мужчины всячески стараются устранится от обсуждения свадебных приготовлений, но тут ему от нас деваться будет точно некуда. И для начала, он должен публично попросить вашей руки, думаю это лучше всего провернуть на свадьбе графа Рублева и княжны Пожарской. Эту дату мы тоже обсудим.
— Пожарской… Елены? — удивленно спросила Инга. — Хотите, чтобы мы на нее пришли? Они же два бастарда…
— Не просто прийти, а быть их свидетелями, после чего, вполне логично, к концу вечера и попросить руку. — ехидно заметила Мария, видя, что идея быть свидетельницей на свадьбе бастардов у Инги не вызывает теплых эмоций. — Лучше момента все равно не придумать. Разве что на пепелище общественного мнения.
— Это не слишком? — нахмурившись спросила Инга. — Все же, подобное иначе как скандалом назвать не выйдет.
— Второй брак, для его высочества, не взошедшего на престол, само по себе скандал. А так он будет вполне к месту. Особенно если нападения на ваше, ой, то есть, конечно, уже наше, княжество не прекратятся. — ехидно заметила Мария, передразнив фразу Инги.
— Боже, какая же ты язва. — вздохнул я, покачав головой. — Дорогая, будь добра, веди себя пожалуйста спокойней.
— Я всегда, как у вас мальчиков говорится? За своих горой. — мило улыбнувшись сказала Мальвина. — Если они свои. А пока это не слишком понятно. Союз дело тонкое…
— Все в порядке, ваше высочество. — дотронувшись кончиками пальцев до моей руки сказала Инга. — Я прекрасно понимаю вашу супругу. Незачем относится добрее к другим, чем они того заслуживают. А у нас, я очень надеюсь, больше, чем союз.
— Пф. Да ты даже «отужинать» с нами после бала отказалась. — отмахнулась Мария. — Блюдешь добродетель там…
— Мы на месте, ваше высочество. — прервал ее речь адъютант Белюков, распахнув бронестекло из кабины. — Выбирайтесь, вон в тех окопах уже находятся три ваших взвода.
— Где? — на всякий случай спросил я, стараясь не хмурится. Потому что в том месте куда адъютант указывал не было ни одного человека. Зато по бокам метрах в ста, отчетливо виднелись ауры по крайней мере полусотни бойцов.
— С дороги не видно, но боюсь дальше машина не проедет, придется идти пешком. — оправдываясь проговорил адъютант. — Выходите, я покажу.
— Дайте рацию, я свяжусь со своими. — потребовал я, и в этот момент на лице князя отразилось плохо скрываемое выражение злости. Девушки этого заметить не могли, зато Мария прекрасно увидела выставленную мной дополнительную сферу и в момент сориентировалась, повесив на себя кирасу.
— Не хотите объяснится, князь? — спросил я, и в этот момент наконец оглянулся водитель. Я его едва узнал, грузный мужчина, хорошо за сорок, превратился в худощавого молодого человека чуть старше тридцати. При этом это был одаренный, но не искаженный. Грим и парик делали чудеса.
— Следователь! — выкрикнула Мальвина, ткнув в него пальцем, и это все решило.
Лже-полицай и адъютант выхватили короткие пистолет пулеметы и по салону засвистели пули. Инга сжалась, прикрывшись щитом, но ни одна из пуль даже не ударила рядом — я поставил пресс прямо на оконный проем, и они зависли в воздухе, накапливаясь словно застревая в невидимом желе.
Сообразив, что ничего не выходит адъютант выхватил проводящий кинжал и ударил по моему конструкту. Пресс рассыпался, но пули ударили о выставленную сферу и начали со скрежетом рикошетить, погружаясь в противоосколочную обивку салона. Выпустив полный магазин, водитель выхватил второй, но в этот момент я ударил по руке адьютанта серпом.
Зажатую между конструктом и оконным проемом кисть Белюкова отсекло словно на гильотине, кровь брызнула во все стороны, и мужчина заорал, пытаясь зажать страшную рваную рану из которой торчала кость. Его напарник продолжал строчить из автоматов, подхватив второй, но пули бессильно долбили о выставленный конструкт.
Сообразив, что ничего не выходит водитель попытался выбраться из машины, но я находился меньше чем в полутора метрах от него, а потому легко поставил полусферу на обе двери. Рука мужчины бессильно упиралась в воздух всего в паре сантиметров от ручки, и он сопел от натуги, но не мог продвинуться и на миллиметр.
— Значит конец. — усмехнулся он, криво усмехнувшись. — Вы за это поплатитесь, твари. Вызываю огонь на себя! Огонь на себя!
— Ты совсем дебил? Ты-то умрешь, а нам ничего не будет. — спросил я.
— Вы все подохните, твари! Смерть тиранам! — с этими словами он дернул чеку круглой оборонительной гранаты и со всей силы запустил ее в нашу сторону. Естественно, она не пролетела и десяти сантиметров, завязнув в очередном прессе. Чувство опасности едва пискнуло, когда я захватил гранату в двойную тюрьму. Первый слой лопнул от опережающей на миллисекунду ударной волны, но второй выдержал, поймав и её, и идущие следом осколки.
— Даже не думай, что отделаешься так легко. Вы будете жить и все мне расскажете. — усмехнулся я. — Кто вас подослал, зачем…
Договорить я не успел. Мужчина задрал голову и рассмеялся как сумасшедший. А в следующую секунду чувство опасности заставило меня прижать к себе Марию и Ингу, поставив вокруг три контура максимально заряженной сферы. А в следующую секунду все вокруг погрузилось в потоки огня и дыма.
Первый снаряд ударил в кабину автомобиля, разворотив бронированную обшивку и многослойные стекла словно фольгу. От адьютанта и водителя остались лишь кровавые ошметки. Внешний слой сферы смело словно его и не было, но опасность нисколько не уменьшилась. Ударной волной автомобиль перевернуло, нас бросило к стене, оказавшейся вдруг полом, и в этот момент прилетел второй снаряд.
Он ушел чуть правее, на то место, где машина стояла перед взрывом, но поток осколков вспорол днище бронемобиля, едва не добравшись до нас. Остатки кузова вновь бросило в сторону, перевернув еще раз, и мы выкатились в сфере словно хомяки в прозрачном пластиковом мячике.
Стоило нам показаться с наружи, и со всех сторон загрохотали автопушки. Двадцатимиллиметровые снаряды тяжелых штурмовых винтовок со звоном впивались в сферу, и мне приходилось постоянно подпитывать второй контур, лишь бы он не лопнул, оставив нас с последним слоем защиты.
— Связь не работает! — выкрикнула раскрасневшаяся и максимально сосредоточенная Инга.
— Мы в сфере, скажи спасибо, что свет проходит. — язвительно ответила Мальвина, бешено мотая головой и оглядываясь по сторонам. — Туда!
— Прикройтесь, ставлю полусферы. — приказал я, и когда девушки создали
