бодрое армейское приветствие, после чего последовало ворчание.
Перед инспектором стоял дварф в латном доспехе, щитом и копьём, судя по всему из охранения Управления.
― И тебе, друг мой тоже, ― отозвался Ганс задумчиво. ― Что случилось?
― Вас срочно ожидают в казармах.
― Вот как? ― он даже искренне удивился, полагая что его прислали из Управления.
Но присмотревшись к номеру девять на наплечниках, сообразил, что сегодня в их охране стоял седьмой отряд, а этот воин пришёл действительно из казарм. Похоже что тело уже нашлось.
― Ну, пошли, веди.
Дварф развернулся как на параде и не оборачиваясь зашагал к воротам внутренней стены. Поспевать за ним не составляло особого труда, шли медленно, так что времени на размышления оставалось довольно много. В казармах верхней части города Гансу случалось побывать лишь однажды, когда он устраивался на работу много-много лет назад….
Тим'рик всегда отличался проворством, за что и любили его расу зайцегонов, больше напоминавших прямо ходящих зайцев, чем людей. Так что распоряжения своего хозяина он выполнял всегда крайне расторопно. Его молодой господин Прадир из рода Мерег обычно спал до обеда. После отъезда отца в командировку в столичный город он и его друзья кутили без перерыва уже неделю. Вино текло рекой, шлюхи разного уровня красоты приходили и уходили десятками ежедневно. Тим'рик, являясь дворецким, а также по совместительству управляющим и главой прислуги в поместье, пытался вразумить наследника, но всё тщетно.
Вот и приходилось каждое утро доставлять в дом несколько литров кваса, эля и вина для приведения в чувство всей компании, а ещё забегать в лавку за свежими зельями от похмелья. Крайне недешёвые, но пользующиеся спросом, особенно в верхнем городе и тавернах с кабаками. Нужно ещё дать команду на приготовление завтрака, но пока ещё рано.
Само собой он не ходил один. Во фраке и цилиндре, а ещё с золотым пенсне выглядел Тим'рик очень солидно, как настоящий богатей, которому непристало таскать тяжести. Позади него шагал здоровенный бугай из охраны поместья. Вооружённый мечом и круглым щитом, в кирасе, с покрытой шрамами бородатой мордой, он был способен напугать кого угодно. В руках он тащил две увесистые корзины с продуктами, которые зайцегон приобрёл на рынке.
Поместье располагалось в стороне от центральной дороги, у городской стены, совсем недалеко от храма всех богов и на порядочном отдалении от слишком голосистых студентов академии волшебства, живущих в общежитии. Даже до сюда временами долетали крики их попоек. Стены из отштукатуренного кирпича, окружающие территорию, достигали солидной высоты почти в два человеческих роста. На углах красовались миниатюрные башенки для стражи.
Этот внушительный забор огораживал приличную территорию, на которой вмещались здоровенный двухэтажный особняк с колоннами и башней, кубообразный простой кирпичный трёхэтажный дом с узкими окнами, для прислуги, у стены ютились одноэтажные бараки для личной гвардии и оружейная при нём. В центре красовался фонтан, а вокруг разбит сад с подрезанными кустами и деревьями, газоном, красивыми дорожками, посыпанными гравием, и беседкой, утопающей в зелени декоративного плюща.
У ворот скучала пара стражников из рода людей в кольчугах, остроконечных шлемах и кирасах. Они тихо переговаривались о чём-то, но завидев Тим'рика тут же встали по стойке смирно, делая вид что внимательно следят за абсолютно пустым проулком между похожими поместьями. Зайцегон усмехнулся, но никаких замечаний делать не стал.
В последние годы в Карфе было относительно спокойно. Благодаря экономическому подъёму выросли зарплаты рабочих и ремесленников, так что бунты остались далеко в прошлом. Нападения грабителей и убийц из мира теней города случались, но достаточно редко и их успешно отражали. Так что стража была нужна только для личной охраны, а ещё как бойцы для сопровождения грузов. Сейчас большая часть боеспособных ребят задействована в охране кораблей с грузом товаров, на которых отбыл глава рода, часть уволена за ненадобностью и экономии средств. Сейчас на всё поместье остались всего меньше десятка наёмников. Понятно, что об этом не кричалось на всю округу, но дворецкий должен был знать эту информацию.
Управляющий по-хозяйски зашёл за ворота, кивнув охране, и принялся отдавать приказания подбежавшей прислуге: куда что отнести и поставить, какой завтрак начать готовить, в каких бокалах подать квас и вино.
― Если что, я буду у себя, ― закончил Тим'рик, устало потягиваясь. ― Не беспокойте меня пока хозяин с друзьями не проснутся.
― Хорошо, ― отозвался нестройный хор голосов.
После чего все разошлись по своим делам, двор и дорожки снова опустели. Зайцегон отправился в небольшую деревянную избушку, находившуюся недалеко от одинокой беседки. Этот дом ему построил глава семьи много лет назад за добросовестную верную службу. Жил он там сейчас один. Не так давно умерла жена, дожив до преклонных лет, так что сейчас все две комнаты принадлежали только ему. Дети подались кто в приключенцы, а кто уехал на учёбу и остался жить. В целом его жизнь сложилась вполне удачно, ибо родом он был из нижнего города.
Он устало вошёл в дом, снял цилиндр и повесил его на вешалку. Ноги довольно сильно болели, всё же староват он становился для того, чтобы скакать всё утро по рынкам и лавкам. Так что он устало уселся на мягкую скамеечку у входа и опустил голову. Убранство обеих маленьких комнатушек было достаточно простым, так что его вид во фраке на фоне деревянных обшарпанных стен смотрелся странно.
Неожиданно скрипнула дверь и в домик протиснулся стражник, что ходил с ним в город за покупками. Он озирался по сторонам, по всей видимости стараясь понять, одни ли они в помещении.
― Чего тебе, Барер? ― устало поинтересовался зайцегон, расстёгивая фрак. ― Что-то срочное?
― Босс, я хотел это, спросить, ну, типа, ― мялся боец, ― вы обещали, что подкинете на графинчик гномской водки.
― Ах это, ― фыркнул управляющий и полез в кожаный мешочек на поясе. ― Один момент. Я совсем запамятовал.
Он краем уха услышал как звякнул засов двери и только тогда обратил взгляд на гостя, когда он уже начал приближаться. Выглядел он почему-то не так, как помнил Тим'рик. Барер обычно немного сутулился, в бою больше надеясь на недюжинную силу, нежели на ловкость. И умом особым не отличался, за него обычно соображали другие. При этом нутром добряк: часто старался помогать детям из нижнего или пристенного города, покупая одежду или еду и сладости. Сейчас же он почему-то выпрямился во весь свой рост, а глаза…два жёлтых змеиных и злых, горели жаждой убийства. Рот искривился в презрительной
