не славилось боевой мощью.
Именно об этом он и думал, продолжая бежать вперед, сразу заметив, что обогнал всех вокруг. Но он не придал этому совершенно никакого значения.
«Да уж. Улаблейт никогда не выделялся силой своих воинов. Это плохо…»
«Конечно, это не самое главное в нашем государстве. Законы и их исполнение куда важнее. Но…»
«Если не будет сильных воинов, то кто тогда защитит наши законы?»
Можно сказать, уже в свои тринадцать лет Нил был самым настоящим вундеркиндом военного училища. Жемчужиной Улаблейта, о которой знали все вокруг.
И так, спустя всего пару мгновений, юноша без особого труда пересек черту, над которой была финишная лента. Очевидно, оказавшись первым, он тут же остановился, мельком посмотрев назад и подумав:
«Но… Может сегодня… Здесь окажется ещё кто-то достаточно сильный…»
Однако… Позади него, бежали и другие новобранцы, явно шокированные скоростью своего товарища. Некоторые из них были поражены настолько, что даже не стали бежать, сдавшись ещё на старте.
Сам Нил, смотря на это, сразу же откинул свои былые надежды и хладнокровно подумал:
«Позор. Никто из них не смог даже попытаться меня обогнать…» — эти мысли могли показаться весьма высокомерными и грубыми, однако в них был совершенно иной смысл. Смысл куда более патриотичный и даже настороженный.
«И какое будущее ждет наше государство с такими воинами? Как такие слабаки будут защищать законы Улаблейта? Разве они, воины, которые не могут даже пробежать эту прямую трассу, способны исполнять все наши правила в должной мере? Кто-то из них вообще понимает зачем существуют полночные охотники?»
На лице юноши проявилась пугающая мрачность. Как никак, а эти мысли были его истинными переживаниями за своё государство и его законы, которые он, в связи с рядом событий, чтил больше всего на свете. Можно сказать, он просто хотел видеть рядом с собой воинов, готовых также, как и он сам, отдать всего себя ради великой цели.
Но когда он в очередной раз понимал, что таких как он лишь единицы, ему было во истину обидно и неприятно. В его душе просыпались боль, печаль, обида и даже ненависть. Все негативные чувства, которые он был не в состоянии обуздать.
Эти эмоции, воспылавшие в его душе, окутали тело Нила бледно-красной духовной энергией. Её было небольшое количество, потому некоторые экзаменаторы её даже не заметили, а другие подумали, что она появилась из радости победы.
Однако… Лишь эта сила воспылала в глазах юноши, как его взгляд, устремленный в других новобранцев, стал ещё более холодным и пугающим. На мгновение в юноше даже пробудилась жажда крови, а он подумал:
«Ну и черт с вами. Раз вы все ни на что не способны, то… Я сам сохраню наши законы. То самое лицо, как своё, так и нашего великого государства…» — в его мыслях были эмоции смешанные. Как абсолютная уверенность, так и явное безумие.
Однако ничего удивительного в этом не было. Всё-таки Нил Роули, как бы не продолжал расти во всех планах, в какой-то степени оставался тем самым израненным ребенком, которому ещё в детстве вдолбили странную истину, от которой он уже никак не мог отказаться.
«Я всё сделаю сам. Выполню любой приказ. Убью любого противника. И никто не посмеет мне помешать…» — закончив свою мысль, Нил начал шагать в сторону, чтобы открыть путь другим новобранцам, которых уже не считал ни за соперников, ни за товарищей. Они были лишь серой массой, которая вряд ли сможет принести пользу.
«Ладно. Пожалуй, здесь всё. Теперь можно отправляться к следующему испытанию. Сегодня осталось лишь показать физическую силу и всё. Я должен их пройти…»
«И… Также… Это последний шанс других новобранцев проявить себя. Иначе я буду окончательно разочарован…»
«Ведь сейчас… Лишь я и Броуд Шонт во истину достойны быть полночными охотниками и защищать законы Улаблейта».
Но лишь он сделал пару шагов, как в стороне раздались крики экзаменаторов, которые явно его удивили. Он не мог ожидать подобного. Никогда не сталкивался с подобным.
— Молодец парень!
— Прекрасный результат, Нил!
— Продолжай в том же духе!
— Ты главная надежда Улаблейта!
Глаза Нила широко раскрылись от услышанной похвалы. А сам он остановился на месте, как вкопанный в землю. Он раньше никогда подобного не слышал, потому точно не знал какие именно эмоции должен сейчас испытать.
Это не было законом, не было приказом. Он не знал точно, что должен делать, потому был в неком замешательстве. И потому он просто решил довериться своим чувствам, которые сказали ему, что это… Во истину отвратительно.
«Что они несут? Это похвала? И за что же?» — юноша нахмурился. Его взгляд вновь стал холодным и даже в какой-то степени пугающим. Ему было во истину мерзко слышать подобное.
«Неужели они не понимают? Я просто выполнил приказ. Я сделал то, что обязан был…»
«Для воина Улаблейта приказ начальства — это закон. Все обязаны выполнять законы. Это норма…»
«За это… За это нельзя хвалить…» — глаза Нила до ужаса широко раскрылись, наполнившись жаждой крови. Юноша не желал больше слышать подобную похвалу в своей адрес, ведь она лишь характеризовала всех вокруг, как идиотов, не понимающих очевидных вещей.
***
Улаблейт. Около десяти лет назад.
***
Спустя пять лет после становления полночным охотник Нил Роули смог дослужиться до звания капитана. Это было практически самое высокое звание в организации истребления Улаблейта. Выше было лишь звание генерала. Именно они могли отдавать приказы капитанам, которые, в свою очередь, руководили остальными полночными охотниками.
Для этого воин убил множество чудовищ, которые появлялись в Улаблейте и рядом с ним, а также отправил в тюрьму целую кучу преступников. Однако, правды ради, большую часть преступников он хладнокровно и беспощадно убивал, говоря при этом:
— Вы зло, посмевшее нарушить великие законы нашего государства. Вы не имеете права жить. Ведь если я сохраню вам жизнь, в будущем вы вновь сможете попытаться нарушить закон, — таким образом он и истреблял всё зло, способное помешать великой цели всей его жизни. Он искренне считал, что лишь абсолютное истребление проблемы может помочь достичь цели. И никакие полумеры ему были совершенно не интересны. Они были буквально против всей его сути.
***
И сегодня, в день, когда его и Броуда Шонта назначили капитанами полночных охотников, мужчины сидели возле королевского замка Улаблейта и беседовали. На их груди были заметные золотые медали, на которых была высечена крупная буква «К». Она буквально означала капитан. Тот самый статус, который они получили сегодня днем.
Их взгляды
