даже слова из себя выдавить не могу.
Просто стою столбом посреди коридора, а губы в дурацкой улыбке разъезжаются.
Ух… внутри ураган эмоций, но пока я не хочу показывать их деду с Катей. Это слишком личное. Слишком запретное. В чём я даже себе боюсь признаться…
— Маруська! — Казимир спешит из кухни. — Совсем меня в гроб вогнать хочешь! Мне как Катя сказала, что ты из больницы пропала, я думал, меня инфаркт хватит!
— Ах, да… простите… — хмурюсь, напрягая память. Сперва я сильно волновалась за Мишу, потом была под впечатлением от его амнезии, что сбежала, забыв предупредить Катю, что еду домой… А потом ещё и Саша с его рестораном…
— Ну? — дед стоит передо мной, хмурится, складывает руки на груди. — Где была?
Я тут же теряюсь. Щёки печёт как яблоки в духовке.
Смущённо опускаюсь вниз, делая вид, что развязываю шнурки. Боже… если я ему сейчас расскажу, кто меня до дома подвозил, что Миша меня своей девушкой считает, а его брат в любви признался, дед точно помчится обратно в деревню за ружьём!
— Казимир, ну чего ты к ней пристал? — Катерина внезапно встаёт передо мной, загораживая от внимательного взгляда деда. — Не видишь, устала девчонка! Иди лучше чай поставь! Давай-давай!
Катерина, в два раза ниже и мельче моего плечистого деда каким-то образом всегда казалась мне более внушительной, чем он. И, видимо, не мне одной. Потому что дед всегда её слушается беспрекословно.
— Ладно-ладно! Просто хотел узнать, не натворила ли она дел снова!
— Тю! — Катя машет на него полотенцем. — Да какие там дела? Разве неясно? Девочка всю ночь взаперти! Переволновалась! Пошла прогуляться! Подышать воздухом. А тут ты со своими расспросами!
Катя незаметно оборачивается и подмигивает мне.
— Пошли, пошли, — снова обращается к деду. — Там твоя любимая усадьба, новый выпуск!
— Это ты усадьбу любишь, а я смотрю только потому что ты футбол включать не разрешаешь!
— Да-да, милый, приучаю тебя к качественному контенту, как молодёжь говорит!
— Контенты значит? Сейчас покажу тебе контенты!
Дед машет на неё рукой, потом вдруг прижимает к себе, целует. Они оба смеются, на какое-то время забывая про меня.
Пользуясь моментом, юркаю в свободную комнату.
В съёмной квартире их тут две.
Одна для деда с Катей, вторая — моя.
Прикрываю за собой дверь и, наконец оставшись с мыслями наедине, могу дышать полной грудью.
Тело до сих пор потряхивает.
После признаний Саши. После всего сумасшествия.
Даже при всём моём подсознательном желании найти подвох, после его слов о том, что я — лучшая девушка в мире, у меня на душе расцветают цветы…
Я видела это в его глазах! Искренность! Ревность! Желание… всю бурю эмоций, которые и сама испытывала!
Поверить, конечно, сложно! Дико! Невероятно! Неужели так бывает?
Бывает…
Один из тех, кому, как я думала, была не нужна, заявил, что я — его девушка.
А другой признался в любви…
Сказка какая-то!
Может, ущипнуть себя?
Реальна ли эта «реальность»?
Глупо улыбаясь, падаю лицом в кровать.
Я думала, Саша меня поцелует… в губы.
Но вместо этого он взял меня за руку.
И это было так чувственно. Так трепетно, что я до сих пор ощущаю фантомные прикосновения его горячей ладони к коже…
Остро. До мурашек!
Саша просто держал меня за руку, а я плавилась как свеча. Смущалась жутко.
Когда он довёз меня до подъезда, даже не поняла, что уже приехали.
Тогда Саша поднёс мою ладонь к губам и поцеловал.
— Увидимся завтра? — улыбался, гладя мне в глаза.
— До завтра… — прошептала смущённо, и сердце забилось ещё быстрее.
А потом мы ещё долго сидели в машине молча, чувствуя, как воздух между нами всё сильнее электризуется.
Сейчас мне даже вспоминать неудобно.
После его признания меня словно парализовало.
До сих пор кажется, что этого не было. Быть не могло!
Наверное, мне просто нужно лечь спать.
Уснуть и ждать, когда наступит завтра.
Ведь завтра мне придётся сделать какой-то выбор.
Михаил… Александр…
Господи! Если, и правда, они оба влюблены в меня, я…
Должна выбрать, разве нет?
Остаться с одним из них… или же… не остаться ни с кем?
Глава 69
Александр
Хера се меня вштырило!
В пору беспутной юности я разное пробовал, тусил в клубах ночи напролёт, но никогда даже близко ничего подобного не испытывал!
Я не еду по ночному городу, я, сука, лечу!
Улицы словно сияют в свете фонарей. Изображение, яркое, чёткое. Я будто колёс каких-то наглотался! Настроение офигенно приподнятое!
Какой-то утырок подрезает меня перед светофором, но я не открываю окно и не кричу ему вслед всё, что я о нём думаю. Я словно в приходе. Ничего не бесит! На душе словно единороги радугой насрали! И все мысли только о том, как я Машку за руку держал.
Маленькую, нежную ладошку в своей сжимал, и мы оба кайфовали как сбежавшие с уроков школьники!
Сейчас уже кажется диким моё якобы окончательное решение «отпустить и не вмешиваться». Вот же дебилоид! Думал, и правда, смогу так. Смогу смотреть, как она с Мишаном счастливую жизнь строит! Без меня.
Думал, впервые в жизни поступаю благородно.
Рыцарь, блядь.
Вот только весь запал в трубу улетел, когда я с Машей наедине остался.
Её глаза — бездонные омуты.
Я в них сразу провалился, с первой минуты, как увидел её впервые тем злополучным вечером возле тачки. Знал это с самого начала, но гнал от себя эти мысли. Не думал, что на чувства такие сильные способен.
Оказывается, способен и ещё как!
Маша словно внутри что-то
