Читаем без скачивания Глас Времени - Александр Малашкин

Машина проезжает несколько сотен метров по контуру купола, как вдруг дорога резко спускается и уходит под землю.

– Очередной тоннель, – вздыхает Лотар. – А я уж думал, мы останемся в том чудесном городе.

– Ехать осталось немного. Уже скоро будем на базе воздушного флота.

Электромобиль ускоряется и преодолевает несколько километров всего за минуту.

– Приехали, – говорит маска, притормаживая возле огромных раздвижных ворот, похожих на те, которые встретили их перед городом.

«Мерседес» вкатывается в следующий купол. Он не такой огромный, как предыдущий, и здесь, судя по всему, «день».

Из окон автомобиля открывается вид на огромный плацдарм, который заполнен дисколетами. Светло-серые диски разных размеров не висят в воздухе – они стоят на шасси. Внизу ходят… «люди»? Не разобрать. На них такое же снаряжение с масками.

– Маскарад продолжается, черт побери! – сердится Лотар.

– Почему вас раздражает наша экипировка? – спрашивает водитель. – Ведь лицевая маска в холодных условиях просто незаменима.

– Да потому, что, сдается мне, вы вовсе не те, за кого себя выдаете!

– Что вы имеете в виду? Ах, вы, наверное, подозреваете, что за костюмами скрываются какие-то существа?

– Именно! Мне кажется, под вашими масками скрываются твари.

Маска смеется, после оглядывается и говорит:

– Что ж, уговорили. – Его коллеги заняты делом и не обращают внимания на медленно катящийся автомобиль. Рука в защитной перчатке тянется к затылку, щелчок – и маска падает в подставленную руку. Белокурый человек с голубыми глазами поворачивает голову. На вид ему чуть меньше тридцати, черты лица правильные – в целом, обычный мужчина нордической внешности.

– Убедились? – человек спешит вновь скрыть лицо.

– Убедились, – удовлетворенно отвечает Лотар и отворачивается.

Машина останавливается перед дисколетом. Человек в маске открывает дверь.

– Здесь находится верховный штаб? – спрашивает Лотар.

– Нет, конечно. Мы прибыли к зарезервированному кораблю, на котором и отправимся в ставку Верховного Главнокомандования.

– Эх…

– Не нужно расстраиваться, мы долетим туда в два раза быстрее, чем добирались сюда.

Иосиф и Лотар поднимаются по трапу вслед за сопровождающим.

Сам дисколет раза в два меньше, чем летательный аппарат Фича. Да и внутри тесновато: низкие потолки, узкие проходы. А торчащие в открытых местах узлы разноцветных проводов уверенности в предстоящем полете не внушают.

– Трюм старой подводной лодки и то уютнее, – подмечает Лотар.

Они идут мимо отсека управления. Двери приоткрыты, и видно, как за пультами управления копошатся пилоты. Судя по куче кнопок, рычагов и паре штурвалов, в этих кораблях ни о каких средствах «мысленного управления» не может идти и речи.

– Нам дальше, в пассажирский отсек, – одергивает маска.

В пассажирском отсеке шесть мест. В креслах удобно, но не более. До полного комфорта – как до северного полюса пешком. Лотар следует примеру Иосифа и неохотно пристегивается. Под полом раздаются щелчки, звук напоминает характерные потрескивания неисправного электростартера. Тишина, и вновь серия странных щелчков. Из-за тонкой перегородки слышны недовольные голоса пилотов. Лотар начинает ерзать и делает это до тех пор, пока проклятые щелчки не доканывают его окончательно. Он ударяет ногой по полу.

– Да что за хренотень?! Не полечу я на этой консервной банке!

– Успокойтесь, проблемы пусковой системы никак не скажутся на остальных характеристиках. – Напускная уверенность маски внушает пущее недоверие.

– Ой, правда? Ну, тогда не о чем беспокоиться. Смотри, Йозеф, двухнедельная война изрядно истощила их воздушный парк. Оказывается, они летают на полуразвалившихся посудинах, для которых запуск двигателя считается подвигом.

– Вы удивитесь, если я скажу, что этому кораблю более семидесяти лет? – вступает в защиту человек. – Просто аппараты такого возраста списываются и попадают в гражданское ведомство, а все лучшее достается армии. Война действительно штука затратная, но наш летный парк не растрачен еще даже наполовину…

Разговор прерывает гул двигателя. Через минуту в салоне становится невыносимо, и Лотар вслед за Иосифом закрывает уши ладонями. Сопровождающий лишь улыбается привычному для себя явлению.

