Вероятно, у нее, в самом деле, все под контролем. И, тем не менее, он включил рацию, которую притащил снизу. Одно дело — верить в нее, и совсем другое дело — верить, что все пойдет гладко. Да, Ричард верил ей, но он чрезвычайно осторожный парень в отношении всего, что касалось Саманты Элизабет Джеллико и ее безопасности.
Глава 8
Четверг, 5.12 пополудни
Саманта подошла к дверям выставки и увидела Генри Ларсона.
— Мы только что осмотрели все здание, — сказал он, показав подбородком в сторону ее охранников.
— Великолепно, — отреагировала она, — но я хочу бросить последний взгляд сама. Беннет, не желаешь присоединиться ко мне?
Рослый охранник кивнул и пошел за ней. Ларсон выглядел раздраженным, но это ее не волновало. Он мог подозревать, что кто-то охотится за камешками, но он не знал, что это был Брайс Шеферд, и тем более не мог знать о методах Шеферда.
— Я провожу вас, — сказал инспектор, пристраиваясь впереди Беннета. — Дополнительная предосторожность не помешает, я так полагаю.
Ах, коллега! Если бы он подозревал ее, она считала бы его ловкачом. Но поскольку она публично заявляла, что отвечает за надежность охраны, то он вел себя просто глупо. Даже если бы она за чем-то охотилась, а Ларсон стоял бы прямо на ее голове, охраняя эту вещь, все равно он не сумел бы ее схватить.
— Стало быть, любой может уйти с камешком? — спросила она просто для поддержания разговора, открывая панель в стене и включая яркий верхний свет.
— У каждого своя цена за это, — согласился Ларсон. — А эти камешки стоят больших бумажек.
— Вы замечали что-нибудь подозрительное? — продолжала она, начиная обход стендов и проверяя в первую очередь, на месте ли драгоценности, а затем, удостоверяясь, что крохотные зеленые датчики остаются включенными.
— Было несколько возможностей. Но я находился очень близко, и никто не осмелился причинить вред. — Он откашлялся. — Как вы думаете, всегда будет такая толпа?
— Выходные будут трудными, но сегодня и завтра самые худшие дни, — рассеянно сказала Саманта, вынимая резиновую прокладку из защелки на одном из стендов. Эффектно, но вряд ли удачно, если это была попытка совершить недоброе. Она могла бы сделать гораздо лучше с помощью любого тряпья.
При этой мысли она сунула пальцы в оба кармана пиджака. Там ничего не было. После вчерашних событий она не думала, что Рик рискнет снова подложить ей «Соланум», но не имела ни малейшего желания рисковать своим счастьем. Конечно, Ричард продолжал хвалиться, что поскольку он не верит в зависимость счастья от бриллианта, то на него он не оказывает воздействия. Даже после лопнувшей шины, раздавленного мобильника и несостоявшейся сделки. Что ему, по всей видимости, требовалось, Так это несколько дополнительных доказательств — таких, которые не позволили бы ему оспаривать упрямые факты.
Могла ли она ему это подстроить? Саманта нахмурилась, переходя ко второму ряду стендов. Почему она задает себе этот вопрос? Он подстроил это ей. А она давно извлекла урок, что нельзя никому позволять даже думать, что он имеет над ней преимущество. Слабость означает неудачу, неудача означает камеру заключения — или смерть.
— Разве ваш компьютер фиксирует не все датчики? — спросил Ларсон.
— Все.
— Тогда почему вы обременяете себя проверкой того, включены ли маленькие лампочки? Мне думается, вам следует просто делать общий осмотр.
Саманта бросила на него взгляд:
— Я осторожна до паранойи. А вы нет?
— О, я очень осторожен! Просто я думаю, что вам следует верить в вашу систему. Если у вас нет этой веры, то зачем вы ее установили?
— Это из-за того, что я не дала вам рацию? Беннет фыркнул, замаскировав этот звук кашлем.
— Это не имеет никакого отношения к делу, — возразил инспектор. — Я провел целый день за тем, что не спускал глаз с этих вещей. Вы должны сидеть в комфортабельном кресле, и у вас есть служащие, которые вам помогают. Я выполнял свою работу, мисс Джеллико. И выполнил ее хорошо.
Для парня из Скотленд-Ярда он, судя по всему, мало знал об обходных цепях, или байпасах, которые позволяют подавать фальшивые положительные сигналы. Однако Саманта знала об этом и продолжала досконально проверять стенды и двери. Ларсон мог следить за кем-то персонально, но при наплыве двухсот посетителей он не мог видеть все. Даже при наличии таких экспертов, как Крейсон, с учетом того, что она наблюдала сама, Саманта намеревалась производить тщательную ежевечернюю проверку.
Спустя десять минут она должна была признать, что все в полном порядке, и никто не прячется среди стропил. И что еще лучше, никто не видел даже следа Брайса Шеферда. Она подняла рацию:
— Все в порядке. Крейсон, переключай датчики стендов на ночной режим.
— Понял вас.
На стенной панели четвертая и пятая лампочки сверкнули красным, затем переключились на зеленый. Теперь, если кто-нибудь хотя бы сильно дыхнет на стекло, включится сигнал тревоги. Окинув взглядом зал в последний раз, Саманта выключила верхний свет и жестом показала Ларсону и Беннету первыми выйти через дверь.
— Может быть, хоть теперь вы поверите, что я знаю, что делаю, — самодовольно сказал инспектор. — Пара глаз — это лучше, чем дорогостоящее оборудование, которое вы способны установить.
— Вы тупица, Ларсон. — Саманта закрыла и заперла дверь. — Установи дверные коды, Джейми, — скомандовала она.
— Сделано.
Фу! Один день закончился.
— Спасибо, — сказала она в микрофон рации. — Спокойной ночи.
Кивнув Беннету, она направилась в дом. Один день миновал, двадцать семь дней впереди.
Внезапно Ларсон схватил ее за плечо.
— Я не терплю, когда надо мной насмехаются или грубят, мисс Джеллико! — рявкнул он. — Я про…
— Уберите руку с моего плеча, — перебила его Саманта, мгновенно переходя из состояния расслабленности в состояние ярости.
Очевидно, правильно расшифровав выражение ее лица, Ларсон сделал самую умную вещь за весь день и отпустил ее. Саманта несколько раз вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться. Она была готова вышибить из него дух или по меньшей мере влепить ему пощечину — его разумная реакция даже слегка разочаровала ее.
— Приношу извинения, мисс Джеллико. Я хотел сказать, что я профессионал. И хочу выразить надежду, что, работая совместно, а не в оппозиции друг к другу, мы сможем пресечь любую…
— У нас с Риком обед в наших личных апартаментах, — снова перебила его Саманта. — Увидимся завтра.
Она оставила его в саду, игнорируя бормотание об американцах вообще и о ней в частности. Господи, этот чопорный, вежливый и самодовольный британец когда-нибудь сведет ее с ума.
