его филиалов – экспозитур и резидентур – показывает, что они интересовались широким кругом вопросов, имевших отношение к советским армии и флоту: дислокацией воинских частей, развитием технических родов войск (бронетанковых и авиационных), ходом военной реформы и ее результатами и т. д. Для советских контрразведчиков особенно важным показателем являлось настойчивое стремление польских спецслужб добыть персональные данные и детальные характеристики на конкретных военачальников и лиц из их близкого окружения. Это однозначно свидетельствовало о поиске противником агентурных подходов к наиболее осведомленным секретоносителям – таким как нарком по военным делам, члены Реввоенсовета СССР, крупные штабные работники, командующие военными округами, комкоры и комдивы.
Таким образом, можно утверждать, что польская разведка реально была противником № 1 для советских спецслужб в период с 1921 по 1939 г.
3. Структура, кадры и операции спецслужб в период «условного мира». Советская сторона
Контрразведывательная работа вообще и против польских разведывательных органов в частности концентрировалась до начала мая 1922 г. в Особом отделе ВЧК-ГПУ. Еще в период советско-польской войны в этой структуре советских органов госбезопасности по личному указанию Ф. Дзержинского была образована нештатная польская группа под руководством заведующего оперативным отделением ОО ВЧК А. Артузова. При этом на выданных во второй половине 1920 г. мандатах, подтверждающих полномочия работы на местах, должность Артузова именовалась как особоуполномоченный по польским делам[480]. Эта группа работала не только в Москве, но и выезжала в другие города для проведения оперативных мероприятий. Безусловно, зоной ее особого внимания являлись районы, прилегавшие к полосе боевых действий Западного и Юго-Западного фронтов. Соответствующих специализированных подразделений в особых отделах фронтов и армий не имелось, но понятно, что практически вся их работа по борьбе со шпионажем, диверсиями и иными подрывными действиями велась из расчета на связь этих проявлений с тайными операциями польской разведки.
Еще в период советско-польской войны в некоторых армейских чекистских аппаратах создавались (по примеру ОО ВЧК в Москве) нештатные оперативные подразделения по борьбе с польской разведкой. В частности, в Особом отделе 12-й армии Юго-Западного фронта, оперировавшей в основном на Украине, имелась «специальная агентурная группа», укомплектованная оперативными работниками польской национальности либо владеющими польским языком[481]. На основании приказа РВСР в октябре 1920 г. началось формирование на Западном фронте 1-й польской армии[482]. Для оперативно-чекистского обслуживания воинских частей армии учреждался Особый отдел. Начальником этого органа должен был стать польский коммунист Ян Каликстович Ольский (Куликовский). Начиная с 1991 г. я написал несколько исторических очерков об этом выдающемся чекисте и практически вывел его из тени полного забвения после трагической гибели в период массовых репрессий[483]. И этим горжусь. А здесь лишь упомяну о том, что Ольский начал свою работу в органах госбезопасности в 1919 г., в период советско-польской войны возглавлял Особый отдел 16-й армии и провел несколько крупных операций против разведки врага. Далее руководил ЧК Белоруссии. С 1923 г. трудился в Центральном аппарате и несколько лет возглавлял всю контрразведку ОГПУ.
Центральный аппарат ВЧК оперативно отреагировал на стабилизацию советско-польского фронта и прекращение боевых действий необходимыми организационными изменениями. В частности, согласно приказу ВЧК № 182 от 27 декабря 1920 г., Особый отдел Западного фронта был переименован в Особый отдел Охраны польской границы, и теперь в зону его ответственности входила территория от озера Освея до города Гусятин. А северный участок границы предстояло обеспечивать Особому отделу 16-й армии[484]. Неделей ранее состоялся приказ № 169, объявивший о создании самостоятельного Иностранного отдела ВЧК. Поскольку он создавался на базе Иностранного отделения ОО ВЧК и, согласно 3-му параграфу приказа, подчинялся начальнику ОО ВЧК В. Менжинскому, то есть руководителю контрразведки, то и основной задачей нового органа оставалась закордонная контрразведывательная работа – проникновение в спецслужбы враждебных государств. Польша стояла здесь на первой позиции.
Военная разведка начала работать в Польше еще во время войны. Как отмечают авторы «Энциклопедии военной разведки России», агентурную сеть начал создавать во второй половине 1919 г. штаб Западного фронта. Непосредственно занимались этой работой начальник агентурного отделения Ф. Маркус и член Военного совета И. Уншлихт. Последний якобы имел обособленные и лично ему подчиненные разведывательные ячейки-резидентуры в захваченных поляками Минске и Вильно, а также в Варшаве[485]. Подтверждение этой информации мне пока найти не удалось, зато сохранились свидетельства того, что в Управлении особых отделов Всеукраинской ЧК имелось отделение иностранной агентуры. Этим отделением в июле 1919 г. был направлен в Польшу секретный сотрудник И. Пржебылтский с заданием проникновения в польскую разведку. Он выполнил поручение и сумел поступить на специальные курсы по подготовке шпионов. К сожалению, нашего агента опознал один из белогвардейцев, и Пржебылтскому пришлось бежать[486]. Некий аппарат закордонной разведки для работы в Польше имелся и в Особом отделе 4-й армии Западного фронта[487].
Но эти аппараты функционировали в период советско-польской войны. А в 1921 г. предстояло организовать резидентуру под прикрытием советских дипломатических и иных миссий в Варшаве. Скорее всего, первым сотрудником нашей разведки являлся член советской делегации по репатриации, а затем врач полномочного представительства в Варшаве Ефроим Гольденштейн. Он с 1918 г. находился на подпольной работе в Западной Украине, весной 1920 г. был арестован польской политической полицией, но сумел бежать из лагеря под Краковом и прибыл в польскую столицу. В разведку его привлек будущий начальник Иностранного отдела ВЧК М.А. Трилиссер. Они были знакомы давно по партийной подпольной работе. О деятельности Гольденштейна на поприще разведки в Польше сведений в доступной литературе, в том числе и в «Очерках истории Российской внешней разведки», нет[488]. Однако известно, что он с начала 1920-х гг. числился сотрудником ИНО ВЧК, а с 1923 г. уже был резидентом органов госбезопасности в Австрии, Турции и Германии.
Официально считается, что первая резидентура советской разведки в Варшаве была создана в апреле 1921 г., и руководил ею уполномоченный ИНО ВЧК Мечислав Логановский, действовавший под прикрытием должности 1-го секретаря советского полномочного представительства. Следует отметить, что до 1923 г. резидентура являлась объединенной, то есть представляла интересы как Разведупра Красной армии, так и ИНО ВЧК. За проведение контрразведывательной работы отвечал заместитель резидента, сотрудник ИНО ВЧК с марта 1921 г. Казимир Баранский (оперативный псевдоним «Кобецкий»), В ракурсе моего исследования на его фигуре необходимо остановиться подробнее. Буду отталкиваться, прежде всего, от информации, изложенной в справке по его личному делу, запрошенной мной в архиве ФСБ России.
Родился Баранский в Польше в 1894 г. По национальности – поляк. Окончил коммерческое училище и служил в Варшаве в почтовой конторе. С 1916 г. проживал в Москве, где и вступил в большевистскую партию. В 1919 г. успешно закончил командные
