжимать из машины максимальную скорость, поскольку времени у них было в обрез. Паскуале был усердным реджиме мафиозного семейства Кармине Кампо, поэтому он не подкачал его и в этот раз – их автомобиль примчался на угол виа Сан Грегорио и виа Кандотти в тот самый миг, когда беглецы, плотно позавтракав в доме Бальдрини, покинули гостеприимный дом и выехали на тот же самый угол двух улиц. В виду воскресного дня, в эти утренние часы улицы города были абсолютно пустынны, поэтому не заметить друг друга беглецы и их преследователи просто не могли. Когда автомобиль беглецов на полной скорости промчался мимо мафиозного «Фиата», Траппони завопил что было мочи:

– Паскуале, это они, разворачивайся!

Повторять команду дважды не понадобилось – бывший автогонщик так резво вывернул руль, что их автомобиль мгновенно развернулся на небольшом пятачке и бросился в погоню за беглецами. Началась бешеная гонка по узким улицам уездного городишка.

Корецкий сразу заметил погоню, поэтому принялся выжимать из «Тойоты», любезно предоставленной им бывшим сенатором, максимальную скорость. Всего лишь пять минут назад Бальдрини показал ему на карте дорогу, ведущую в Рим, поэтому спецназовец ехал не наобум, а четко держа в голове маршрут следования. Заблудиться было невозможно, однако погоня внесла в эти планы свои коррективы: Корецкому пришлось увеличить скорость, и он в пылу охватившего его азарта невольно пропустил нужный поворот на римскую автотрассу. Впереди таких поворотов было несколько, но поскольку Корецкий выучил на карте лишь этот, дальше ему пришлось положиться целиком на свою интуицию. Впрочем, в тот момент когда у них на хвосте сидели мафиози, главным для беглецов стал не поиск нужного направления в столицу, а отрыв от преследования. Сделав это, потом можно было бы спокойно отыскать и дорогу в Рим.