вырвался добродушный смешок, а на душе потеплело от ностальгических воспоминаний. — В былые времена, если не одёрнуть, твой рассказ растянулся бы на несколько часов.
— Просто не хочу утруждать себя беседой с глупым орудием сумасшедших еретиков, — недовольно сказал Тонг, обладавший исключительной, даже для огнов, прямотой. — Да и тебе, Айзек, наверное тяжело пользоваться их еретическим искусством.
— Есть такое, — не стал я отрицать очевидное. — Не обладаю соответствующими навыками. Последний вопрос, учитель: что стало с «Сиянием власти» и планетой Эресид?
— В трактатах были упоминания, что через шестьдесят четыре годовых цикла после «Большого исхода» на Эресиде разгорелась междоусобная война: примархи еретиков начали делить власть. Но, несмотря на междоусобицу, навязывание агрессивной политики остальным крупным конфессиям огнов продолжалось. В конечном итоге, у последователей бога недр Акму кончилось терпение: они подняли весь свой флот с пяти планет и подвергли поверхность Эресида планетарной бомбардировке. Как ты знаешь, мои собратья селятся не только на поверхности, но и в недрах, что более предпочтительно из-за залеганий эфирита: его естественный высокий магический фон оказывает на нас плодотворное влияние. Но я снова отклонился от темы… После этого Эресид стали называть…
— Третье светило Фагриса. — Я почувствовал, что приближаюсь к своему пределу, поэтому поспешил закончить вместо учителя. — Мне это известно, ведь он считается одной из мёртвых планет, и наверное, до сих пор дымится. Спасибо, Тонг. Уже усталость накатывает. Ещё полялякаем. До связи.
Серафим злобно ощерился, стоило мне убрать антенну от массива.
— Да как ты вообще допустил мысль, что благородные Создатели имеют отношение к каким-то культистам⁈
— Всё сходится, пернатый. Подозрения возникли сразу, стоило столкнуться с вашими причудами, уж больно их организация похожа на пряжу адептов «Первозданной чистоты». Разница в наборе петель, но принципы организации схожи.
— Надуманный бред, — презрительно фыркнул Валис, на что я согласно кивнул.
— Именно так я подумал, впервые услышав рассказ Тонга, и даже как-то неинтересно стало. — Я внутренне усмехнулся, рассматривая донельзя вопросительное выражение лица собеседника. — Ведь в своём разуме я нарисовал эпичную картину, всерьёз думая, что существует космический корабль, способный быстро покрывать расстояния между галактиками, а здесь, прямо на этой планете, некогда состоялся нереальный замес между двумя фракциями адептов. Иначе откуда взялись все те артефакты, которыми я обладаю? Ни за что не поверю, что их создал кто-то из аборигенов планеты Земля: не тот уровень, мой пернатый друг. Идея о «большом замесе» родилась из-за разной природы этих артефактов. Например, меч Гоудзянь прост в организации и всеяден, но больше предпочитает оргон, и только с ним способен реализовать полный потенциал. Чётки, ваджра и колокольчик требуют для работы исключительно оргон. Абсолютную форму приобретают при наличии промежуточной силы — эфира жизни, которым обладаю я, вместе образуя «Колесо дхармачакры». Мой духовный артефакт способен работать лишь от эфира жизни, а вот ваш «Фрагмент Маяка» — только от обычного эфира… Ладно, не морщи мозг. Я подвожу к тому, что ваши здесь когда-то были, и если порыскать по планете, то найдутся и другие артефакты прядильщиков. Больше мучил вопрос: как сюда попали твои Создатели? Несмотря на всё их научно-техномагическое развитие, космический флот у них был говённый, раз не смогли дать отпор адептам «булыжника». Кстати, Тедди, который до моей казни, в неудачной попытке забрать все лавры себе, настаивал на моей выдаче их епископату — был одним из адептов Акму. Корабли у них тоже паршивые: мощные, но вот с манёвренностью и скоростью проблемы. В общем, я сначала расстроился, когда услышал рассказ Тонга, но все кусочки мозаики собрались в единое целое.
— С меня хватит! Я ухожу! — Лицо проекции Валиса приняло каменное выражение, губы превратились в тонкую линию, но спустя пару секунд физиономия моего визави начала вытягиваться.
— Ты забыл спросить у меня разрешения, пернатый. — Я осуждающе поцокал языком, довольно ухмыляясь. — Нет, можешь валить, но тем самым приблизишь момент своей экзекуции. Ты, наверное, искренне недоумеваешь: «Почему же я не могу уйти?». Ха, такими испуганными фарами, как у тебя сейчас, следовало смотреть в начале нашей беседы. Видимо, ты не оценил очевидного факта: я оказался в твоём сеансе. До этого мы ещё дойдём… У меня проскакивала мысль запереть тебя здесь навечно, но это было бы слишком легко.
