ее это был дружок-знакомец, не ее разговор, – а мы сами дотопаем. Зачем же участок оголять?
– Ты, горожанин, за участок не беспокойся, – степенно проговорил лесовик, – тут много глаз, поглядят, пока нас не будет, не оставят дырку в обороне. Радуйся, что мечи не отнимаем и руки не вяжем.
Горожане при этих словах напряглись. Но они бы так же поступили в этой ситуации. Если даже начальство сказало, что пришлый им друг, родственник и любимый жена, все равно ответственности с дозора или караула никто не снимает. Если что случится, это же самое начальство само с них голову снимет.
До Китежа оставалась несколько километров, и как же это было здорово идти под охраной! Не нужно оглядываться, присматриваться ко всему необычному, реагировать на любой маломальский звук, просто шагай себе в полный рост и шагай. Чем дальше они шагали, тем все реже росли деревья, тем больше света попадало на землю сквозь листву. Скоро Лес пошел почти совсем на убыль, деревья уступили место кустарнику и небольшим рощицам. И среди этого возвышался город. Не Город, конечно, но поселение было большое. А вокруг него сплошь и рядом стояли кучками землянки. На одной из землянок в каждой куче был вывешен свой флаг, с гербом.
– А зачем флаги на домах? – поинтересовался Алексей.
– Флаги? – удивился китежградец. – Стяги с гербами поселений?
– Пусть будут стяги, – пожал плечами горожанин, хотя разницы в словах большой не видел.
– Это стяги выживших из разоренных деревень, они ушли из своих мест и решили жить тут. Первых еще мы в самом Китеже селили, но там места мало: чай, не ваш Город многокилометровый, вот остальным пришлось вокруг града свои деревеньки возводить.
– А если псевды нападут? – вступила в разговор до того молчавшая Несмеяна.
– Тогда те, кто за стенами Китежа, внутрь эвакуируются.
– Но там же места мало, да и землянки как бросить-то? – не унималась девица.
– Места там для мирной жизни мало, а при осаде ужмемся, ничего, землянки же не жалко: они же типовые, если враг их разрушит, новые сотворим. Да и не обычные они чуток, доработанные, при желании владельца можно по крышу в землю их опустить и законсервировать до возвращения.
Тем временем они подошли к воротам Китежа, и тут их перехватили Кий, Варвара и верховный волхв Китежа. Узнав причину прихода Алексея и Несмеяны, срочно решили собрать собрание вождей и старейшин. Алексей предстал на совете и рассказал, зачем его послали. Слова городского посла встретили неоднозначно.
– И с чего бы я и мои люди должны проливать кровь свою за этих горожан, коль еще недавно, увидев меня у своих стен, они бы в меня всю обойму привода выпустили? – высказался один из вождей по имени Сокол.
– Согласен с тобой, брат, – поддержал коллегу князь Яромир.
– А что вы оба делали у стен Города? – спросил верховный волхв.
– Как что? – удивились вопросу вожди. – Охотились.
– А вам остального Леса мало? – прищурился волхв. – Вот зачем, скажи мне, вы к Городу ходите охотиться? Там мамонты жирнее или шерстистые носороги менее агрессивны? Там у саблезубов клыки меньше? Нет. Все знают, что горожане территорию около своего любимого Города выжигают постоянно, поэтому там зверье мелкое, не нагулянное. Так зачем же вы туда ходите? А я вам скажу, зачем. Удаль свою показать, которую я дуростью зову, своей задницей перед прицелами приводов городских покрутить, потом у костра вечернего бравировать своими подвигами. Не было бы этой вашей бравады, может, и с горожанами помирились бы уже лет сто назад.
Вожди зашушукались, хмуря брови, а старейшины закивали головами, соглашаясь со словами волхва.
– Я считаю, помочь Городу надо, – продолжал Травень Гостомыслович, – вы можете со мной не соглашаться, но это сделать надо. Какие бы мы ни были, какие бы распри меж нами ни существовали, но мы люди. А они псевды или, как сказал Кощей, ироды. Это не борьба за лучшее место под солнцем, как в прежние времена, это война на выживание. Если не мы псевдов, то они нас.
– А при чем тут помощь Городу? – спросил Сокол.
– А притом. Псевды – это даже не другая раса, это другой вид, они не будут с нами заключать союзы, а просто сотрут с лица этой планеты. Всех до одного, включая стариков и детей.
– Так до нас еще добраться нужно!
– Доберутся! – кивнул горько Травень, – Город с землей сравняют, а потом и до нас доберутся. Поймите, горячие головы, это их планета. Каким-то непостижимым для нас пока образом, они на какое-то время потеряли способность думать и объединяться. Это было на уровне рефлексов, когда на смерть лешего сразу прилетал мстить змей Горыныч. В этот промежуток времени люди смогли высадиться на эту планету, устроиться, обжиться и оставить потомство, то есть нас. Но эта планета принадлежит псевдам, и их тут много, очень много, а если Кощей их всех объединит, а мне кажется, это ему по плечу, то нам хана придет. Поодиночке мы не выстоим.
– А что нам даст объединение? – спросил Радегаст.
– Многое, – палец волхва указал на потолок, – если есть большая сила, способная победить одного, не факт, что ее хватит сразу на двоих. Ты, Радегаст, сможешь мне мизинец сломать, даже если я буду сопротивляться?
– Смогу, – пожал плечами вождь.
– А средний палец?
– Смогу.
– А большой?
– И большой смогу.
– А если я эти пальцы в кулак сожму, сможешь?
– В кулаке нет, сначала нужно будет кулак разжать, а уже потом по одному пальцы ломать.
– Вот! – обрадовался Травень. – Вот и я об этом же! По одному пальцы ломать легко, а вот сжатый из одиночек кулак уже не сломаешь. Я считаю, помогать Городу надо, и объединяться с ними надо, дабы мы сжали свой человеческий кулак и дали им этому Кощею в морду!
Голосование было единодушным: все проголосовали за помощь Городу. Времени терять было нельзя, посланцы и так шли намного дольше запланированного, и поэтому собирали войско из тех, кто был под рукой в самом Китеже, не дожидаясь отправленных в рейды групп. Для быстрейшей доставки войск в запланированный квадрат решили воспользоваться двумя «Громовыми птицами». Это были давно, на заре становления Китежа, произведенные, но никогда ранее не
