Ветка кричит, подпрыгивает на моей шее и указывает вниз. Под нами стадо лесных оленей. Пикирую, хватаю одного, снова набираю высоту. Связывать в воздухе ноги брыкающемуся оленю — задачка не из легких, но справляюсь. Подвешиваю к поясу. Неудобно. Сажусь и пристраиваю на спину. Взлетаю.
Доклад от Лиры. Ежики подошли к шаттлу. Лира управляет ежиками и описывает все, что они видят. Люк закрыт. Открыть не могут, силенок не хватает. Ищут пробоину. Нашли. Выбито стекло кабины пилотов. В кабине полный разгром. Ремни кресел оборваны, засохшие пятна крови на полу. Но тел нет. Крышка приборной панели отвинчена и аккуратно поставлена в угол. Кто-то пытался ремонтировать. Ежики идут по кровавым дорожкам в коридор. Медицинский модуль работает. Перед ним на полу куча скафандров и одежды. В модуле заняты четыре биованны из шести. К сожалению, ежики не могут напрямую подключиться к компьютеру модуля. Лира заставляет их построить пирамиду, верхний набирает запросы на клавиатуре. В ваннах три мужчины, одна женщина. Все поступили в очень тяжелом состоянии. Регенерация идет нормально, опасности нет. Голос Лиры становится ликующим.
— А где пятая? — спрашиваю я.
— Найдем, обязательно найдем! — радуется Лира. Кто-то же их в биованны засунул, пульт пытался починить. Наверно, это Ливия. Она никогда голову не теряет!
— Запроси у медицинского модуля рост и вес пациентов.
— Коша, это не Ливия. Это Сандра. А Ливия в ванне. Ногу потеряла, — сообщает Лира через несколько минут.
Еще около часа ежики обыскивают шаттл. Следов мало. Видны следы робких попыток ремонта нуль-кабин. Сделана запись в бортжурнале. Аккуратно убраны в контейнер аккумуляторы. Вот, пожалуй, и все.
Лира выводит ежиков наружу и начинает обыскивать местность. Найдено кострище. Рядом с кострищем — запас дров и обгорелая стрела для лука. Кострищу несколько дней. Следы побиты дождем.
Больше всего настораживает стрела. Сандра не могла выковать наконечник. В нее стреляли? Но почему стрела обгорела? Сандра бросила ее в костер, но потом вытащила? Или вытащил тот, кто стрелял в Сандру?
Лира задает ежикам программу поиска по расширяющейся спирали. Я советую спустить на планету еще две сотни ежиков.
Сажусь еще более усталый, чем вчера. Но план выполнил. Пролетел тысячу сто километров. И догадался сесть на берегу речки. За водой ходить не надо. Снимаю со спины оленя. Ветка ноет, жалко бедного. Достаю пистолет, узким лучом отрезаю оленю голову. Тушу подвешиваю на дерево, чтоб стекла кровь. Ветка ревет в два ручья. Утверждает, что я плохой и жестокий. «Я — Черная Птица» — говорю я. Нет, неправда, я хороший. Вот она, женская логика. Даю ей ножик и говорю, что будет помогать разделывать тушу. Следующую будет разделывать сама. Толку от нее, конечно, никакого, но пусть привыкает. Когда на землю вываливаются кишки, роняет ножик, хватается за рот и отбегает. Я получаю выговор от Лиры, что мучаю бедную девочку. Слишком устал, чтобы спорить. Кончаю разделывать тушу, развожу костер, жарю мясо. Пока оно жарится, засыпаю.
Просыпаюсь опять без наушников. Наушники у Ветки. Она суетится у костра. Навожу на нее уши и напрягаю слух. С орбитальной в два голоса объясняют, как готовить жаркое на костре. Сажусь и тоже начинаю подавать советы. Получаю обгорелый кусок мяса, хрустящий на зубах, и весь в золе. Ветка отдает наушники, чтобы освободить обе руки, теперь я работаю ретранслятором. Наверху идет жаркий спор между Анной и Лючией, главной поварешкой Замка. Чтоб погасить его, прошу Анну дать сводку. Сандра не найдена. Комиссия собирается домой. Вот и все новости.
Утром вижу флаер с обещанными подарками. Пока мы спали, Лира посадила его в поле и подогнала по земле прямо к лагерю. Среди груза полный комплект обмундирования космодесантника для Ветки, огромное количество обезвоженных продуктов и много-много килограммов полезных мелочей. Если Кора думает, что я грузовой вертолет, то ошибается. Еще на заре туризма установлено: брать надо не то, что нужно, а то, без чего нельзя! Проверяю, что еще нельзя, и изымаю из обмундирования Ветки лазерный пистолет. Вызываю орбитальную и говорю Лире, чтоб не подгадывала особенно момент сброса флаера к прохождению станции над точкой посадки. За сутки флаер долетит до любой точки планеты, а если разобьется, но груз уцелеет, так на планете уже три исправные машины. Пошлем ближайшую за грузом. Лира не соглашается. И правильно делает. Очередной флаер падает в непроходимый лес километрах в трехстах от шаттла. Деревья смягчили удар, и груз — сотня ежиков-разведчиков — уцелел. Новая незадача — ежики практически не могут передвигаться по толстому, мягкому слою мха. Советую выстроить их цепочкой и задним бежать вперед по спинам передних на манер гусеницы трактора.
Ветка во время перелетов болтает без перерыва. Но не со мной. В первый день я запретил, и она свято блюдет это правило. Болтает с орбитальной. У нее теперь свои наушники, свой коммуникатор с маленьким экраном. Узнаю о Сэконде много нового. Мне Ветка об этом не рассказывала. Думала, что я и так это знаю. Например, о назначении ошейников. Об этих обручальных кольцах-переростках.
СЭКОНД. САНДРА
Сборы, как всегда у мужчин, были недолгими. Кроме Скара решили ехать След и старший Барсученок. Баба Кэти суетилась, объясняла, чем и как кормить и лечить Волю. Сандра запрягла хромого лошака. Волю закутали в одеяло, Девушка прижимала к груди перебинтованными руками кожаный ошейник, сделанный для нее Сандрой, но одевать не хотела. Барсученок попытался посадить ее на лошака перед собой, но Воля забилась, отталкивая его. Тогда След посадил ее перед собой. Девушка успокоилась, закрыла глаза, прижалась к его груди.
— Санди, ты куда собралась? На себя посмотри. Ты же из седла выпадешь. — Скар отобрал у нее дорожную сумку, хотел отнести домой.
— Вы без меня не справитесь. Я тебя читать не научила, а так объяснить не смогу. Пойми, любимый, если доеду, на следующий день уже здоровой буду.
Баба Кэти стала протестовать, но Скар разрешил Сандре ехать, и на этом спор закончился. Тогда она протянула девушке небольшой пузырек, выдолбленый из камня.
— Если совсем плохо будет, прими это. Совсем немного, только пробку лизни. От одной капли сильней урсуса станешь, десять капель мертвого поднимут. Но утром примешь, к вечеру без сил упадешь. Пальцем пошевелить не сможешь. Лекарство это страшное. Силы до последней капли высасывает. А ты сама на былинку похожа.
— Я поняла, допинг это. Спасибо, баба Кэти. — Сандра бережно спрятала пузырек, потом лихорадочно начала шарить по карманам. Побежала в свою комнату, перерыла все вещи, заглянула под кровать. Перерыла все на кровати Скара.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