— Я не могу оборвать сеанс с вместилищем мудрости Создателей. Твоих рук дело? Отвечай, сейчас же!
— Не напрягайся, пернатый, а то жилка на члене лопнет, и умрёшь от потери крови. — Весь мой вид выражал всеобъемлющее сочувствие. — А ты мне живой нужен. Итак, продолжим… Идею о «большом замесе» пришлось отринуть. Сказку про «космическую станцию», «создание планет» и «высшую цель» я самого начала расценил как приход стимера — весело, но бред. Впервые узнав из рассказа Тонга о том, что «Сияние власти» каким-то образом вели исследования в соседних галактиках, у меня возник закономерный вопрос: «Как?». Не забываем, что у огнов паршивые корабли. И знаешь, что? Ответ стоит прямо передо мной. Вот таких вот «пингвинов-десантников» они закидывали, а Атминтис использовали, как «скоростную трассу», для перемещения духовного тела. Лётчиками-испытателями были твои примитивные предшественники, учитывая стадию испытаний и обкатку системы.
— Кончай нести чушь и выпусти меня! — вновь взвизгнул Валис, зачем-то начав прыгать на месте.
— Ты, прав, пернатый… Мне эта теория тоже показалась несостоятельной. Всё портило наличие на Земле ваших артефактов. Ты и тебе подобные не способны их создавать, ведь вы сами всего лишь орудия, не более того. Поэтому я слегка приуныл: теория «большого замеса» терпела крах по всем фронтам. От разочарования меня спасла концовка побасёнки, рассказанная учителем. Вернее, та её часть, где флот поклонников Акму «причесал» Эресид со всех орудий. Вот тут рождается новая теория, вполне имеющая право на жизнь. Когда началась галактическая бомбардировка, группа твоих «создателей», избегая гибели, экстренно рванула сюда, используя все доступные средства. Звучит не слишком правдоподобно, но если вспомнить одну вещицу, то такой вариант имеет место быть. Я не раз ломал голову, почему не растворился в Атминтисе, как предписано фундаментальными законами самого «Мироздания» во всеобъемлющем его понимании. Идей было много, но сейчас, располагая теми знаниями и умениями, которых у меня не было раньше, склонен считать, что причина не в выстреле из орудия крейсера, и не в песнопениях скверхов, а в бомбе.
— Какой бомбе? — Мне показалось, что к концу моего монолога Валис начал меня слушать.
— Что огны для моей казни щедро подкинули. Увесистая каменюка с непонятными каракулями, которую бросили вместе со мной в мусорную капсулу. Вот сейчас я думаю: а что, если твои создатели, когда началась бомбёжка, роняя кал с высоким содержанием кремния и эфира, собрались кружком возле такой же? Факт наличия еретической приблуды у последователей Акму вполне объясним: наверняка отправляли на пылающий Эресид ни одну разведывательную экспедицию…
— Прекрати нести хулу на Создателей! — в который раз перешёл на крик неуравновешенный «пингвин».
— Нет, пернатый, а ведь правда… Я же должен был моментально раствориться в Атминтисе, но у меня остались воспоминания, как летел сквозь мириады звёзд и планет и орал резанным скверхом… Потом, правда, темнота, но всё же! Даже если бы Кристи не обеспечила мне «посадку» здесь, а отфутболила, то, наверное, я бы где-то приземлился? Ты как считаешь, пингвин?
— А МНЕ ПОЧЁМ ЗНАТЬ⁈ — истерично завопил Валис и вновь запрыгал на месте.
— Вот и я не знаю, — я сокрушённо развёл руками. — Но придерживаюсь оптимистической теории. Надеюсь, когда по мою душу придут более важные пингвины, то мне удастся полностью восстановить всю картину. Слуги — были, воины — были. Возможно, от пингвинов, представляющих власть, получится узнать больше. Время покажет. Вообще, я склоняюсь к мысли, что где-то в недрах выгоревшего Эресида остался функционирующий автономный комплекс, откуда вы приходите, исполняя заложенную в вас глупую программу. Надеюсь узнать об этом от следующей партии пернатых. Теперь, что касается тебя… Прежде, чем я превращу остатки твоей никчёмной жизни в ад, мне очень хочется сбить с тебя спесь. А то ходишь, важный такой… Будто павлин, а не пингвин. Что ты знаешь об этом месте? Я о том, где мы сейчас находимся. Вот это, вокруг нас, что это?
— Невежа, — Валис отчего-то вновь начал задирать «клюв». — Это сосредоточение нескончаемой мудрости, что
