– Твои шутки сейчас неуместны. – Она подошла ближе и подняв голову посмотрела в глаза Федограна. – Тебя зовет Зилант. Он хочет поговорить о будущем.
- Не до разговоров мне сейчас, бабуля. – Жестко ответил взглядом на взгляд богатырь. – Тут моего друга обвиняют, в том, чего он не совершал. Пока не найдем Агли, я никуда не пойду.
- Вы ее не найдете. Под землей она. Девушку Дэв забрал, понравилась ему, будет своей женой делать. Но и об этом тоже можно со змеем поговорить, он подскажет как поступить, на то и оракул.
- Дэв?.. – Выдохнула страхом толпа у нее за спиной.
- Дэв?.. – Осел на землю, закрыв лицо руками Камал.
- Дэв, дэв. – Повторила старуха, подтвердив свои слова усмешкой и кивком острого подбородка. - Этот батыр тут не причем, в его душе я вижу глубокие чувства. Он не причинил бы никогда вреда глупой девчонке, бегающей по ночному лесу в одиночестве. Она заплатила за свой вздорный характер.
- Как спустится под землю? – Бер стряхнул висящих на нем воинов, оттолкнул в сторону Федограна и упал на колени перед Бичурой. – Говори ведьма. – Протянул он трясущиеся руки, в каждую из ладоней которых она могла поместиться. - Быстрее, пока я не раздавил тебя.
- Зилант ему вон расскажет. – Хохотнула та, кивнув в сторону нашего героя, ни грамма не испугавшись. – Ну так что, идем?
- Пошли. – Федогран поднял с колен друга, и обернулся к замершей толпе. – Надеюсь все обвинения с моего брата сняты? – И не дожидаясь ответа, вновь повернулся к старухе. – Веди.
- Один пойдешь. – Рявкнула та, с угрозой посмотрев на шагнувшего следом Вула. – Змей одного звал, остальные тут останутся. Разговор не для чужих ушей.
- Похоже на очередную ловушку. – Взял друга за плечо Вул. – Не верю я ей. Ты уже помог кикиморе, из-за чего мы тут и оказались. Кто поручится что сейчас по-другому случится? Одного не пущу. Не ходи.
- Посмотри на нашего медведя, брат. Ты видел его, когда-нибудь таким растерянным и убитым горем. Если змей этот сможет помочь узнать, что с девушкой, то я пойду на любой риск. – Федогран сжал ладонь друга. – Вы подождете меня тут, ну а если не вернусь, найдете гадину, и отрежете этой ящерице голову. – Улыбнулся богатырь как можно более убедительнее, и повернулся к Бичуре. – Веди. Я готов.
- Сам поедешь, меня тоже не приглашали. – Хмыкнула она, и вдруг быстро скрутилась, завернувшись в резиновый жгут, резко развернулась вновь, сунув два пальца в рот и свистнула так, что шапки послетали с голов, и заложило уши.
- Туплар!!! – Выдохнула восхищенная толпа.
На берег, раскрыв огромные крылья спускался паря кругами гнедой конь.
- Встречай помощника. – Рассмеялась Бичура. – Он доставит тебя прямиком к башне Зиланта.
Застучав копытами по песку и захлопав крыльями, гася скорость взметнувшейся от ветра пылью и листвой, не доскакав несколько шагов до Федограна, замер, склонив голову красавец жеребец.
Стройный, длинноногий состоящий словно из одних перекатывающихся под тёмно-коричневой кожей мышц, с развивающейся по ветру черной с синим, искрящимся на солнце отливом, гривой, и огромными, вороными ястребиными крыльями за спиной, он стоял и спокойно ждал своего наездника.
- Запомни, батыр, он не слуга тебе, он друг. Ему нельзя приказывать, его можно только просить.
Федогран подошел и провел завороженно по лоснящемуся боку коня ладонью.
- Красавец. - Прошептал он, поглаживая бархатную подрагивающую от прикосновения кожу.
- Может хватит уже меня тискать. Садись да поехали. На меня сотни глаз смотрят, и больше половины из них тебе завидуют. Терпеть такого не могу. Это поганое чувство меня убивает. – Прозвучал всхрапывающий голос в голове богатыря.
- Ты читаешь мысли? – Задал тот мысленный вопрос и посмотрев в черные глаза с длинными ресницами.
- Только те, что непосредственно относятся ко мне лично. Хватит болтать. Поехали. – Конь в нетерпении передернул боками и всхрапнул. – Только вот седла у меня для тебя нет, не люблю, когда что-то сковывает движения. Надеюсь удержишься? Не хочется по дороге потерять наездника. – Федограну показалось что собеседник засмеялся, при таком способе общения эмоции определить сложно, голос в голове звучит бездушно-искусственно.
- Сейчас попробую. – Хмыкнул богатырь и ловко взлетел на спину Туплара, сдавив ему бока коленями. – Ты не против если я использую твою гриву в качестве вожжей?
- Однако. – В голосе коня послышалось уважение. – Неожиданно, для неуклюжего жителя лесов, ощущение, что настоящий степной батыр оседлал. Голову прижми, держись крепче и полетели.
Резко сорвавшись с места, в несколько быстрых, длинных прыжков, мгновенно набрав скорость, Туплар расправил крылья и взлетел, быстро набирая высоту. Через несколько секунд, замершие в восхищении кочевники и друзья, выглядели уже муравьями, а впереди от края до края, пространство заполнила бескрайняя степь, где покинутый оазис в зеленом обрамлении голубой ленты реки, сочной змеей лежал на желтом фоне засухи.
Вы когда-нибудь летали? Нет, это некорректный вопрос, в наше время практически каждый путешествовал внутри самолета, преодолевая огромные расстояния за короткое время, засыпая в мягком кресле, но это совсем не то. Ощущения другие. Задам вопрос по-другому: «Вы летали на дельтаплане, или хотя бы прыгали с парашютом?». Вот где настоящие ощущения. Свобода бьет ветром в лицо, сердце замирает от восхищения, покрывая кожу мурашками. Смесь страха и восторга, сплетенные в одно целое. Это невозможно описать, это надо почувствовать.
У нашего героя уже был опыт полета на спине живого существа. Бой с Баш Челиком, навсегда остался в его памяти жутким воспоминанием. Но это другое. В той схватке не было времени наслаждаться полетом, не было времени посмотреть на мир глазами птицы. Когда тебя хотят убить, и время между жизнью и смертью измеряется долями секунды, не до лицезрения красот, и не спазмом подкатывающих к горлу эмоций, ты отдаешь себя бою полностью, без остатка, не отвлекаясь на глупости.
Сейчас все было по-другому. Под ним дружелюбный жеребец, плавно, без рывков размахивающий огромными крыльями. Внизу колыхающаяся волнами на ветру степь, простирающаяся далеко за горизонт, с редкими островками оазисов, которые как оказалось не такая уж и редкость, для знающего местность путешественника. Ну и конечно же восторг, переполняющий душу желанием закричать и выплеснуть в мир рвущееся наружу из юной души счастье, поделится с ним, с этим черствым жестоким миром,
