Елизавета горячо поблагодарила её за поддержку. Они перебросились несколькими вежливыми фразами, затем плавно рассеялись среди приглашенных.
Пока Елизавета выслушивала от разных людей вопросы и замечания: любопытные и коварные, упрекающие и поддерживающие, и вежливо отвечала на них, княгиня Элеонора Львовна со скучным выражением лица бродила между гостями, перекочевывая от одной группы разговаривающих к другой: то подключаясь к их разговору, то проходя мимо. Целью княгини было разузнать, какая молва идет о её дочери. А молва была разная. Кто-то восхищался ей, кто-то осуждал её, кто-то завидовал, а кто-то не доверял.
Несколько дам, объединившись в тесный кружочек, злословили о Елизавете, не скупясь на едкие замечания и коварные предположения. В этом кружочке наиболее выделялись две дамы, которые, собственно, и вели разговор, остальные — либо одобрительно кивали либо усмехались. Этот кружочек не мог не привлечь внимания Элеоноры Львовны.
— Кто бы мог подумать? — возмущалась одна дама. — За безупречным поведением княгини Ворожеевой скрывалась лживая и бесчестная особа. Ее мужа всегда считали развратником и бесчестным человеком, а по мне так — он всего лишь испорченный, шаловливый ребенок по сравнению со своей хищницей женой.
— Ты права, Зизи, — согласилась её подруга. — Она настоящая хищница! Мало того, что она обманула мужа, разорила его, так она ещё отправила его на каторгу. А сама вышла замуж за другого. Да не за кого-нибудь, а за графа Вольшанского!
— Я никогда не верила в её безупречность!
— Выдать чужого ребенка за сына своего мужа и после стольких лет признаться в содеянном, да ещё чувствовать себя при этом победительницей! Quelle effronterie et quelle depravation![35]
Не выдержав столь резких обвинений и грязных отзывов по отношению к дочери, княгиня Шалуева бесцеремонно вторглась в их разговор.
— И это вы говорите о бесстыдстве, сударыня! — возмутилась она. — Вы, которую пару месяцев назад муж в своем же собственном доме застал в объятиях любовника! Вам удалось избежать скандала только потому, что он мог повредить политической карьере вашего мужа. А для него карьера дороже собственной чести.
— Что вы такое говорите, княгиня? — с оскорбленным видом пыталась ей возразить уличенная в супружеской измене дама.
— А вы, сударыня! — обратилась Элеонора Львовна к её собеседнице. — Вы назвали мою дочь «хищницей», в то время как сами неизвестным образом сумели завладеть состоянием, на которое не имели никакого права. Согласитесь, весьма странно, что некий знатный, старый помещик, у которого вы находились в услужении, перед самой смертью завещал вам все свое имущество?
— Вы, как обычно, собираете сплетни, княгиня, — с едким замечанием произнесла она.
— А вы, как обычно, их разводите, — не осталась в долгу Элеонора Львовна. — Однако предупреждаю вас, если о моей дочери пойдет дурная слава, вам это не сойдет с рук.
Элеонора Львовна круто развернулась и отошла от их группы.
«Все же иногда полезно быть в курсе всего», — отметила она про себя.
Глава двадцать пятая
Уставшая от неприятных расспросов графиня Елизавета Вольшанская уединилась в одном из уголков дома. Незаметно к ней кто-то подошел и обнял её за плечи. Она вздрогнула и повернулась лицом к подошедшему. Увидев перед собой своего супруга, она улыбнулась.
— Ты так напряжена, — заметил Владимир.
— Сегодня напряженный вечер, — ответила она.
— Мне кажется, все прошло не так плохо.
— Пожалуй, — согласилась она. — Признаюсь, я была готова к худшему. У меня такие противоположные чувства от этого вечера. С одной стороны, я чувствую легкость, а с другой — невероятную усталость.
— Так и должно быть. Потерпи ещё немного. Скоро все кончится. Разойдутся гости, и мы останемся одни.
— А ты был великолепен! — отметила она. — Твоя речь произвела впечатление на всех.
— Именно этого я и добивался, — улыбнулся он.
— А как Алексис? Каково ему после всего этого!
— По-моему, у нашего сына все в порядке. Он пользуется успехом. Причем, как у знатных персон, так и у юных барышень. Когда я шел сюда, я случайно увидел, как он о чем-то любезно беседовал с одной темноволосой юной особой. А ещё раньше я заметил, как эта темноволосая юная особа подошла к нему.
— Как когда-то на одном маскараде к тебе подошла другая темноволосая юная особа и попросила стать её кавалером, — прибавила она. — Нет, только не это! История не должна повториться!
— Разве ты сожалеешь о том, что тогда произошло?
— Конечно же, нет! — возразила она. — Я сожалею о другом. О долгих годах без тебя.
— Знаешь, в чем заключается суть человеческой жизни? — спросил он и сам же ответил: — Настоящее счастье, настоящая любовь и, вообще, все настоящее и прекрасное не дается человеку просто так. Все это нужно заслужить, выстрадать.
— Как ты жесток! — возмутилась она. — Мне не хотелось бы, чтобы Алексис прошел через то же, что и каждый из нас. Мне кажется, мы оба достаточно выстрадали, чтобы самим быть счастливыми и получить счастье для него.
— Какие мрачные предположения о будущем нашего сына! И все оттого, что к нему подошла какая-то девица. Кстати, он идет к нам. И он один. Очевидно, барышня его не слишком заинтересовала, раз он её так быстро оставил. Помнится, я тогда не оставлял тебя ни на минуту. Таким образом, можно смело утверждать, что история не повторится.
Алексис подошел к ним.
— Вы здесь! — каким-то радостным и воодушевленным голосом произнес он. — А ваши гости тем временем развлекаются без вас. Если слово «развлекаются» применимо к различного рода сплетням, ядовитым замечаниям, обсуждениям и домыслам. И этот пытающийся разгореться пожар охлаждает своим острым язычком извечная блюстительница фамильной чести — княгиня Элеонора Львовна. Но, надо признаться, не одна бабушка на нашей стороне. Некоторые вами восхищаются. Вы не представляете, как забавно за всем этим наблюдать!
— Представляем! — в один голос сказали Елизавета и Владимир.
— Полное единодушие! — отметил Алексис.
— Нам приятно, что у тебя хорошее настроение, — сказала Елизавета.
— И что все эти сплетни, ядовитые замечания и тому подобное тебя лишь забавляют, — прибавил Владимир.
— Как я вижу, вам все это тоже нипочем, — заметил Алексис.
— Для нас самое главное, что все разрешилось, — сказал Владимир.
— Мы сбросили груз всех тайн прошлого, прибавила Елизавета, — и теперь с легкостью принимаем наше настоящее.
— А хотите узнать ваше будущее? — предложил Алексис.
