куда-то в сторону.
— А вот здесь я артефакт спрятал.
— Где?
— Ну вот, видишь — камень из грунта торчит. Нет, не туда смотришь. Левее.
— Ага, вижу… а нафига ты его… выбросил?
— Не выбросил, а спрятал от бандитов.
— Спрятал в пустыне? — поразился Стивен.
— Ага, — с ликованием подтвердил Михаил, — самое надежное место для тайника. На видном месте. В пустыне очень много камней. Ты еще поди попробуй найди тот, который тебе нужен.
— Ну да, согласился Стивен, — это точно. А как ты его сам потом искать будешь?
— Ну вот я тебе и показываю место, где спрятал. Вдруг я забуду, а теперь и ты знаешь, где он лежит. Ты ведь точно не забудешь.
— Ничего не понимаю. Ты считаешь, что я непременно запомню это место?
— Еще как запомнишь, — засмеялся Мишка, — у тебя же память невероятная. Ты вон сколько языков знаешь. Где-то же все эти слова у тебя в голове помещаются.
Стивен пожал плечами:
— Никогда не задумывался, где именно помещаются запомнившиеся слова. Просто запоминаю и все.
— Ну вот, — хихикнул Мишка, — значит, просто запомни где артефакт лежит, и все. Так, на всякий случай. А то у меня-то память дырявая. Вдруг, действительно, забуду?
— Ладно, попробую запомнить.
Они прошагали еще несколько метров в тишине.
— Ну вот и УАЗик, — с каким-то облегчением произнес Мишка, — теперь ты уже и сам дойдешь.
— В смысле… сам?
Стивен повернул голову направо и не увидел Михаила.
— Мишка, ты где?
Стивен растеряно озирался вокруг. На многие километров вокруг не было никого. Только бескрайняя мертвая пустыня…
Он пошатнулся и чуть не упал. Перед глазами вновь замельтешили знакомые черные крылья приближающегося беспамятства. Уши заложило, словно нырнул на глубину, а из носа вновь потекла струйка крови.
— Мишка… ты… где?
Ответа нет.
— Ми-и-ишка!
И тут ему впервые в жизни стало страшно.
— Я схожу с ума, — пробормотал Стивен вслух, — что это было? Мираж? Галлюцинация? Бред воспаленного сознания?
Но этого не может быть! Он только что своими глазами видел Мишку, разговаривал с ним. Это не мираж. Мишка — был!
Стивен все так же стоял посреди пустыни в одиночестве, но кое-что изменилось — у самого горизонта хорошо различим силуэт УАЗика.
Он и дошел, только благодаря Мишке…
Нет, не так…
Это Мишка заставил его встать. Они шли вместе. Мишка болтал без умолку. Поддерживал под руку. И черт возьми, он же мне только что показал место, где лежит артефакт, и велел его запомнить. Но если Мишки не было, если он мне привиделся в бреду, значит, и артефакт тоже был ненастоящим?
Да нет, этого не может быть! Мишка сказал, что в багажнике лежит канистра, а в ней немного воды. А еще в кабине есть одеяло… и пассажирское сиденье можно легко открутить, потому что оно держится всего на двух болтах. Откуда я могу это знать? Мираж не может разговаривать вслух, и тем более он не может сообщать ценную информацию.
Стивен опять пошатнулся, и вновь с большим трудом удержался на ногах.
Падать нельзя, нужно идти. Осталось совсем немного…
Глава 21
Родион
Вернулся посыльный, швырнул грязно-белый флаг на песок, устало вытер лоб.
— Разрешите? — кивнул на ящик, — Родион Сергеевич, что-то ноги не держат.
— Присаживайся. Ну что, согласились?
— Так точно, — кивнул головой, с трудом переводя дух, хлебнул воды из фляжки. Видимо, еще не до конца осознал, что остался цел и невредим.
— Выдвинули условия.
— Какие? — равнодушно уточнил Родион.
— Требуют, чтобы вы пришли один и без оружия.
— Да это понятно, по-другому и не бывает.
Родион медленно поднялся, отцепил кобуру и швырнул на песок. Похлопал себя по карманам, как будто проверял, не завалился ли за подкладку пулемет Калашникова? Но нет, не нашлось. Кроме ножа за голенищем — ничего. Размышлял недолго, нож полетел на песок.
— Ладно, я пошел.
— Родион Сергеевич, может, все-таки не стоит? Слишком велик риск.
Отмахнулся равнодушно, поднял импровизированный флаг, вышел из-за грузовиков и пошагал в сторону лагеря. Самое интересное, что ни страха, ни волнения не испытывал вовсе. Никаких мыслей в голове. Только усталость и злость на самого себя. Ну и проклятая жара, доконала в край!
Наемники показались из-за ящиков, когда он подошел почти вплотную. Не стал провоцировать, поднял руки, потом заложил за голову. Быстро и тщательно обыскали. Ничего предосудительного не нашли. Руки завели за спину и связали веревкой, повели в лагерь. Невольно поежился, почувствовав себя неуютно под прицелом сразу нескольких стволов различного калибра.
Машин на стоянке добавилось. Наемники пригнали два старых и убитых в хлам американских грузовика и какого-то наполовину самодельного бронированного монстра. Еще заметил сильно потрепанный в бою шахид-мобиль без колес, который старательно реанимировали наши механики под присмотров пары уголовного вида наемников.
Непроизвольно подметил, что оборона в лагере организована грамотно. Несколько окопов в рост человека, из контейнеров сооружены примитивные доты. На грузовиках пулеметные точки, обложенные мешками с песком. Наемников очень много, навскидку — человек пятьдесят, а может, и больше. У Геймана не было никаких шансов.
А есть ли таковые у нас? Как говаривал Лев Исаакович, — «ох, сомнительно».
Мда… какому-то очень и очень авторитетному бандиту мы наступили на ногу.
Демонстративно провели мимо собранной из ящиков платформы. Надеялись таким образом развеять все надежды и сомнения. Не удержался, непроизвольно скользнул взглядом по аккуратно уложенному штабелю из мертвецов. Большинство двухсотых — сами наемники. Подумал злорадно — «так вам и надо, выродки пустынные».
Двоих штурмовиков из третьего взвода узнал сразу. Опознал и нескольких гражданских, в основном — водители. Значит, Пауль рассудил верно: политрук рекрутировал добровольцев. Но то не помогло. Слишком велик оказался перевес сил.
А потом увидел и тело самого Геймана. Тяжело вздохнул, с трудом отводя взгляд. Неоднозначный был человек, но смелости не занимать. Судя по внешнему виду, отбивался до последнего патрона. Наемники со злости изрешетили мертвое тело. Значит, дорого продал свою жизнь. Иначе не стали бы тратить столько патронов зря.
Еще заметил в глубине лагеря рядом с автомобилями небольшой шатер, где кучковались раненые. Рассмотреть подробности не смог, но издалека очень похоже на походный госпиталь.
Надеюсь, Лидия выжила при штурме… иначе у нас будет совсем все плохо.
Мысль продолжить он не успел, навстречу шагнули еще
