ученический меч и исподлобья смотрел на Людвига.
— Дай угадаю: будешь носиться и убивать духов ради собственной мести? Чтобы потешить себя болью невинных существ? А чем лучше ты тех солдат, что грузили пушки? У них хотя бы был приказ, а чем ты собираешься оправдывать порывы собственного эгоизма? — спрашивал Людвиг, раскуривая трубку.
Сэм постепенно опускал подбородок в землю, а его плечи внезапно поникли, и Людвигу показалось, что он перегнул палку, но мальчик смог его удивить: он расправил плечи и с вызовом посмотрел на своего учителя. Прошло несколько долгих секунд, во время которых парень, наморщив лоб, о чем размышлял, а Людвиг кривился от отвратительного вкуса табака. Наконец парень что-то решил для себя и сказал учителю:
— Будем заниматься столько, сколько понадобится. Но я хочу помогать всем, вне зависимости от их благосостояния, чтобы потом никто не посмел сказать: «Этот парень мог спасти их, но не стал».
Сэм поцеловал Юри и, оторвавшись от её губ, спросил:
— Тебе Людвиг рассказывал о моем пятнадцатилетии?
— Пришел с бутылкой французского пойла и с улыбкой до ушей. Утверждал, что мы просто обязаны выпить за его ученика, взвалившего на свои плечи тяжкий груз. Именно в тот вечер он попросил меня обучить тебя азам волшбы, — ответила девушка и поцеловала его в щеку.
— Ты понимаешь? Сэм Уорес не может пройти мимо такого, — улыбнулся он: за тебя я буду спокоен, а значит меньше совершу ошибок.
— Буду ждать тебя в лагере, удачи! — улыбнулась Юри, после чего поцеловала Сэма.
— Спасибо, — выдавил из себя Сэм и, развернувшись, пошел в сторону бродящего по туннелю хобгоблина.
***
Самым сложным оказалось возвести вокруг умертвия четыре стены. Но Сэм справился, и тут же отправил внутрь импровизированной тюрьмы два шара с иголками-сверлами. И почти сразу его лицо расползлось в улыбке: сферы нисколько не повлияли на стены, а это означало, что такой не хитрой комбинацией он сохранит в себе немало сил, что при его будущих противниках дорогого стоит.
Когда иглы развеялись, Сэм осторожно деактивировал плетения стен, и увидел результат своей работы: мерзко пахнущий огромный силуэт монстра, развороченный микровзрывами. Монстр пытался атаковать Сэма, но поводок не дал ему достаточно сил, чтобы тот заменил поврежденные части тела магией, поэтому Сэм без лишних хлопот приблизился к твари и воткнул кортик в её глаз. Энергии, что он получил оказалось достаточно, чтобы восполнить траты на стену и сферы, а все остальное ушло на восстановление его тела и отдаление отката.
— Можно жить, — улыбнувшись произнес Сэм, когда поводок, удерживающий монстра в не жизни, оборвался.
— Смотри-ка даже глаз остался относительно целым, карр!
— Догонишь, — произнес Сэм и вытер кортик тряпкой. Потом немного подумал и осторожно напитал лезвие тьмой, а после сразу прекратил подпитку. Тьма расползлась с лезвия, обнажая чистое железо и Сэм довольно улыбнулся.
Чтобы не попасть в засаду второй твари, Сэм иногда переходил на магическое зрение и внимательно осматривался. Наверное, поэтому ему удалось избежать пары ловушек, представляющих собой невидимые печати, которые срабатывали при приближении. Но, к счастью Сэма, они оказались нестабильными и взрывались от малейшего чиха. Поэтому метко брошенные части доспехов, что можно было найти на полу и крысиная кость активировали их. Сэм в это время прятался за углом, поэтому почувствовал лишь выброс магической энергии и тепло — похоже их в тоннеле оставил Лачи.
Сэм представил себе лицо архимага огня, когда тот поймет, что Юри — это одна из учениц под иллюзией и улыбнулся. За судьбу девушки он не волновался: живая и находящаяся в безопасности Юри позволила его разуму проясниться, а ворон подтвердил догадки Сэма: культистам нужно еще немного подготовиться, а начинать ритуал они будут скорее всего с преступников. Поэтому Сэм успеет спасти однокурсников.
Второго хобгоблина он встретил через три поворота туннеля. Этот в отличие от прошлого носил тяжелую броню. Прочный доспех по количеству металла и толщине подходил какому-нибудь рыцарю прошлого, чьи панцири теперь можно увидеть лишь в музеях и в домах коллекционеров. Открытые железные элементы уже схватились ржавчиной, а это значит, что доспех либо долго пролежал на складе, либо он создан из весьма дерьмового материала. Сэм создал вокруг хобгоблина стену тьмы и бросил внутрь три сферы с иглами-сверлами, посчитав, что железный доспех спасет отчасти монстра. А когда череда взрывов слившаяся в один немного отдала звоном в ушах, стена тьмы рухнула, разрушенная шрапнелью разлетевшегося железа.
Хобгоблин после атаки Сэма представлял из себя жалкое зрелище: правая кисть лежала на полу вместе с двуручником, а левая висела на нескольких локтевых сухожилиях. Еще монстру полностью разворотило живот и его содержимое вывалилось на пол. Из-за чего Сэма едва не вырвало. Левая нога монстра подкосилась, но тот, несмотря на повреждения, попытался сделать шаг в сторону Сэма, но запутался в содержимом своих кишок и рухнул на пол. Противно проскрежетали доспехи. А Сэм отскочил на несколько десятков футов от монстра, где его вырвало.
— Предыдущий покрепче был, карр.
— Не знаю, — Сэм протер губы салфеткой и выкинул её. После чего достал из пояса зелье бодрости и сперва сполоснул рот им, а потом полностью выпил.
— Я это жрать не буду, карр.
— Предлагаешь мне добивать его кортиком? — спросил у него Сэм.
— Смочи салфетку каким-нибудь зельем, но я к этой горе дерьма даже подлетать не буду, карр.
— Ты запахов не чувствуешь, — возразил Сэм и посмотрел на хобгоблина, который пытался встать и опирался сейчас на запястную кость правой руки. Но та ожидаемо проскользнула по изляпанному полу, и монстр вновь рухнул, гулко звякнув створкой шлема.
— Я полторы тысячи лет прожил, но судьба меня к такому не готовила, карр.
— Ладно, — произнес Сэм и достал салфетку.
Не то чтобы кусок обычной тряпки помог справиться с запахом, но так ему морально было легче идти к испортившейся банке с мясом. На полпути он достал кортик из ножен и принялся напитывать его тьмой — еще не хватало ему счищать протухшие мозги с лезвия.
Напитанный магией клинок с легкостью прошил доспех, который оказался на редкость отвратительным. Энергия бодро полилась в кортик, а потом в Сэма, и ему пришлось направлять её на восстановление резерва, а часть он пустил по каналу, связывающего их с Беном в почти единое существо.
Разобравшись с хобгоблином, Сэм отправился дальше, но остановился за следующим поворотом — ему захотелось немного отдохнуть перед серьезной стычкой с культистами. Он уселся около стены, достал свои скудные припасы и принялся есть.
Сейчас он находился в относительном покое: Бен сказал, что до пещеры, где расположились
