никто не изучил её лучше, чем Люци и Катя. Но он не станет портить ей шанс воспользоваться подвернувшейся возможностью.
Вот только понял ли он, что это возможность не только крупно выиграть, но и обеспечить элите невозможность подкупить ещё кого-то? После таких ставок денег у знати не останется нанять хотя бы робота-уборщика, чтобы тот пшикнул в Юлия дезодорантом.
— Ханна, я могу рассчитывать на процент от долга? — мило улыбнулась Медведева. — Скажем, десять?
— Кхм… — поперхнулась Охана.
— Вот он, оскал истинной акулы капитализма! — подначил их Магнус.
Сошлись на пяти.
* * *
Я уже совсем было решил последовать рекомендации Арахны — медик плохого не посоветует, как смарт озадачил меня вопросом от Комарова.
Маршал: Ты где?
Ведьмак: А где надо быть?
Маршал: Дуэльный комитет.
Маршал: Забыл?
Ведьмак: В больничке задержался.
Ведьмак: Сейчас буду.
На самом деле действительно забыл. Обсуждение планов со связным переключило мозг на другое, сама дуэль меня не беспокоила — я был более чем уверен в результате поединка, и необходимость что-то ещё там утрясать совсем вылетела из головы. Ну, раз надо — значит, утрясём.
К тому моменту, как я добрался до помещения дуэльного комитета, он же студенческий совет, основная часть скандала уже закончилась. Злой и красный от ярости Пьер пыхтел, бегая по комнате, невозмутимый как стенка Комаров скучал, Яго что-то сосредоточенно листал на смарте, а Люциус сидел за столом, соединив кончики пальцев, и с живым интересом наблюдал за происходящим.
Моё появление произвело эффект горючей жидкости, выплеснутой на едва прикрытые пеплом горячие угли. Пьер зашипел и даже, кажется, раздулся, словно испуганный или рассерженный кот, но Люциус ему и рта открыть не дал — хлопнул в ладоши.
— Итак…
Я уже знал, как всё должно происходить, но в дуэли до смертельного исхода участвовал впервые. У нас было принято беречь людей… Так что за происходящим я наблюдал с вполне естественным интересом, поудобнее усевшись в кресле рядом со своим секундантом.
— На правах представителя дуэльного комитета… — начал Магнус.
Тут всё было просто. Ренессанс возродил среди прочего и дуэльный кодекс, хотя тот претерпел такие изменения в процессе возрождения, что наши далёкие предки узнали бы его, пожалуй, только по одному пункту.
— Возможно ли примирение сторон? — спросил Люциус у секундантов. — Возможно, гнев успел улечься, и стороны согласятся рассмотреть другие способы разрешения конфликта?
— Нет! — самоуверенно заявил Пьер, не позволив Яго переадресовать ему вопрос главы студсовета. — Только бой до смерти одного из участников! Без каких-либо претензий со стороны клана проигравшего!
И гаденько ухмыльнулся мне. Ну да, ну да, у меня-то клана нет, претензий не будет, и вообще я уже покойник, я так и думал.
— И не надейся даже на контракт, он тебя не спасёт! — завершил блистательную речь этот надутый индюк.
— Что за контракт? — я повернулся к главе совета.
— Контракт жизни и смерти, — пояснил Люциус. — Если гибель одного из участников уже совершенно очевидно неизбежна, кто-нибудь может выкупить проигравшего у победителя. Правда, условия контракта такие, что лично я бы выбрал смерть.
Я покивал. Сильные мира сего нашли способ превращать талантливых простолюдинов в рабов. Корпоративное рабство. Совершенно законное и ничем не наказуемое. Цель доводили до того, что она вызывала обидчика на смертельную дуэль.
Если цель оказывалась достаточно сообразительна, понимала, откуда ветер дует, и соглашалась терпеть унижение — учёба когда-нибудь кончится, а рабство нет — вызов бросал уже сам обидчик.
А поскольку у аристо и снаряжение, и вооружение, и мобильные доспехи несравнимо лучше, чем у простолюдинов, то бой закономерно кончался искромсанным на части мехом жертвы и выбором: или ты становишься рабом, или прямо здесь и сейчас умираешь.
— Разумеется, «Магна корп» порицает такую варварскую практику, — похвалил родную корпорацию Магнус. — Есть куча исследований, которые доказывают, что такие работники куда хуже мотивированы и не вносят большого вклада в прибыль.
— Верю, — снова покивал я. Он таки был прав.
За исключением категории расходных элементов — а пойманных в ловушку пилотов мобильных доспехов можно было смело считать именно расходным человеческим ресурсом — которым хватало и такой низкой мотивации. Так что корпоративным рабам вряд ли можно было поставить в вину отсутствие рвения на работе.
Пьер прохаживался по комнате, заложив руки за спину и выпятив грудь. Я невольно вспомнил, что древним символом французов был петух. Вот сейчас мой противник настолько соответствовал этому символу, что было сложно спрятать усмешку. На меня он бросал такие взгляды, что я начал всерьёз подумывать обратиться к Профессору.
Если Мориарти сможет записать для меня последний взгляд Пьера в капсуле пилота… Нет, тратить такие деньги на столь нецелевые расходы было глупо, конечно. Но я очень хотел бы посмотреть в лицо этому человеку в тот момент, когда он поймёт, что упал в яму, которую выкопал для меня.
Лишь бы он сам не сбежал через ту лазейку, в которой отказывал мне. У Пьеро не было ни чести, ни принципов, ни достоинства. Он согласится на что угодно, лишь бы выжить.
Значит, у него не должно остаться даже этого призрачного шанса. Я должен убить его прежде, чем он сможет найти того, кто его выкупит.
— Юлий? — услышал я голос Каса. Судя по взгляду, окликал он меня не в первый раз. Что-то я начал часто выпадать. Надо было сосредоточиться.
— Простите, задумался, — я сел прямо. — Что от меня требуется?
Всё же в древности дуэли выглядели как-то… благороднее, что ли? Были в них своеобразные достоинство и красота. Поединщики обязательно жали друг другу руки, разговаривали друг с другом исключительно вежливо…
Здесь не было красивых фраз. Два человека согласились убить друг друга, поставили подписи под контрактом, условия которого были составлены так, что ни один корпоративный юрист не смог бы привлечь выжившего к ответу.
Я проверил, внимательно прочитав текст. Мало ли, вдруг там где-то затесалось что-нибудь незначительное на первый взгляд, набранное таким мелким шрифтом, что без лупы не разберёшь? Но документ оказался честным, без подвохов. Да, месть вполне могли попытаться осуществить другими способами, но это уже будет совсем другая история.
— Медицинские заключения готовы? — спросил Люциус.
Я скинул файл на смарты секундантов и Магнуса, то же самое сделал Пьер. С выписками из наших карт ознакомились самым вдумчивым образом. Потом, когда дело будет сделано, эти выписки прикрепят к отчёту по дуэли,
