и мысли, а также их чрезвычайное разнообразие. XVII в. – это период активного сотрудничества и обмена опытом между представителями науки и искусства, между философами и художниками.
Если в XVI в. самым развитым регионом было Средиземноморье (Италия и Испания), то к началу XVII в. ситуация меняется. Господствующие позиции начинает занимать центр и север Европы: в политическом отношении – Франция, в экономическом – Соединенные провинции Нидерландов. Такое положение будет сохраняться до «Славной революции» 1688 г. в Англии, после которой она начнет претендовать на господствующее положение в Европе.
В политической сфере изменения связаны с появлением национальных государств, которые стремятся не к завоеванию территорий, а к политическому господству (гегемонии). Укрепляется абсолютизм, характерными чертами которого были: стремление сократить права и привилегии сословий, ограничивавших ранее монархическую власть; рост бюрократического аппарата; создание регулярной армии; появление постоянных налогов; применение политики меркантилизма и протекционизма.
Философская мысль реагирует на происходящие изменения появлением концепций, обосновывающих формирование государств нового типа. Например, английский философ Томас Гоббс (1588–1679) в произведении «Левиафан, или трактат о материи, форме и власти государства церковного и гражданского» рассматривает государство как результат общественного договора, положившего конец естественному догосударственному состоянию «войны всех против всех». Государство появилось для того, чтобы обеспечить мир в обществе, а люди, заключившие договор, добровольно отдали свои права и ограничили свою свободу в пользу государя.
Что касается экономики, то в большинстве стран Западной Европы она по-прежнему оставалась аграрной, большая часть населения проживала в сельской местности. Однако в сфере производства сельскохозяйственной продукции постепенно наметились существенные сдвиги. Прежде всего, нововведения проявились в расширении перечня выращиваемых сельскохозяйственных культур, например стали выращивать картофель и кукурузу. Изменения происходили и в организации производства. Например, в Англии в результате аграрного переворота (ликвидация крестьянских семейно-индивидуальных хозяйств и концентрация земель в руках лендлордов) появилась возможность сдавать землю в аренду фермерам либо самостоятельно вести хозяйство с применением наемного труда. Таким образом, в сельском хозяйстве происходило формирование капиталистического товарного производства, имевшего целью получение прибыли.
Капиталистические принципы стали применяться и в ремесленном производстве, расположенном, прежде всего, в сельской местности и небольших городах, где не было цехов. Это было связано с тем, что начиная со Средних веков, ремесленники, работавшие в традиционных отраслях промышленности, объединялись в цехи, которые до середины XVII в. не только продолжали существовать, но и укреплялись при поддержке правительств. Борясь за поддержание высокого качества продукции, цехи строго регламентировали процесс производства, не позволяя своим членам отступать от традиционного порядка и вводить какие-либо новшества. Кроме этого, цехи старались обеспечить более или менее равный доход состоявшим в них мастерам, а потому ограничивали количество применяемых ими станков и принимаемых на работу подмастерьев.
Однако быстрый демографический рост в период Нового времени оказал влияние на социально-экономическое развитие Европы. Повышение массового спроса на продовольствие стимулировало развитие сельского хозяйства и торговли, в частности колониальными товарами. Возобновился рост городов, вбиравших в себя население из сельской местности. В свою очередь, появление в городах свободной рабочей силы способствовало расширению производства промышленной продукции.
Успешное освоение колоний в Азии, Африке и Америке вело к быстрому расширению заморской торговли, ставшей в этот период одной из важнейших и наиболее динамично развивающихся отраслей экономики большинства западноевропейских государств. Этим были обусловлены высокие темпы роста портовых городов, связанных с колониальной торговлей, таких как Бристоль и Ливерпуль, Севилья и Барселона, Амстердам, Лиссабон, Бордо и Марсель. Напротив, старые торговые центры, разбогатевшие в свое время на средиземноморской торговле и не сумевшие переориентироваться на новые колониальные рынки, постепенно приходили в упадок, как, например, Генуя и Венеция.
Колониальная торговля строилась на капиталистических отношениях. Если в Средние века для ведения коммерческих операций с тем или иным видом товаров необходимо было состоять в соответствующей купеческой гильдии, которая строго регламентировала деятельность своих членов и крайне неохотно принимала в свои ряды новых, то в XVII в. получили распространение новые формы организации торговли – паевые, или акционерные, общества, которые позволяли любому желающему, без каких-либо ограничений, принимать участие в финансировании колониальной экспедиции, а потом получить свою долю прибыли от нее.
Возрастающий спрос на промышленную продукцию стимулировал поиски новых методов, технических новшеств, повышавших производительность труда на производстве. В портовых городах создавались судостроительные верфи, полотняные и канатные мануфактуры, винокурни, предприятия по переработке сахарного тростника.
Как правило, производство на этих предприятиях было организовано с применением наемного труда. Первые капиталистические предприятия – мануфактуры – были основаны на разделении труда и ручной технике. Существовало два вида мануфактур: рассеянная и централизованная. В первом случае предприниматель раздавал сырье (например, пряжу) рабочим-надомникам, а потом забирал у них готовую продукцию, оплачивая трудовые затраты. В централизованной мануфактуре работа происходила в одном помещении. Каждый из рабочих мануфактуры мог специализироваться на осуществлении какой-либо одной операции, доводя ее до автоматизма, что позволяло существенно повысить производительность труда. В связи с этим мануфактуры широко применялись в тех отраслях промышленности, на продукцию которых спрос резко увеличивался (предметы роскоши, военная индустрия, текстильная промышленность).
В утвердившихся абсолютистских монархиях (Франция, Испания) важное общественное и государственное значение приобрел королевский двор, ставший главным местом пребывания аристократии. Его роскошь символизировала богатство и могущество короля. Придворные изо всех сил пытались соответствовать подобному образу жизни и превзойти друг друга в роскоши. Все это создавало устойчивый спрос на ее предметы, удовлетворить который могло только мануфактурное производство. Правительства охотно поддерживали создание подобных предприятий. Например, строительство Версаля дало мощный импульс для возникновения во Франции мануфактур по производству зеркал, гобеленов, шелка.
Создание постоянных армий и флотов, размеры которых неуклонно росли, порождали спрос на вооружение, боеприпасы, амуницию, обмундирование. Поэтому правительствами разных стран активно поощрялось создание мануфактурных предприятий в горнодобывающей, металлургической и текстильной промышленности.
Дальнейшее наращивание производства в большинстве западноевропейских стран происходило именно за счет увеличения числа мануфактур и привлечения новой рабочей силы. Однако в Англии, где уже в первой половине XVIII в. возник дефицит свободных рабочих рук и заработные платы наемным работникам достигли довольно высокого уровня, раньше, чем где бы то ни было, начался переход от ручного мануфактурного производства к фабричному, осуществляемому с применением машин.
В XVII в. одновременно с изменениями в экономической сфере общества кардинальным образом трансформируется европейская наука. Несмотря на то что накопление новых знаний, изобретения и открытия происходили и ранее, однако на протяжении веков оставалось неизменным восприятие окружающего мира как сотворенного Богом и немыслимого вне Бога. Соответственно, и познавать этот мир можно было только в рамках христианских религиозных представлений и весьма фрагментарно – лишь в той мере, в какой человек был способен осмыслить непостижимый в основе своей замысел Творца.
В течение XVII в. постепенно складывалось принципиально иное представление:
