снаряды не нужны. Как только они закончили разбираться с Горынычами, армия лесовиков рванулась вперед.
– Центр – тяжи! Средние обеспечивают фланги! – выдавал в эфир главный военный вождь Китежа Пересвет Святославович. – Разведчики, в режим мимикрии, открывать огонь только по моему приказу, пусть думают, что вас нет! Пошли, соколики! Темповее! Темповее! Держим строй!
Отряд Варвары состоял из парней в средних боевых костюмах, поэтому девушка, имевшая легкий снабженный мимикрией костюм, этой функцией не пользовалась. А вот отряд Кия ушел в невидимость весь, но не ушел далеко от Варвары. Точная диспозиция каждого отряда определена не была, ибо лесовики не горожане, чтоб по шаблонам каким-то драться, и Кий решил прикрывать отряд девушки. Какая разница, с какого края он будет воевать? А если поступит приказ именно их группе, то его, скорее всего, можно выполнить будет, находясь на любом крае боестолкновения. Никогда не угадаешь до боя, с какого края ты больше всего понадобишься.
Конечно же, о высадившихся за спинами псевдов лесовиках стало известно их руководителям, или кто там у них за воевод и полководцев был, заранее. Еще тогда, когда корабли вошли в атмосферу и начали снижение. Да, это уже не было неожиданностью. Каждый, даже псевдоразумный гуманоид должен понять, что прилетели сюда лесовики не просто так, на штурм поглядеть и порадоваться смерти своих недавних противников – горожан. Если китежградцы и прилетели, то исключительно чтобы поучаствовать в драке. А с учетом, что Кощей со своей оравой с ними договора не заключал, а перед этим еще и деревни их громил, то явно не на их стороне лесовики воевать будут. Но времени для передислоцирования своих войск, как и для выстраивания обороны от удара в тыл, у кощеевых тварей не было. Некоторые отряды успели развернуться в их сторону, но немногие. Горожане, видя подкрепление, решили ударить по врагу из всех возможных орудий. Успевшим обернуться к лесовикам псевдам это не сильно помогло. Между молотом и наковальней все равно, куда ты обращен лицом: больно будет везде.
Армия Китежа врезалась в псевдов на всем ходу, не выключая ускорителей. Многие воюющие на стороне Китежа были добровольцами из разоренных тварями деревень, потерявшими близких и друзей и желающими непременно отомстить, уничтожив как можно больше этих тварей. Армии псевдов пришлось полностью развернуться супротив лесовиков. И в это время открылись ворота и из Города вышла армия обороняющихся. За время похода Алексея и Несмеяны в Городе произошли огромные изменения. Горожане успели откатиться назад и отдать аж три круга обороны, пока не поняли алгоритм нападений псевдов и не выработали ему противодействие. Они зацепились за третью стену и не собирались ее сдавать. В связи с огромными потерями была произведена всеобщая мобилизация людей призывного возраста, невзирая на пол и наличие каких-либо болезней. Кто по своим возрастным либо физиологическим ограничениям не мог держать в руках привод, тот помогал инженерам запускать стандартные фабрики и производить военную технику. Весь Город работал на оборону. И как только лесовики отвлекли на себя удар, горожане не замедлили напасть всеми накопившимися силами в спину еще недавно штурмовавшей их Город армии. А сил было изрядно. Для обороны недостаточно, а вот для атаки изрядно. Горожане за этот период успели произвести десять танков, которые в обороне имели посредственное значение, а вот в атаке очень даже пригодились. Еще было создано около пяти вертолетов и несколько орудий большого калибра. И сейчас это все стреляло по врагам, включая всех жителей Города, вооруженных приводами.
Псевды дрались почти до последнего. Воля хозяина не давала им отступить или покинуть поле сражения бегством. Ретировались только чародеи с колдунами, ибо были люди, змеи Горынычи и лешие. Вторые и третьи то ли обладали большим разумом, чем все остальные, то ли Кощей их за что-то ценил. Даже птицы Рока сражались с вертолетами до последнего пера, а змеи в какой-то момент боя вышли из него и взяли курс на башню Кощея.
Танки, помня уроки столкновений с чудью, маневрировали по полю на большой скорости, не давая приблизиться врагам. Всякую шушеру они давили траками, а чудь и мамонтов расстреливали осколочно-фугасными снарядами. Бронебойные были тут излишни. Бронебойный снаряд был изобретен давно на их прародине исключительно для борьбы с такими же людьми, с такой же техникой, заточенной под борьбу с техникой. До переселения на эту планету люди занимались исключительно истреблением себе подобных, и никто не предполагал, что это вооружение в будущем станет использоваться супротив легко бронированной пехоты, вооруженной мечами, дубинами и стрелами. Приходилось на ходу, в течении сражения изменять все ранее придуманные уставы. Осколочно-фугасные снаряды уносили жизни куда большего количества воинов противника, особенно волколаков и еще меньших по размерам тварей, чем бронебойные. Бронебойными горожане стреляли по мастодонтам и шерстистым носорогам, ибо их шерсть спокойно выдерживала попадание роя мелких осколков.
В пылу боя видимым противникам псевды перестали ориентироваться на чутье и нюх. А зачем, если ты и так видишь несущегося на тебя противника? Это дало возможность лесным разведчикам и охотникам разить противника, не выходя из режима мимикрии, оставаясь незамеченными на поле боя.
Когда людские войска разорвали противодействие псевдов и сомкнули свои ряды, добив последних сопротивляющихся, братания не последовало. Войско горожан остановилось против лесовиков и замерло. Впрочем, как и войско Китежа. Они так давно смотрели друг на друга через прицелы, что поверить в дружелюбность недавних противников было трудно. Почти у каждого с обеих сторон были какие-то претензии к стоящим напротив воинам. Некоторые вспоминали убитых друзей и родственников, некоторые простреленные или порубленные руки, ноги и другие части организма. Казалось, совместное истребление псевдов, может сейчас перелиться в кровавую разборку между двумя группами вооруженных людей. Некоторые же снимали тихонько свои приводы с предохранителей, на которые поставили их еще совсем недавно.
Но тут от каждой армии отделился по одному человеку в тяжелых бронекостюмах и вышли на середину, остановившись в шаге друг от друга. Это был министр обороны Города Илья Муромцов и военный вождь Китежа Пересвет Святославович. Два великана в богато оформленных доспехах, блещущих серебром и златом, пристально посмотрели в глаза друг другу.
– Спасибо, что пришли, – кивнул Илья Муромцов, прерывая затянувшуюся паузу, и протянул открытую ладонь.
– Мы же не псевды, – улыбнулся Пересвет Святославович, – чтоб нуждающимся на выручку не прийти, сами недавно бились с этими поумневшими тварями, знаем, что нелегко это.
После рукопожатия воевод