Отрыв чувствуется весьма значительно – тарелка начинает подрагивать.

Будет досадно погибнуть в обломках нацистского диска, если произойдет крушение, – размышляет Лотар.

Тарелка поднимается к вершине купола и покидает базу через отверстие отъехавшего люка. В её бледно-сером корпусе отражаются антарктические сумерки. Реактивный двигатель разгоняет аппарат в направлении севера-востока. Холод проникает в плохо отапливаемый салон, в мрачном освещении которого становится всё страшнее. Лотар проклинает себя за то, что согласился на всю эту авантюру. Иосиф сидит с закрытыми глазами, пытаясь оживить в сознании теплый пляж, шум моря и крики чаек.

Где-то на континентах, в прибрежных зонах и в океане полыхает война. На текущий момент, за четырнадцать дней, ресурсы, затраченные на её поддержание с обеих сторон, втрое превысили ресурсы Второй мировой. Потери со стороны «больших» людей, с учетом ядерных взрывов, минимальны. Потери со стороны нацистов несколько больше, но не критичны. В эру технологий войну ведет техника. Но она не бесконечна. Скоро опустеют ангары, и по обломкам инженерного чуда пойдут легионы живых людей.

Стороны вряд ли пойдут на уступки: слишком глубока идеологическая пропасть. А значит, в перспективе – тотальное уничтожение.

«Сука, как холодно!» – думает Лотар. Выругать маску за то, что его коллеги отобрали снаряжение, мешает рев двигателя. Радует, что одну вещицу при смене одежды все же выхватить удалось. Он крутит в кармане крошечный брелок с одной единственной круглой кнопкой.

Государства, в которых политический режим можно назвать диктаторским, обычно берут курс на долгосрочное развитие и строят далеко идущие планы. Третий рейх еще в 1939 году предъявил территориальные претензии к обширной территории Антарктиды. После войны, поскольку казалось, что с Третьим рейхом и его лидерами покончено, во всем мире про это забыли. Но два с лишним столетия здесь шло упорное развитие. Тысячи мужчин и женщин в ужаснейших условиях трудились во благо Полярного Рейха. Многие люди, родившиеся под бесчисленными куполами городов, так и не видели настоящего Солнца. Им чужды и не известны простые земные блага. Они никогда не видели полей, лесов, морских берегов, где позволительно не думать, насколько тепло закутано твое тело. Такие условия, после преодоления неврозов и свойственных человеку психических расстройств, в конечном итоге только закаляют характер. Руководители сделали ставку на человеческую стойкость, ковали ее, доводя до нужного состояния, и, в конце концов, не ошиблись. На основе сильного телом и духом общества, в лучах Антарктического солнца, как когда-то завещал фюрер, воссиял Мир.

Борт, на котором находятся пилигримы из прошлого, идет на снижение. Обороты турбин постепенно падают. В прибрежной зоне значительно теплее: уже кое-где начинают появляться целые гектары не занесенной снегом медно-коричневой земли. Вид горизонта заполнен суматошной возней тысячи мелких точек. Из некоторых извергаются разноцветные искры выстрелов. Воздушный бой продолжается уже много часов. Здесь проходит линия обороны дивизии «Антарктида». Здесь же расположена мобильная ставка командования. Она представляет собой летающий диск огромных размеров. Диаметр его окружности составляет 300 метров, высота от земли в верхней точке – 75. Таких махин во всем рейхе только две. Одна выполняет функцию передвижного штаба, другая – транспортную. На 2179 год было запланировано строительство еще одного гигантского диска, но в связи с разыгравшейся войной мероприятие свернули. Строго говоря, необходимости в таких больших машинах ни у военных, ни у гражданских нет. Для нужд той же армии куда эффективнее построить сотню мелких маневренных кораблей, нежели одну, пусть хорошо защищенную и отлично вооруженную громадину. В условиях боя вывод из строя такой крупной единицы может иметь необратимые последствия.

На малом ходу 75-тилетний трясущийся диск заходит в открывшиеся створки сверхмассивного мобильного штаба. Едва он заплывает внутрь, двигатель немедленно отключается, и дно диска принимает специальная платформа, которая гасит полуметровое падение мощным потоком воздуха.

Через минуту Хорст узнает о прибытии гостей. Он в это время заканчивает ознакомление с дневными сводками. А через пять минут они вступают из приемной в его кабинет.

– По вашему распоряжению гости доставлены! – рапортует замаскированный офицер.