Макрон потер челюсть.
- Почему они не попробовали сбежать сразу, когда у них была такая возможность, господин? - спросил Бассус. - Только несколько человек попытались сбежать, а не вся толпа. Какой в этом смысл.
Оптион на мгновение задумался над словами охранника, прежде чем пристально посмотреть на закрытую дверь: - Если Бато планирует начать жизнь разбойника, ему нужны люди - и много. Нет никакого смысла бежать с горсткой гладиаторов. Вот почему он устроил нам засаду вместо того, чтобы немедленно бежать из лудуса. Ему нужны были ключи от камер, чтобы освободить всех своих товарищей. Кто-то был достаточно любезен, чтобы позволить ему заполучить их.
Говоря это, Макрон повернулся, чтобы взглянуть на Мейсера, и увидел, как командир стражников ускользает от толпы из середины комнаты к дверям. Гнев захлестнул сердце Макрона, он прыгнул к мужчине и схватил его за запястье.
- Что, забери тебя фурии, ты делаешь? - взвизгнул Мэйсер. Он попытался вырвать запястье из крепкой хватки Макрона. - Освободи меня немедленно! Я хочу уйти. У меня нет желания умирать из-за твоей глупости.
- Ты никуда не пойдешь, - отрезал Макрон. - Все должны оставаться здесь, пока мятежники не будут разгромлены. - Даже в тусклом свете свечей выражение его лица, должно быть, было видно Мейсеру, потому что он неловко перемялся с ноги на ногу и тяжело сглотнул.
- Это все твоя вина, - язвительно сказал он.
- И это говорит трус, который бросил им ключи от камер.
Мейсер сузил глаза на Макрона, пока они не стали такими же тонкими, как его губы. - Твое упрямство привело нас на путь разрушения, оптион. Я предупреждал тебя, что у Бато есть верные последователи. Я умолял тебя не раздражать этого человека. По крайней мере, Корвус прислушался к моему совету. Он знал, что лучше всего держать Бато под контролем с помощью некой снисходительности. Если бы ты только послушался меня, ничего бы этого не случилось.
- Я делал свою работу. Я не виноват, что вы с Корвусом позволяли Бато управлять этим лудусом.
- Меня тошнит от нотаций простого солдата, - усмехнулся Мейсер. - Может, ты и был награжден Императором, но я служил в преторианской гвардии. Я не обязан слушать твою тираду, Макрон.
- Ты несостоявшийся преторианец. Хуже того, ты позоришь гвардию.
Мейсер напрягся: - Несколько моих людей мертвы. Вина за это полностью лежит на тебе. Благодаря твоей некомпетентности и твоему отказу прислушаться к моим неоднократным предупреждениям, дюжина или более гладиаторов также мертвы … должен добавить, каждый стоит тысячи сестерциев, и является личным имуществом Его Императорского Величества. Я опишу этот инцидент и представлю свой отчет Палласу при первой же возможности.
- Правильно. А, потом я объясню Палласу, как ты сбежал и бросил своих людей на произвол судьбы. Даже эти хитрые греки довольно негативно относятся к трусам.
Мейсер сжал губы.
- Глабрио! - крикнул Макрон.
- Господин? - ответил охранник.
- Отведите этого человека в подвал и прикуй его цепью.
Охранник подошел к Мэйсеру и схватил его за плечо.
- Ты не можешь этого сделать! - запротестовал офицер.
- Я уже это делаю. - Макрон поднял свой меч и указал острием на мягкий подбородок Мейсера, вызвав панический взгляд командира. - И не шуми там внизу. Я не хочу спускаться вниз и убеждать тебя заткнуться.
Глабрио подтолкнул Мейсера к лестнице, ведущей в подвал: - Ты заплатишь за это, оптион, клянусь!
Макрон смотрел, как командир стражников уходит. Рядом с ним Бассус щелкнул языком.
- Каков будет дальнейший план, господин?
Макрон поджал губы, обдумывая варианты: - У нас мало людей. Кроме охранников, у нас есть только кучка санитаров и домашних рабов, но никто из них не умеет владеть оружием. Мы не ровня нашему врагу. Шансы не на нашей стороне.
Он почувствовал, как на его плечи легла свинцовая тяжесть. Глубоко вздохнув, он на мгновение задумался, прежде чем продолжить.
- Мы можем только надеяться подавить восстание, восстановив контроль над лудусами. Главный вход достаточно безопасен. Даже если Бато и его людям удастся поднять решетку, то внешняя дверь не сдвинется с места. Но рано или поздно гладиаторы сообразят, что без особого труда можно будет пробить эту дверь. Тогда многим из нас конец.
- Так чего же мы ждем? - сказал Бассус. - Давайте сразимся с ними сейчас, господин!
Макрон горько покачал головой: - Как я уже сказал, у нас нет численного перевеса, чтобы захватить казарму силой. Сотня гладиаторов против нескольких из нас. При нынешнем положении вещей у нас нет возможности вернуть лудус. Лучшее, на что мы можем надеяться, это удержать гладиаторов в этих стенах. Но это временная мера. Это только вопрос времени, когда Бато решится атаковать нас всеми силами, что у него есть. Мы могли бы недолго продержаться, но рано или поздно эта фракийская свинья и его люди задавят нас.
- Как насчет того, чтобы попросить помощи у ближайшего лудуса? - спросил Бассус.
Макрон скривился от разочарования: - Я уже думал об этом. Но это нам не подходит. Ближайший лудус находится в полдня пути. Это слишком далеко. К тому времени, когда прибудет какое-либо подкрепление, Бато прорвется сюда и перебьет нас всех.
- Так это все, господин? Мы пропали? - тихо спросил Паво.
- Не обязательно, - коротко ответил Макрон. Он повернулся к Паво. Его глаза блестели, когда он улыбался сильно израненному гладиатору. - Ты забываешь, что Император направляется в Капую из Путеол.
Паво кивнул: - Мурена упоминал об этом на нашей встрече, на прошлой неделе. Сказал мне, что старый дурак хочет взглянуть на имперских гладиаторов перед Играми в следующем месяце.
- Император путешествует с большой свитой. Паллас, конечно, будет с ним. И другие вольноотпущенники, которыми Клавдий окружил себя. - Макрон широко ухмыльнулся Паво. - Но что более важно, его будет сопровождать его германская охрана.
Паво хлопнул себя по бедру. - О боги, ты прав! Я видел германцев в Императорском Дворце. В личной охране Клавдия их должно быть по меньшей мере две сотни. Даже имея половину их числа, мы могли бы вскоре покончить с Бато и его мятежниками.
- Император должен был прибыть в Капую сегодня, если я правильно помню.
- Да, господин, - с жаром ответил Паво. - На виллу на холмах над Капуей. Я был там. Это не далеко отсюда пешком. Если мы пошлем гонца сейчас, германцы доберутся до
