достаточной уверенности в том, что этот воин справится. Изначально они в принципе хотели отправить туда Рэйгала, будучи уверенными, что он справится с подобной проверкой лучше. Однако Улаблейту подобный расклад явно бы не понравилось. Они были бы недовольны, что вместо восходящей звезды отправили того, кто, как казалось, просто развивался рядом с той самой звездой. Именно из-за этого, а также ради равенства участников с обеих сторон, и был выбран Ингерам. Конечно Хрон рассматривал и Кагара, но сразу отбросил эти мысли, понимая, что тот точно откажется от подобных глупостей.
После Хрон вновь спросил:
— Рэйгал, как думаешь Ингерам справится?
— Если всё будет идти также гладко, то Ингерам выполнит задачу идеально без каких-либо проблем, — голос Рэйгала был строг и пропитан уверенностью. Казалось, что он говорит о Ингерам, словно тот был человеком, которому он готов доверить не только важную миссию, но и судьбу всего человеческая. — Он сможет себя сдержать, выполнит миссию. Я в нем уверен.
— Настолько сильно? — поинтересовался глава, брови которого чуть приподнялись от поражающей уверенности собеседника. Можно сказать, он ещё изучал новых претендентов на свою роль. — Почему?
— Да, уверен. И никак иначе и быть не может, король. Всё-таки именно Ингерам тот самый человек, который открыл мне новый мир. Я ему многим обязан. И… Он тот самый человек, которого я считаю настоящим другом.
— Даже так?
— Да. Однако… Можете не переживать. Я говорю это не потому что он мне близок, а потому что точно уверен в том, что он сделает всё возможное, чтобы усилить наше государство.
— Вот как… — на лице Хрона растянулась радостная улыбка. Ему нравился Рэйгал и его ход мыслей, а также вся серьёзность, с которой тот подходил к любым делам. Именно поэтому король сейчас и подумал:
«А он интересный…» — его взгляд был переведен со стены, на которой было изображение происходящего в храме, прямо на Рэйгала.
«Строгий к себе и другим. Уверенный. Ответственный и внимательный к мелочам. Умный и сильный. Всего год как претендент в короли, но… Опыта ему не занимать…»
«Да… Он перспективный…»
«Не зря я сегодня взял его с собой. Ему можно доверять…» — Хрон с самого детства обладал талантом определять людей. Он читал большинство из них, словно они были открытыми книгами. И когда ему попадались такие достойные личности как Рэйгал, или интересные как Ингерам, он не мог не радоваться.
Но его радость быстро перебили следующие слова Рэйгала, которые он сказал с явным напряжением в голосе:
— На самом деле… Меня куда больше смущает этот Нил Роули, которого туда отправили вместе с Ингерамом. Он помешан на законах государства. Видит в них единственную истину. Потому характером с Ингерамом ему не сойтись.
— Хм… Разве это плохо для солдата, который защищает благополучие своей страны? Мне кажется для Улаблейта, с недостатком боевой мощи, именно такие воины и нужны. Поддерживающие абсолютную дисциплину и выполнение правил, несмотря ни на что. Не скажу, что мне такое нравится. Я вижу в этом скорее безумие и иногда даже бесхарактерность. Возможно этот человек и вправду сломлен. Однако в их случае это может быть полезно.
— Я не считаю это неправильным, король. Я и сам служу закону и выполняю все правила, считая это обязательным. Однако… В нем больше ничего другого нет. Ингераму будет сложно с хладнокровным человеком, в котором нет понятий о морали и чести. С тем, кто дорожит только нынешними правилами и своим собственным лицом, — естественно о лице Нила Рэйгал говорил, как о некой внутренней характеристике, или, если быть точнее, о репутации, за которую Нил и вправду переживал. Не то чтобы полночный охотник боялся того, что о нем могут плохо подумать. Это было совершенно не так. На такие вещи ему как раз было наплевать. Однако он не мог позволить себе, чтобы хоть кто-то усомнился в нем и в его способности защитить законы Улаблейта.
— Так вот как ты его видишь, Рэйгал. В целом, не могу не согласиться. Нил Роули и вправду необычный человек. Что-то с ним не так. Думаю, это всё берет начало из детства.
— Верно. Сейчас я считаю, что… Нил Роули опасен.
***
Остатки разрушенного королевства. Около трех лет назад.
***
Ингерам Гауст и Нил Роули, участвуя в тайной операции, оказались в огромном полуразрушенном храме, который был остатками древнего государства, где жили художники и скульпторы. Это стало понятно по одному только оформлению. Хоть всё вокруг и было разрушено, но огромное количество скульптур и картин, а точнее их остатков, говорили сами за себя.
Сейчас воины души активно исследовали территорию, выискивая драгоценный сосуд, который и был их целью. И в момент, когда они шли вперед, Ингерам с привычной ему улыбкой на лице сказал:
— А тут симпатично. Жаль конечно, что такое красивое государство было разрушено. Интересно, что тут случилось? Ты случайно не знаешь? — его голос был весел и задорен. Казалось, он совсем не был серьёзен при выполнении задания, даже несмотря на всю важность этой операции. Однако плевать ему не было, просто у него был такой характер. После он повернулся к союзнику и продолжил. — Нил Роули, верно? Прости если перепутал, я не так хорош в запоминании имен.
Однако ответом Нила на всю эту радость, легкость и веселье стали лишь холод и серьёзность, сочившиеся из каждой его реплики:
— Ты правильно запомнил, Ингерам Гауст. Однако… Я не вижу никакого смысла это обсуждать. Я не люблю пустые разговоры, особенно во время миссии. Они отвлекают и дурманят, заставляя забыть о во истину важных вещах. Поэтому нам стоит либо молчать, либо, раз уж тебе так нравится болтать, то говорить о миссии.
Ингерам еле заметно стиснул зубы и сжал кулаки. Даже на лице его вздулась вена, которая так и кричала о его недовольстве своим собеседником. Подобная манера общения явно вызывала в мужчине неприятные чувства, однако, сдержав себя из-за данного им обещания, он исказил лицо в кривой улыбке и сказал:
— Хорошо, — мужчина развернулся и отправился дальше, быстро отбросив негатив, который ему подарил Нил. Жизненный опыт Ингерама, который был для многих загадкой, ведь ему сейчас было всего двадцать четыре годы, позволял мужчине быстро отбрасывать от себя весь негатив.
И пока он это делал, в его голове проносились одинаковые мысли:
«Не думай о нем. Не думай. Ты обещал, что будешь сдержан. Не ругайся с ним…» — мужчина с облегчением выдохнул, немного наклонившись, а после продолжил свои размышления:
«Да уж… Слава богу я могу быстро откидывать
