class="p1">«Если так деликатничают, значит в них что-то опасное, либо ценное. Если что-то ценное, то я просто обязан посмотреть, может, оно мне тоже надо?»
Стоило поспешить: одна партия заинтересовавшего меня груза уже спускалась на второй этаж. Вторая причина, почему нужно мчать, сломя голову — камеры. Уверен, что кто-то координирует действия персонала комплекса. Если буду идти прогулочным шагом, ковыряя в носу, то о моём приближении тут же будет доложено. Наверняка у них имеются средства связи.
Последовала активация «контура», а вслед за ней стремительная серия частых слайдов. Перед глазами замелькали двери и стены коридоров. Несмотря на вышедшую за пределы человеческих способностей реакцию, я чуть было не пропустил нужный поворот.
— Что у нас здесь? — в моих загребущих руках уже вертелся один из серых карбоновых кейсов, что ожидали погрузки в лифт.
Подбросив и поймав коробок, энергично его потряс.
— Тишина: ни звука, ни стука… Ой, а вы чего так взбледнули?
Опешившие от подобной наглости защитники комплекса не ответили, и вскинув стволы, начали медленно пятиться от меня назад, как от прокажённого.
— Немногословные, но судя по вашим бескровным лицам, в кейсах что-то очень опасное. Угадал? — Их физиономии и взгляды, сосредоточенные на сером коробке величиной с бытовую микроволновую печь, были красноречивее любых слов. — Что же там такое? Что-то до одури тяжёлое… Золотишко, что ли, таскаете?
— Не открывай! — вскрикнул один из бойцов, чуть не выронив свой гибридный SIG MPX, и предостерегающе выставил ладонь, как бы загораживаясь от опасности.
— Ага! Ща зззз! — Пальцы уже откидывали тугие защёлки, коих здесь было шесть штук. — Может, оно мне тоже на… Скааа! Чтоб меня скверхи… Да, я даже не знаю.
— Успокойся, — тихо сказал испуганный боец, ранее говоривший со мной, и опустил свой гибрид. — Без глупостей… Все опустите оружие, не нервируйте его! Послушай, благородный, не дури, закрой и осторожно положи на место. Если ты повредишь модуль…
— Ну, слава Атминтису! — Я воздел руки к потолку, поддерживая «манипулятором» короб со свинцовой обивкой, который остался висеть передо мной в воздухе. — Хоть у кого-то дар речи прорезался! У меня есть предложение получше и сразу предупреждаю, что оно одноразовое: мне нужен Рудольф Абель. Вы же не входите в мои планы, поэтому даю возможность свалить — бросайте оружие и уходите. Можете не бросать и валить, мне без разницы. Решать вам.
— Да как ты, мразь… — зашипел в забрало тактического шлема один из бойцов, нервно вскинув SMG, но говоривший со мной вояка его тут же одёрнул.
— Заткнись, Лёва, и опусти оружие. — На несколько секунд воцарилось тишина, после которой, видимо, командир группы, вновь заговорил: — Отключите шлемофоны и делайте, как он сказал. Это приказ.
— Но, командир, — возразил всё тот же боец, — у нас контракт! Мы должны…
— Если ты здесь сдохнешь, уже ничего не будет иметь значения. — Вояка скинул тактический шлем и отшвырнул его в сторону. — Уходите! Это приказ! ВЫПОЛНЯТЬ!
Передо мной был коротко стриженый мужчина лет сорока на вид с голубыми глазами и жёстким взглядом. Лёгкая небритость, волевой подбородок и несколько шрамов на лице добавляли вояке колоритности. Бросив косой взгляд на своих подопечных, которые нехотя снимали шлемы, командир сделал пару шагов ко мне, заговорив чуть тише.
— Они ещё зелёные, только из учебного центра, благородный. Не умеют оценивать ситуацию.
— А ты, видимо, умеешь? — На моих губах проступила усмешка, при взгляде на то, как вояка извлекает нож-причуду из ножен.
— Именно, — скупо кивнул командир группы, глядя на вспыхнувшее фиолетом лезвие. — Ты ведь Станислав Мышкин, о котором все говорят, я прав?
— Да, я тот, кого называют Станиславом Мышкиным. — Слегка подправив формулировку собеседника, я озвучил кое какие соображения: — Ты ведь не собираешься воспользоваться моим предложением… Так?
