– Вот туда мы и отправимся вместе.
Он отпустил руку Сары, и они пошли рядом.
Сара спрятала в карман брошь, не разжимая пальцев. Райфл по-прежнему молчал, а Сара не собиралась сдаваться и нарушать тишину первой. Девушка молча смотрела на дома, мимо которых они шли. Многие до сих пор были заброшены. Она видела лица, мелькавшие в окнах, иногда до слуха доносился шепот. Сара чувствовала на себе пристальные, любопытные взгляды. За некоторыми окнами мелькали силуэты женщин под вуалями – это явно были не крестьянки.
Интересно, в каком доме поселилась Нанвин?
Вскоре они оказались между массивными каменными постройками, и Сара поняла, что перед ней склады, предназначенные для пищи, которой должно было хватить на всю зиму. Райфл распахнул перед Сарой дверь одного из амбаров, впуская ее внутрь. В нос ей ударил тяжелый запах специй и трав. Зерно, специи, травы и овощи хранились в деревянных коробах, стоявших кругом ровными рядами. Сара замерла, привыкая к темноте и стараясь не вдыхать слишком глубоко воздух, пропитанный резкими ароматами. Райфл начал закрывать за ними дверь.
Сара остановила его, взявшись за створку.
– Мне нужен свет, – сказала она. Это было правдой лишь наполовину. Ей очень не хотелось снова оказаться с Райфлом один на один за закрытой дверью. Она ведь не могла быть уверенной, что придет ему в голову. И как она отреагирует на этот раз.
Райфл кивнул головой и оставил дверь открытой. Только в глазах его блеснул какой-то странный огонек. Сара так и не поняла, заметил ли он ее беспокойство. Девушка приблизилась к ближайшему коробу и открыла его. Внутри был лущеный овес. Сара, по старой привычке, засунула внутрь руку, набрала полную ладонь семян, затем дала им высыпаться обратно между пальцев.
Она услышала удар кремня о кресало, и за спиной ее появился золотистый свет. Райфл зажег фитиль, вставленный в плошку с жиром. Затем он закрыл дверь, и у Сары перехватило дыхание.
– Похоже, вам удалось очаровать население Олдрича, миледи, – шутливо заметил Райфл, и по звукам его голоса Сара поняла, что он все еще стоит у двери.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Сара, не оборачиваясь. – Вряд ли это можно считать колдовством.
– Калум, похоже, ест теперь у тебя с руки, а его сестра готова была из кожи вон лезть от благодарности.
Сара продолжала перебирать зерно.
– Она просто радовалась, что дети остались живы. Вот и все.
Сара увидела движущуюся по стене тень и поняла, что Райфл приближается к ней.
– Так дело только в этом?
– Конечно. Одного благородного поступка недостаточно, чтобы изменить мнение людей Олдрича, человек-демон.
– Смотря какого поступка, – тихо заметил Райфл. Сара посмотрела на свои руки. Из-за рукава платья высовывался край белой повязки. Райфл сделал еще шаг в ее сторону, и Сара поспешно перешла к следующему коробу. Там оказались лесные орехи, сложенные аккуратной горкой. Сара коснулась одного из них, и орех, скатившись вниз, гулко ударился о дно короба.
– Откуда ты знала, что я не накажу мальчишку? – поинтересовался Райфл.
На этот раз Сара посмотрела на него, застигнутая вопросом врасплох.
– Откуда ты могла это знать? – повторил Райфл.
– Ну… – Сара задумалась над вопросом. Ситуация становилась все более неловкой. – Ну, я вовсе не была в этом уверена.
– Нет?
– Нет. Наверное, просто подумала, что раз мальчик наткнулся на тебя случайно, то и наказывать его не за что.
– Даже если так. – Райфл поставил лампу на один из коробов, подошел к Саре и взял несколько орехов. – Все равно это было оскорбление лорда и повелителя. И я мог наказать его. – Райфл поднял руку, предвосхищая протест Сары. – Ну да, знаю, я пока еще не являюсь законным правителем Олдрича. Но, думаю, ты поняла, что я имел в виду.
Сара поспешно повернулась к нему спиной, чтобы скрыть замешательство, и открыла крышку следующего короба.
– Вот твой остролист, человек-демон, – обрадовано произнесла она. – Правда, его тут явно недостаточно, чтобы продержаться зиму. Зря ты не позволил мне тогда пойти с Калумом. Возможно, мы нашли бы больше.
– Сара.
– Но и сейчас еще не поздно. Может быть, на берегу осталось еще немного. Только мне необходимо отправиться туда как можно скорее, прежде чем погода окончательно испортится.
– Сара! Не уходи от ответа на мой вопрос!
– Не знаю, не знаю, как я это поняла! – воскликнула девушка. – Может быть, все дело в том, что ты не кажешься мне монстром, способным обидеть невинного ребенка.
Она осеклась, осознав вдруг смысл только что произнесенных ею слов.
Райфл смотрел на нее печально, почти угрюмо, на губах его не было и тени улыбки, а лицо казалось высеченным из камня.
Сара издала какой-то невнятный звук и вдруг подняла обе руки.
– А может быть, я разгадала это, используя свои ведьминские чары. Или эльф прошептал мне это на ухо. Или…
– Выходи за меня замуж.
Сара застыла, осекшись на полуслове, изумленная, с по-прежнему поднятыми руками. Отбросив в сторону орехи, Райфл взял ее за руки и притянул к себе.
– Это будет удачный союз, – продолжал он. – Земля Олдрича – твой дом. А теперь ей предстоит стать и моим домом. Ты принадлежишь Олдричу, так же как и я. И, мне кажется, ты любишь свой дом. Любишь, несмотря на все, что ты говорила раньше. И тебе небезразлична судьба этой земли и ее обитателей.
Саре вдруг стало холодно, очень холодно. Она задрожала всем телом. Девушка только отрицательно качала головой, не в силах произнести ни слова, рассмеяться ему в лицо, закричать, убежать, хотя понимала, что непременно должна это сделать.
– Мне нужна жена, которая умеет ладить с этими людьми, – продолжал Райфл. – Жена, которая сможет управлять замком, когда там не будет больше Руна. Жена из Олдрича – лучший выход. Это еще лучше, чем везти жену из Леонхарта. Так что ты подходишь мне по всему, Сара.
Он подошел ближе, совсем близко, так что бедра его коснулись юбок ее платья. И Сара поймала себя на том, что не может отвести взгляд от его сильной, мускулистой шеи, мужественного лица, от его губ…
– Ты – решение всех моих проблем, – прошептал он, склоняясь к Саре и заводя за спину ее руки. – Всех…
Поцелуй его не был на этот раз нежным или даже страстным. Это был поцелуй собственника, заявляющего на нее свои права, грубый и требовательный. Пахнущий этой комнатой, сушеными травами и мужчиной. Он резко прижал ее к себе, и Сара почувствовала исходившие от него, волны безудержного желания. Она видела и чувствовала только его – его руки, ласкающие ее спину под плащом, напрягшуюся плоть, прижимающуюся к ее бедрам, губы, касающиеся ее кожи. Весь остальной мир словно перестал для нее существовать. У Сары закружилась голова, и она была вынуждена крепче прижаться к Райфлу, чтобы не потерять равновесия.
