сказал.
— Вы, кажется, только что обвинили нашего друга и коллегу, заслуженного тенеборца Поля Ришара в том, что он намеренно хотел причинить вред даме?
Честно говоря, на этот раз я не выдержал и закатил глаза. Да что ж так тупо-то? Где тонкие интриги? Где закулисные игры? Где, чёрт возьми, всё искусство аристократических козней? Где, я вас спрашиваю? Тупые наезды тупых людей. Похоже, Иванов совсем потерял связь с действительностью, пребывая в уверенности, что он местный, если не император, то, как минимум, царь. Я так подозреваю, что и с князем Лихтенштейнским он на короткой ноге. Кстати, пора бы нанести ему визит вежливости…
А ещё этот «тенеборец». Вот здесь мне стало интересно. Я-то предполагал, что Теней в этом мире вообще за угрозу не считают, уничтожая их втихаря, и по остаточному принципу. А тут такое. Надо будет выяснить, что это за организация, кто её организовал, и самое главное, за счёт чего она существует.
В принципе, мне на секунду даже стало неудобно, что если этот человек действительно занимался уничтожением Теней на благо человечества, то мне стыдно, что я вывел из строя такого нужного бойца. Но это лёгкое чувство стыда, как прилетело, так мгновенно и улетело. На самом деле, не знаю, на полставки он бретером работал, или хобби у него такое было, но за деньги обижать невинных… ну, так себе поступок.
— Да, именно так, — широко улыбнулся я.
А Лунь попыталась что-то мне сказать, но я снова сжал её руку, на этот раз чуть сильнее. Глядя на меня, она нахмурилась.
— Я считаю, что это клевета! — воскликнул мужчина, и повернулся ко второму прибывшему. — Ты что думаешь, Арман?
— Поддерживаю! Мне кажется, господин Вавилонский намеренно оболгал и покалечил нашего доброго друга Поля.
Я не выдержал и огляделся. Лица окружающих нас людей выражали разные чувства. Кто-то смотрел в предвкушении, ожидая хорошую драку. Кто-то не понимал вообще, что происходит. Но несколько глаз пришлись мне по душе. Похоже, они едва сдерживались, чтобы не хлопнуть себе по лбу ладонью, понимая, какой дешевый спектакль сейчас разворачивается перед ними.
— Я думаю, что Поль хотел бы потребовать сатисфакции, но учитывая его положение, я заступлюсь за своего боевого товарища. Я, Серж Ловингтон, вызываю вас, Теодор Вавилонский, на дуэль! На дуэль до смерти! — последние слова он сказал громко, и с торжеством посмотрел всех присутствующих.
Несколько женщин ахнули, мужчины зашептались.
— А вы у Поля не хотите спросить — он как, не против сатисфакции?
По глазам Поля было видно только одно — он чертовски рад, что эту самую сатисфакцию ему не приходится проводить собственными руками. Кажется, он даже вздохнул от облегчения, при этом скривившись от боли. Но, тем не менее, он кивнул. Конечно, не своим же брюхом рисковать!
— Да ради бога! — развёл я руками. — Хотя мне кажется, что драться до смерти — это несколько жестковато, не?
— Боитесь, Вавилонский? — торжествующе сказал Серж.
— Я? Совсем нет, — удивился я. — Тебя, дурака, жалко.
— Что вы себе позволяете, Вавилонский? — снова взъерепенился он, но я уже не обращал на это внимания. У меня нет привычки разговаривать с трупами. Если он такой тупой, то Вселенная нам судья.
Я повернулся к Лунь, которая буквально прожигала меня взглядом.
— Я прошу прощения, милая Лунь, но можно попросить у вашего телохранителя шпагу или нож? А то я, как-то, не озаботился.
— Теодор, он выглядит серьёзным соперником, а вы, хоть и хороший мастер, но слишком юный, чтобы быть хорошим фехтовальщиком. Да, вы хорошо танцуете, но…
— Милая Лунь, — с улыбкой прервал её. — Вы со скольких лет тренируетесь?
— Я с четырёх! — гордо задрала носик китаянка. — А вы?
— Ну, примерно с этого же возраста. Может быть, чуть пораньше, — хмыкнул я.
— Куда же ещё пораньше? — искренне удивилась Лунь.
— Да есть куда, поверьте. Всё со мной будет в порядке.
— Вы можете обратиться за помощью, и… к примеру, вместо вас выступит Фен Жао. Я думаю, он мокрого места от этого Сержа не оставит.
— Я в этом ни капли не сомневаюсь, — улыбнулся я, окинув взглядом старшего телохранителя Лунь. — Вот только Теодору Вавилонскому для того, чтобы наказать идиота, абсолютно не нужна помощь. Я справлюсь сам, не переживайте. И за вашу жабку не беспокойтесь, всё сделаю в лучшем виде.
— Да причём здесь жабка? — в сердцах сказала китаянка. — Я думаю, что эта дуэль опасна для вашей жизни.
— Так, всё! — нахмурился я. — Шпагу дадите?
— Конечно! Фен! — тут же крикнула она. — Передай господину Вавилонскому свою шпагу.
— С превеликим удовольствием, — сказал он, отцепил ножны от пояса, и с лёгким поклоном протянул мне шпагу на вытянутых руках.
Я слегка придержал ножны и вытащил голубоватый клинок, который заблестел в свете факелов.
— Прекрасный металл, просто прекрасный, — восхитился я узким лезвием.
— Спасибо, ваше благородие! — улыбнулся Фен. — Я знал, что вам понравится.
— Предлагаю выйти на улицу, чтобы не заляпать кровью паркет, — улыбнулся я, повернулся, и увидел, что Иванов-старший что-то выговаривает этому Сержу. Он кривился, видимо понимая, что сделал что-то не так, но обратной дороги у него, походу, не было. И он, с расстроенным видом, бормотал свои оправдания Иванову в ответ. Да, кажется, у них сегодня всё пошло не по плану.
— Во внутренний двор, пожалуйста, — сказал Павел Иванов, который слегка порозовел.
Я прислушался к ощущениям, похоже, эта пара, что его оттащила, были лекарями, и немного убрали у него из крови алкоголь, чтобы он мог нормально соображать.
— Сюда, пожалуйста, — кивнул сын герцога.
Перед тем, как я пошёл, услышал за спиной тихий голос Фена.
— Не беспокойтесь, госпожа. Ставлю своё годовое жалованье, что этот юный мастер не получит в дуэли ни одной царапины.
— Вот как? — раздался взволнованный голосок Лунь. Судя по всему, она была девушкой импульсивной, и легко заводящейся. — Я надеюсь, что он знает, что делает. Но за его самоуверенность хотелось бы, чтобы он расплатился. Надеюсь, ему хотя бы расквасят нос. Так что да, отвечаю на твою ставку.
Лёгкий шлепок ладоней свидетельствовал о том, что пари заключено. Я широко улыбнулся. Ну, похоже, Фен сегодня станет немного побогаче.
На улице всё произошло очень быстро. Мне, правда, не хотелось показывать то, на что я реально способен. Да и тело моё ещё было далеко от нормальных кондиций. Поэтому я, конечно же, немного смухлевал.
Серж был достаточно крепким физиком, с упором на скорость. Подозреваю, что он проткнул много сердец ещё до того, как дуэлянты могли разглядеть его выпад. И сейчас он, по сигналу Павла Иванова, с места бросился в бой с