— У меня нет иного выхода: я, в отличии от них, сильно увяз во всём «этом», — вояка пожал плечами, поглядывая, как треть его группы отправилась по коридору, откуда я пришёл. — Сейчас они уйдут, а мы с тобой один на один решим…
— Потом найди меня, если понадобится работа, — перебил я собеседника, и обогнув «слайдом», оказался за его спиной. — Хороший командир всегда пригодится.
Короткий удар ребром ладони по затылочной части отправил командира группы в забытье. Поддержав за обвязку обмякшее тело, я вручил его оставшимся бойцам.
— А теперь шустро валите отсюда.
Напутствие было выдано, возражений не последовало, а я вернулся к своей находке. Поставив кейс на пол, ещё раз взглянул на содержимое: это была колба, величиной с литровый термос для чая. Внутри разделённая на шесть одинаковых сегментов, заполненных разноцветными жидкостями. Нижняя часть колбы представляла собой блок управления с торчащими из него игольчатыми контактами и шлейфами проводов. Всё устройство пестрело предупреждающими ярко-жёлтыми наклейками, начиная от «Избегать механических воздействий» и заканчивая значком «Biohazard».
«Мда уж, одной такой хватит, чтобы устроить локальную катастрофу. К инфомагу не ходи, у этого Рудольфа точно с головой не всё в порядке».
Закрыв кейс, я подошёл к штабелям вытянутых контейнеров б о льшего размера, что напоминали гробы, и стал срывать защёлки одного из них. У меня уже были догадки, что именно сейчас доведётся увидеть.
«Ска… Это какой-то анатомический п#здец. Да андроиды Фагриса самой первой серии симпатичней будут. Не зря я этих гомункулов „уродцами“ окрестил».
В поделке Абеля от человека было разве что телосложение, да и то с большой натяжкой. Плоское лицо, кукольные глаза окуляров, нос представлен двумя отверстиями, рот отсутствует. Всё же прав был Иф, когда сказал, что мы тогда уничтожили штучную работу старейшины.
— Какая мерзость. — Я потыкал двумя пальцами в выпуклый надутый живот «куклы», разделённый пополам замком молнии, будто на китайском пуховике. — Хм… А кожа на ощупь как настоящая.
Потянув за собачку, тут же скривился: из живота гомункула потекла смолянистая чёрная жижа.
— Кто бы сомневался. — Взгляд упал на измазанный чёрной жижей модуль с отравляющими веществами, виденный мной ранее.
Не было ни малейшего желания пачкать руки, поэтому ещё немного поизучав уродца Абеля, решил оставить всё, как есть. Было бы любопытно запустить гомункула и посмотреть, как эта штука движется, но не было возможности: каких либо кнопок на уродце не имелось. Как я понял, всё управление искусственным «человеком», если можно так назвать это убожество, производилось через гнездо подключения на его затылке. Так же, рядом с «манекеном», обнаружился адаптер беспроводной связи, который в него вставлялся. Предполагаю, он служил исключительно для мануального управления.
Поймав себя на мысли, что уровень моего негатива к старейшине возрос, я оставил изыскания, перебирая в голове имеющиеся идеи по уничтожению этого скверха. Чтобы лучше думалось, устроился прямо на одном из штабелей саркофагов с гомункулами Абеля. Правда, долго засиживаться мне не с руки, ведь на первом этаже присутствовало ещё одно место, которое следовало посетить.
Второй подземный уровень комплекса. Комната управления.
— Всегда с опаской и недоверием относился к внештатным наёмникам, — внимательно глядящий на монитор молодой блондин в белом халате поправил очки и заложил руки за спину. — Уж очень быстро их взгляды меняются, едва начинает припекать. Отсутствие моральных принципов и убеждений, которые заменила звонкая монета. Неправильно всё это, сэр Абель. Как вы считаете?
— Смотрю, Шон, у тебя прорезалось красноречие, но сейчас не время для этого. — Рудольф сощурился, глядя на монитор, где группа бойцов покидала комплекс, неся на руках своего командира. — Трусость и малодушие встречались во все времена. Отслеживайте изменение обстан…
— Вижу цель! — вскрикнул оператор комплекса, после чего суетливо встал, быстро кланяясь. — Прошу прощения, сэр Абель.
— На экран смотри, — досадливо бросил старейшина, махнув рукой. — Сейчас не время для этикета. Выведи картинку на основной монитор.
— Сейчас-сейчас, старейшина, — засуетившийся оператор плюхнулся на стул, а его пальцы застучали по клавиатуре. — Ещё раз простите, сэр Абель. Есть картинка… Цель направляется по западному коридору к… Эмм… Пока неизвестно, но идёт очень
