чтобы объявили «поло» в розыск. Объясните предельно четко, что останавливать автомобиль не нужно, только незаметно сопровождать.
– Я отправил запрос по машине на АРНЗ.
Камеры АРНЗ (автоматического распознавания номерных знаков) были установлены в ключевых точках города и всего графства.
– Молодец!
– Между одиннадцатью тридцатью и одиннадцатью сорока пятью вечера камеры засекли «поло» трижды: в первый раз машина ехала по Дайк-роуд, во второй – на юг по Уэст-стрит и в последний раз – вдоль набережной по Мэрин-Пэрейд. Далее автомобиль мог попасть в поле зрения камер только в Роттингдине, но этого не произошло. Значит, он либо остановился, либо свернул раньше. Больше его нигде не зафиксировали, вплоть до ноля часов пятнадцати минут, когда он двигался на запад по Мэрин-Пэрейд, а в ноль сорок пять объявился на Дайк-роуд. Затем, уже в час двадцать ночи, «поло» снова проехало по Дайк-роуд, несколько раз сворачивая в переулки. С тех пор его нигде более не замечали.
– Весьма насыщенный график у этого парня, – хмыкнул Грейс.
– Он и до этого носился по всему городу, сэр.
– А на других направлениях он под камеры не попадал?
– Никак нет.
Рой Грейс подошел к демонстрационной доске с приколотой к ней картой Брайтона и окрестностей, на которой были обозначены камеры АРНЗ. Взяв с полки красный маркер, он очертил круг, охватывающий район Онслоу-роуд до Брайтонской гавани и соседние кварталы с севера и запада, отделяя его от зон видимости других камер. Потом обернулся к констеблю Холлу:
– Кевин, пусть местные полицейские немедленно начинают искать «поло», прочесывая улицу за улицей. Заодно попроси диспетчерскую выделить для поисков все имеющиеся машины без опознавательных знаков.
– Есть, сэр.
Холл вернулся к своему столу, а Грейс снова глубоко задумался. Уитдин-роуд, застроенная особняками, о которых большинство людей не могли и мечтать, всегда как магнитом притягивала грабителей. Но там везде должны быть камеры наружного обзора.
Рой потянулся было к телефону, но потом посмотрел на часы: почти два. Он понимал, что подчиненным нужно дать возможность отдохнуть, чтобы наутро они были свежими. Да и вообще, каждый имеет право на личную жизнь. С другой стороны, если ты служишь в отделе по расследованию особо тяжких преступлений, то должен понимать, что ради пользы дела можно пойти на жертвы.
И он набрал номер Джека Александера.
Ему ответила молодая женщина, говорившая с американским акцентом. Грейс тут же опознал сонный голос Кейтлин, их няни.
– Слушаю вас-с-с?
Он мысленно улыбнулся.
– Будьте добры, позовите Джека.
Через пару секунд трубку взял молодой сержант. Он явно был слегка сконфужен.
– Прости, что разбудил тебя, Джек, но события развиваются. Твоя группа сбора наружной информации должна включиться в работу в шесть тридцать утра.
– Да, конечно, сэр, – ответил он уже более бодро.
Рой Грейс рассказал Александеру об арендованной машине, которую заметили на Уитдин-роуд, а затем добавил:
– Мы не знаем, почему она там стояла, но водитель, должно быть, вышел из нее и куда-то направился по улице. Если найдутся дома с камерами наружного обзора, нам нужно получить их записи начиная с полуночи и до половины второго ночи.
– Предоставьте это мне, сэр.
Грейс закончил разговор и наконец-то объявил подчиненным, чтобы отправлялись по домам и возвращались к семи утра.
А затем уехал и сам, чтобы урвать два-три бесценных часа сна.
68
10 октября, среда
Рассвет пришел вместе с угнетающе-серым морским туманом, покрывшим ветровое стекло «поло» водяной пленкой. Время от времени Зуб включал зажигание, чтобы дворники разогнали ее. Он слушал новости по «Радио Суссекс», но ни семичасовой, ни восьмичасовой выпуски не добавили ничего интересного.
Дом между тем начал подавать признаки жизни. За последний час из гаража выехало несколько машин, но это были не «киа», и ни в одной из них не сидел Жюль де Коупленд. Двое жильцов укатили на такси. Первой была усталая молодая женщина. «Уж не та ли это ворчунья, которая накануне была очень недовольна тем, что ее разбудили?» – лениво подумал Зуб. У второй дамочки, забравшейся в длинном платье на заднее сиденье, вид был скорее с похмелья.
«Киа» не объявлялась, но и спешить было некуда.
«Можешь тянуть время сколько угодно, Жюль де Коупленд. Наслаждайся последним утром своей земной жизни и приятелю своему, Дунстану Огвангу, передай, чтобы тоже порадовался напоследок».
Зуб снова включил местное радио, как раз успел к утреннему информационному выпуску.
Ну что, не появились за ночь новые подробности инцидента на Норт-Гарден?
Оказалось, что появились.
Сперва диктор обеспокоенно сообщил о том, что, согласно статистике, количество ограблений в Суссексе увеличилось, после чего некий Кассиан Пью, помощник главного констебля, принялся оправдываться. Пожалуй, его болтовня прозвучала даже агрессивно.
А потом ведущий выпуска новостей произнес:
– «Что касается жестокого нападения, возможно на почве гомофобии, на мотивационного оратора Тоби Сьюарда, то полиция Суссекса уже подтвердила, что подозреваемый арестован. Напомним, что вчера вечером злоумышленник зверски отсек мистеру Сьюарду кисть правой руки. Хирург-травматолог Робин Тёрнер и его бригада всю ночь работали над ее приживлением. Представитель больницы заявил, что операция прошла успешно, но говорить о результатах пока еще рано».
«Подозреваемый арестован». Зуб помрачнел, как серый туман, окутавший машину.
Неужели Огванга замели?
Зуб получил ясное указание уничтожить Огванга и Коупленда.
Похоже, один из них оказался теперь вне досягаемости, под арестом.
И если это так, то парень наверняка всех сдаст. Вряд ли это обрадует заказчика, Стива Барри.
И как, интересно, теперь поступить самому Зубу? Продолжать охоту за Коуплендом или соскочить, пока еще можно? Обещанные мистером Барри деньги уже лежат на его счету. Этого вполне достаточно, чтобы отойти от дел и вести безбедную жизнь. Хватит до конца дней.
Он может улететь прямо сегодня и уже завтра будет в Эквадоре. И на этом все.
Да вот только еще ни разу в жизни Зуб не бросал дело, не доведя его до конца. Если сейчас слинять, то потом всю жизнь будешь оглядываться через плечо. То, что ты не закончил, однажды может прийти за тобой.
Он снова ощутил омерзительное, липкое головокружение. Те же псевдогриппозные симптомы, появившиеся после змеиного укуса.
Зуб набрал номер, который получил от Стива Барри. Тот ответил после первого гудка, и голос у него был отнюдь не довольный.
– Вы позвонили мне, чтобы сообщить, что опять провалили дело, да, мистер Зуб? Я ошибся, когда решил нанять вас. Напрасно понадеялся на вашу репутацию. Был профессионал, да весь вышел, не так ли?
Зуб рассвирепел. И все же Барри прав, он опять лоханулся. Упустил нить.
Похоже, и впрямь настало время уйти. Все,
